AMP18+

Крым

/

Грач: «Служить государству, но никому не прислуживать»

В политике Леонид Грач называет вещи своими именами, так как надеется, по его же словам, на восприятие в обществе левых идей. Свой поход за мандатом Грач объясняет необходимостью отстаивать права людей в условиях утверждения олигархического режима, который все продает и покупает. По мнению народного депутата, сейчас наше общество приближается к той критической точке, когда терпению приходит конец, и ситуация может «взорваться» в любой момент.

Об этом кандидат в народные депутаты по округу №1 Леонид Грач рассказал в интервью «Новому Региону».

– Леонид Иванович, этим летом Вы получили удостоверение внефракционного кандидата в народные депутаты. Что может сделать один человек с независимой гражданской позицией не имеющий политической поддержки в Верховной Раде?

– Сегодня в обществе настроения определенно левые. Другое дело, что оно их не реализует. Все хотят иметь достойную работу, нормальную зарплату, все хотят избавиться от коррупции в учреждениях здравоохранения и образования и так далее. Вместо этого у нас все четче прослеживается расслоение общества на классы и утверждение олигархического режима. Однако так получилось, что сегодня я один в украинской политической жизни называю вещи своими именами. Но я говорю не потому, что хочу выделить свою исключительность, а потому что есть те, кто может меня услышать, воспринять левые идеи и реализовать надежду. Я с 1974 до октября этого года избираюсь депутатом. Вначале Керченского городского совета, потом Крымского областного совета, потом Верховный Совет АРК. А, начиная с 1998 года и по настоящее время, я все время избирался депутатом Верховного Совета Крыма и Верховной Рады Украины. С точки зрения личностных карьеристских планов я уже «наизбирался» вдоволь. Но, к сожалению, политические реалии сегодня таковы, что все «загнано» под купол Верховной Рады. Это площадка, которая дает возможность во всеуслышание отстаивать те права, которые ты исповедуешь и считаешь, что они нужны людям. Такова мотивация моего «похода» за мандатом.

– А что, по-вашему, нужно людям, в чем сегодня состоит главный социальный конфликт Украины?

– Сегодня наша жизнь лишена моральных ценностных ориентиров: все покупается и продается. Так не может продолжаться бесконечно. Всякий цинизм имеет свои пределы. И сейчас наше общество приближается к той критической точке, когда терпению приходит конец. Ситуация может «взорваться» в любой момент. Появится новый Богдан Хмельницкий, который сможет повести за собой людей через бунт, или Иван Сусанин. Анализируя настоящие реалии и вполне возможные пути их развития, могу сказать, что к этому ведет народ сама олигархическая власть.

– Какие у Вас есть основания предполагать возможность подобного развития ситуации?

– Наше общество сейчас не солидарно. Социальное напряжение существует в десятках плоскостей. Это и политические мотивы противостояния, и этнические, и межконфессиональные, языковые и региональные. Поэтому будет не просто бунт – будет гражданская война. Мы все прекрасно понимаем, что Крым – это одно, Львов – другое, а Донецк – третье. Действующая власть должна стремиться к гармонии, а не к противопоставлению, но этого не происходит. Противопоставлять – значит быть негодяем, преступником и провокатором. В свое время мне пришлось пройти крымские события, когда татарские репатрианты возвращались из депортации на свои земли. Я видел своими глазами, что происходило в советский период в Баку, в Тбилиси, в Ферганской долине Узбекистана, в восточноевропейских странах после насильственного развала соцлагеря. Я такого не хочу, потому что это страшно. Такие события отбросят наше общество далеко назад в развитии.

– Расскажите об упомянутых выше крымских событиях. Вы в тот момент выступили своего рода арбитром в нарастающем межнациональном конфликте.

– В 1987 году в момент массового возвращения крымских татар в Крым они ставили вопрос о том, что это Национальная Республика. Хотя она не была таковой со времен Ленина. Мы тогда не могли надеяться на защиту ни Киева, ни Москвы – рассчитывали только на себя. Провели референдум по восстановлению статуса автономного образования по территориальному признаку. Разработали и приняли конституцию Автономной Республики. То есть Крым – это территория для всех, она не может быть национальной. Это как раз и определило, что Крым последние 20 лет не превратился в пожарища.

– Большая часть Вашей политической и общественной жизни связана с Крымом. Какими Вы видите пути развития этого региона?

– Крым – это особая геополитическая зона, прежде всего – стратегическая. Все то, что происходит сейчас на Ближнем Востоке и в Северной Африке, связано с дамокловым мечем, которым являются энергоносители – нефть и газ. Там, где есть эти ресурсы, американцы начинают «взрывать» ситуацию и заканчивается это обычно разрушением всего и вся. В Крыму на шельфе Черного моря есть серьезные запасы газа. И если бы не было присутствия российского Черноморского флота, туда бы давным-давно залезли если не американцы, то турки или Евросоюз. Отсюда вывод таков: центру (Киеву) к Крыму нужно относиться очень уважительно и предельно внимательно. Сейчас же конституционные полномочия автономного образования, увы, не то что не выполняются, а игнорируются и подавляются. Крым – это как жонглер, который идет над пропастью и в любой момент небольшой порыв ветра может его «свалить».

– Какой может быть самый страшный сценарий развития событий?

– В Крыму конфликт соорудить раз плюнуть, там для этого есть почва межнациональная, межконфессиональная и территориальная. Первый шаг к этому – «выдавливание» российского военного флота из Севастополя и, соответственно, приход американского флота, «голубых касок», как это происходило везде, начиная с Балкан. Сразу возникнет столкновение интересов России, Запада, Турции. Это сценарий самый ужасный, и в то же время весьма реальный при условии, если политика Киева по отношению к Крыму будет оставаться такой, как сегодня.

– Есть основания полагать, что для американцев Крым есть «зоной интереса»?

– Для американцев «зона интереса» после того, как они разделались с Ближним Востоком – это Россия с ее газом, нефтью, золотом и природными ресурсами. Вопрос лишь в том, как туда «залезть». Пути два: «охлаждение» украино-российских отношений и Крымский полуостров.

– Что бы Вы, как опытный парламентарий, могли бы предложить для стабилизации этого региона?

– Во-первых, безусловное выполнение конституционных полномочий автономии; вступление Украины в Таможенный Союз, и, в будущем, в экономическое пространство Евразийского Союза. Потому что ратификация договора по зоне свободной торговли со странами СНГ – это «полушаг» и «полумера», не имеющая принципиального влияния на экономический процесс. И тут же руководство страны всем присягает, что мы движемся в Европу. Это все равно, что идти в одну сторону, а смотреть в другую.

– Почему Вы так твердо выступаете против политического сближения Украины со странами Запада?

– Нужно понимать, что мы для Европы – всего лишь разменная монета. Даже если нас трижды туда примут – никто газ дешевле не будет поставлять, товары наши там никому не нужны. К огромному сожалению, наше украинское сало, которое я очень люблю, там не котируется. С Америкой тоже заигрывать не стоит. У меня в лексиконе есть понятие «синдром Лазаренко». Американцы арестовали украинского гражданина и отобрали его активы. Ни у кого не возник вопрос, почему его содержали под стражей и судили в США? Если он в розыске был у нас, вы его депортируйте сюда, в страну, возвратите изъятые деньги, отдайте в руки украинского правосудия. Америка здесь решила показать свою силу. Это урок всем нашим новоявленным финансовым воротилам. Что вот мол, ребята, если будете шалить, и с вами такое может случиться.

– Расскажите о ваших отношениях с КПУ и КПРС. Почему расстались с этими партиями?

– Когда я в сорок с небольшим «грохнулся об асфальт» с высоты первого секретаря обкома до безработного – я имею в виду развал Союза и запрет компартии, я должен был определить, прежде всего, для себя: кто я на самом деле. Одно дело, когда в советское время я был партиец-коммунист – и это было почетно и легитимно, и совсем другое, когда система рухнула и жизнь потребовала проверки. Тогда я для себя четко уяснил: я есть тот, кто я есть, и со своих позиций не сойду. Я не родился коммунистом, но я им умру. А в Компартии Украины я всегда был «белой вороной», хотя и «Грач». Потому что я не воспринимал игру в подделку марксизма и торгашество, ставшие нормой политической жизни этого объединения. В свое время я первый на постсоветском пространстве восстановил деятельность компартии. Я единственный из коммунистов, кто за последние 20 лет на постсоветском пространстве среди всех областей Украины как коммунист в открытую возглавлял Верховный Совет Крыма. Мы ушли оттуда всей командой неиспачканные. Мы не украли ни клочка земли, ни в какие аферы не влезли. Это было непросто – соблазнов более чем достаточно. Такова была не только моя позиция, но и позиция коммунистов Крыма. Наша принципиальность мешала Симоненко в его политических аферах, поэтому мы, в конце концов, разошлись. Симоненко решил расстаться не столько со мной, сколько с идеологией партийной организации в принципе. Когда произошел разрыв, нужно было сохранить структуру партии. На тот момент численность членов компартии в Крыму составляла более 10 тысяч человек – ни одна партийная структура в этом регионе не имела и не будет иметь такой поддержки. Тогда основная часть людей – более 7 тысяч – остались со мной. Значит, я должен был представлять какую- то структуру. Появились КПРСовцы, «яковенковцы» которые поначалу якобы воевали за чистоту партии, чистоту идеи. Но оказались на поверку времени идеологическими шарлатанами. До моего прихода это была организация на бумаге. На мой приход туда откликнулись люди в 14 областях. Создали заново новую структуру, первичные организации, райкомы, горкомы и обкомы. Откликнулись те, кто не хотел, чтобы торговали их душами, идеями и настроениями. Я и сегодня являюсь Председателем Совета КПРС. Но, к сожалению, на сегодняшний день ситуация такова, что для власти люди с принципиальной позицией в украинском изуродованном политическом мире лишние.

– Решение о вашем устранении из КПРС не поддержала ни одна из действующих партийных организаций. Почему вы баллотируетесь как внефракционный депутат?

– Конституция предусматривает право участвовать и быть избранным каждому гражданину. Естественно есть возрастные и медицинские ограничения. Только за регистрацию партии нужно уплатить два миллиона гривен. Где их взять? Брать как Симоненко у олигархов, а затем служить им, а не обездоленному народу. Я не хочу участвовать в этой грязной игре.

– У вас есть симпатики в действующем правительстве?

– Нет. Ни в правительстве, ни в администрации у меня поддержки нет и быть не может. Еще во времена моей работы в парламенте Крыма я решал вопросы только на уровне президента. Я не ходил по администрациям. Я государственник, и я готов служить государству, народу и закону, но прислуживать никому не буду. Таков мой внутренний мир.

Симферополь, Георгий Игнатьев

© 2012, «Новый Регион – Крым»

Публикации, размещенные на сайте newdaynews.ru до 5 марта 2015 года, являются частью архива и были выпущены другим СМИ. Редакция и учредитель РИА «Новый День» не несут ответственности за публикации других СМИ в соответствии с Законом РФ от 27.12.1991 № 2124-1 «О Средствах массовой информации».

В рубриках / Метки

Крым, Выборы, Интервью, Конфликт на Украине, Политика, Выборы в Раду,