AMP18+

Екатеринбург

/

Почему митингующее поколение Z не интересует партии – засилье старцев, кумовство и боязнь протеста

Громкие призывы власти к политическим партиям обратить внимание на подростков после серии антикоррупционных митингов не возымели эффекта. Единственное, чем сегодня могут похвастаться партии в регионах, так это участием пары-тройки молодых кандидатов в муниципальных выборах и пополнением кадрового резерва. При этом о работе с молодыми избирателями и попытки завоевать новых поклонников среди поколения Z речи не идет. Нужны ли партиям юнцы и их уличная активность – читайте в материале NDNews.ru.

Выборы – это не так интересно, как митинги

По мнению опрошенных агентством политологов, прошедшие в марте и июне этого года крупные протестные акции с участием подростков можно отнести к веяниям моды. И совсем не факт, что молодые люди, которые начали рассуждать о развитии страны и ходить на политические флешмобы, придут на участки в ближайшее воскресенье, 10 сентября.

«Несмотря на то, что школьники выходят на массовые «движухи», выборы остаются для них скучным мероприятием. Сам процесс «поставить галочку в бюллетене» для молодежи остается непонятным, это не так интересно, прикольно и классно, как ходить на митинги. Собственно, и выборы для молодежи никто не популяризирует по целому ряду причин», – объясняет политолог Алексей Швайгерт.

Во-первых, действующей власти в принципе невыгодны молодые избиратели, потому что они могут проголосовать за протестные партии. Подростков сложно убедить в том, что консервативная линия развития страны лучше, чем революционная. Поэтому власть и не спешит делать серьезные проекты в молодежной политике – это опасная для нее история. Во-вторых, парламентской оппозиции тоже не нужна молодежь на участках, так как они опираются на предсказуемый пенсионный электорат. Пока он есть, партийным руководителям не нужно искать другие ресурсы. Да и вкладываться в молодежь в условиях постоянно меняющегося избирательного законодательства довольно рискованно.

«Сегодня сложились два параллельных мира – «кремлевские старцы», которые не желают делиться властью, и молодежь около политики. У этих молодых людей сейчас почти нет лидеров, а кто есть, тот ведет многосложную игру, как Навальный. В Кремле предпочитают рассматривать молодежь как инструмент в чьих-то руках, вместо того, чтобы объяснять ей способы цивилизованной смены власти через выборы. Тут стоит заметить, что сейчас стихли разговоры о том, как нам нужна молодежная политика – но это до нового всплеска уличной активности школьников. Потом все повторится», – отмечает эксперт.

Социальные лифты для «своих»

Впрочем, какие-то попытки власти нащупать связи с молодежью были предприняты в 2000-х годах. Тогда в российском обществе ярко заявили о себе «Молодая гвардия» ЕР, прокремлевские движения «Наши» и «Мы», усилиями энтузиастов КПРФ был воссоздан ленинский комсомол, в ЛДПР придумали «соколов Жириновского», а «Справедливая России» открыла школу молодых политиков. Как рассказал NDNews.ru замруководителя свердловского исполкома ЕР Андрей Мозолин, тот «молодежный бум» в политике был инициативой сверху: «В то время был тренд на молодежные организации. Это были федеральные проекты по инициативе администрации президента РФ, то есть было и соответствующее финансирование, и освещение по федеральным телеканалам».

Под партийные знамена охотно вступали амбициозные молодые люди, и многие из них действительно сделали неплохую административную карьеру. Часть молодогвардейцев занимают сейчас видные посты в региональных правительствах, а «комсомольцы» и выпускники школы эсеров стали парламентариями. Но эпоха социальных лифтов продлилась недолго.

«Раньше можно было из «Наших» или МГЕРа прыгнуть в полпредство, в госкорпорацию, в вице-губернаторы даже. Сейчас уже нельзя, поезд ушел. В кадровых лифтах уже сидят дети и внуки партийных функционеров, и не только партийных функционеров. Люди, залезшие наверх, больше не готовы делиться властью. Они все хотят себе, своим детям, внукам, сватьям и зятьям», – поделился мнением директор агентства Magic, Inc Платон Маматов.

Алексей Швайгерт также считает, что инструменты молодежной политики 2000-х дискредитировали себя: «Это превратилось в распределение денежных средств среди знакомых. Социальные лифты сработали персонифицировано. Молодежные собрания, политические тимбилдинги оказались формальностью, куда молодые люди приезжали просто потусить».

В итоге сегодня молодежные «крылья» парламентских партий в Свердловской области максимум готовят кандидатов для муниципальных выборов. Как выяснил NDNews.ru, вся их работа сводится к проведению праздничных акций, формализованных собраний со школьниками и студентами, а агитация идет на уровне «расскажи о партии друзьям и знакомым».

Нет идеологии и нет стратегии

Андрей Мозолин объясняет «затухание» молодежной политики в партиях отсутствием внятной системы стратегического планирования. «В прошлом году после парламентских выборов мы с экспертами много и часто говорили, что нужна стратегия развития партий. Если они хотят остаться на федеральном уровне, нужна человеческая инфраструктура, нужен кадровый резерв, а значит, нужна работа с молодежью. Иначе будет некого выставлять кандидатами в округах, некому будет заниматься выборами», – говорит эксперт.

Платон Маматов уверен, что большинство партий в принципе «просыпаются» только перед выборами, не ведут какой-то заметной работы между избирательными циклами, то есть расхотели или разучились работать «в поле». По той же причине у партийных деятелей не складывается с молодежной политикой.

«Для работы с молодежью надо иметь какую-то идеологию, систему ценностей, героев и антигероев. Пусть она будет даже глупой, эта идеология, лишь бы была. А что у партий? Идеология «Единой России» сводится к «мы за Путина, а еще за все хорошее против всего плохого». А «Справедливая Россия», ЛДПР и КПРФ – это, по сути, филиалы партии власти. В идеологическом плане у них нет ничего, что отличало бы их от «Единой России», – считает собеседник агентства. – Кроме того, молодежь разительно отличается от предыдущих поколений в коммуникационном смысле. Они получают информацию из других источников, у них другой культурный код, и вообще другое все. А в партиях руководят пожилые люди, которые элементарно не способны говорить с молодежью на ее языке».

Вероятно, после окончания текущей избирательной кампании парламентские партии начнут делать для себя выводы. Переход муниципалитетов на мажоритарную систему выборов постепенно нивелирует значимость партийных брендов – избиратели теперь голосуют за конкретных кандидатов, а не за политобъединения. Кроме того, впереди президентские выборы, и партии, особенно «Единая Россия», будут в любом случае активизировать работу с молодежью. Но что будет дальше марта 2018 года – мало кто берется предсказывать.

У власти есть в запасе еще одно поколение пенсионеров

Нежелание политиков работать с молодежью на перспективу может ударить по ним в будущем. Правда, в меньшей степени это коснется «Единой России». «Партия власти будет опираться на конформистов и «молчунов», которых было, есть и будет предостаточно. ЛДПР развалится сразу после ухода Жириновского. «Справедливая Россия» если не устроит глобальную реформу, то протянет в нынешнем виде еще лет пять, не больше. КПРФ будет постепенно терять позиции, поскольку количество родившихся в СССР избирателей с каждым годом убывает», – спрогнозировал ситуации в ближайшие годы Платон Маматов.

Алексей Швайгерт считает, что власть по-прежнему будет делать ставку на пенсионную группу, которая пополнится следующим поколением вслед за «советскими избирателями»: «Будут закармливать патерналистскими лозунгами малообразованных, живущих на периферии людей, с низким доходом, равнодушных к избирательной системе».

Екатеринбург, Валентина Ярославцева

© 2017, РИА «Новый День»

В рубриках

Екатеринбург, Урал, Выборы, Общество, Политика, Россия,