AMP18+

Revolution-1917

Спор о будущем России приблизил октябрьскую революцию Обзор прессы 100-летней давности

Переломным моментом осени 1917 года стало Демократическое совещание, которое прошло в Петрограде 14 – 22 сентября (по новому стилю 27 сентября – 5 октября). Тогда многим стало ясно, что раскол политической элиты и разное видение будущего России – в качестве парламентской или федеративной республики, страны Советов или военной диктатуры – делает практически невозможным бескризисное развитие страны, и новых потрясений не избежать.

В рамках спецпроекта, посвященного событиям 100-летней давности, корреспондент РИА «Новый День» изучил архивные выпуски газет, и узнал, что происходило в тот период в России. Судя по публикациям прессы, уже тогда все понимали, что любое правительство, вставшее во главе России, столкнётся с мощнейшим финансовым кризисом и гражданской войной. При этом у многих складывалось ощущение, что точка бифуркации близка – практически за месяц до «большевистского переворота», СМИ предупреждали о восстании, к которому готовятся ленинцы.

Безвластие, волна анархизма и забастовок

После июльского кризиса – Корниловского восстания и попытки установления военной диктатуры в стране – обстановка в России накалялась. Как отмечала меньшевистская «Рабочая газета» в выпуске от 13 (26) сентября, каждый день приносил стране новые «грозные события».

«Никогда еще продовольственный кризис, хозяйственная разруха и финансовый крах не достигали таких размеров. Кризис власти, вернее, безвластие грозит распадом страны и неминуемой катастрофой, в которой погибнут все завоевания (февральской) революции. Едва миновав опасность гражданской войны (после Корниловского восстания), страна очутилась перед опасностью новой междоусобицы. Никогда внутренний кризис не достигал такой нестерпимой остроты», – говорится в статье.

Отсутствие единой централизованной и крепкой власти привело к тому, что выступления рабочих стали носить анархистский характер. «Анархия в стране все разрастается. Обычные аграрные волнения начинают принимать форму организованных грабежей», – пишет газета 1 (14) октября.

В то же время меньшевики, активно выступавшие против большевиков, обращали внимание, что беспорядки уже носят стихийный характер. «Еще вчера во главе этого движения стояли большевики, но сегодня волна уже перекатывается через их головы. Анархистская волна растет», – говорится в статье 4 (17) октября.

Россию сковал экономический паралич

Как отмечает московское издание «Вечерняя газета «Время», начиная с конца сентября, Россию парализуют не только погромы, но и массовые забастовки грузчиков, телефонных, аптекарских и низших служащих – «младший состав служащих во всех учреждениях министерства государственного призрения», в особенности, в воспитательных учреждениях и больницах.

Меньше чем за две недели до Октябрьской революции, 13 (26) октября, «Рабочая газета» также отмечает, что Россия оказалась на грани дефолта.

«Мы катимся вниз и катимся со стремительной быстротой. Снова выпускается 2 миллиарда бумажек, а в обращении уже 18 млрд, при обеспечении золотом только в размере 1295 млн рублей. До войны бумажек в обращении было 1632 млн рублей. То есть, за время войны сумма бумажных денег возросла в 10 раз!» – обращают внимание авторы статьи. По мнению газеты, «трагизм» заключается в том, что «большая часть бумажек» была выпущена во время февральской революции.

Как считает издание, в основе этого «самоубийственного процесса» лежит несоответствие между доходами и расходами государства, и то, в каком «ужасном положении после старого режима приняла страну Революция».

Газета также отмечает, что налоги практически не платятся, так как народ не доверяет власти, а действительных достижений Временного правительства практически нет.

«Нужно признать откровенно, – до сих пор (февральская) Революция дала пролетариату очень мало. Она, правда, значительно повысила его денежную плату, поставив ее в соответствии с ростом дороговизны. Однако в сфере законодательного закрепления фактических завоеваний, которых рабочий класс в праве требовать от Революции, сделано чрезвычайно мало. Почти ничего», – констатируют меньшевики.

Страна оказалось перед угрозой распада

Очевидный кризис доверия к власти привел к тому, что в России нарастало движение за независимость отдельных территорий. Население уже не верило в успех Временного правительства и в попытках отгородиться от потрясений ставило свои «местные сословные, национальный и областные интересы» выше государственных.

«Из целого ряда мест почти одновременно получили сведения о требованиях многочисленных организациях создать в Россию федеративную республику. Этого требовала не только украинская Рада, но и происходивший в Киеве Съезд национальных партий. Это требование выставил и сибирский областной съезд, этого добиваются и казаки», – говорится в номере «Рабочей газеты» от 17 (30) сентября.

Как отмечает издание, несмотря на естественные истоки этого процесса, последствия таких желаний могли быть крайне негативными.

«Самодержавный режим, начиная еще с московских царей, так давил и угнетал все завоеванные ими и колонизированные области России и всех «инородцев», что с падением царизма вполне понятно, что стремление к независимости во внутренних делах, к широкой автономии охватило некоторые области или национальности России. Всем им хочется вести у себя такую широкую самостоятельность, которая обозначала бы фактически полный распад России на ряд почти независимых областей», – говорится в статье.

На фоне внутреннего кризиса Временное правительство так и не достигло успехов во внешней политике – ситуация на фронте и международное положение «никогда еще не были таким угрожающим, если не безнадёжными» для России.

Крах надежд: фиаско Демократического совещания и Предпарламента

Демократическое совещание изначально задуманное, как съезд «всей организованной Демократии России для создания сильной революционной власти», способной объединить страну «для отпора внешним врагам и для подавления всяких покушений на завоеванную свободу», на которое возлагалось множество надежд, продемонстрировало еще больший раскол по всем ключевым вопросам внутренней политики.

«Демократическое совещание, вопреки нашим ожиданиям и стараниям явилось не смотром сил демократии, а демонстрацией его бессилия. Оно раскололось по вопросам образования власти, создало кризис власти, вернее, безвластия, каждый час которого открывает настежь ворота контрреволюционной диктатуры», – отмечается в «Рабочей газете» 21 сентября (4 октября).

Такой раскол показал, с одной стороны, несостоятельность Временного правительства, как центрального органа власти, призванного объединить политические силы страны, с другой – губительную конкурентность диаметрально-противоположных «образов будущего».

«Это (раскол) одинаково исключает возможность создания без величайших потрясений, быть может, даже без гражданской войны, как коалиционного правительства с участием цензовых элементов, так и однородного демократического правительства», – подчеркивает «Рабочая газета».

«Страшен не тот раскол, который прошел трещиной по всем поставленным на Демократическом совещании вопросам, страшны вскрывающиеся на совещании глубокие социальные и национальные противоречия», – говорится в публикации.

«Выступление» большевиков: от слов к делу

Ситуация накануне Октябрьской революции была настолько безнадежная, что желающих по-настоящему взять управление страной в свои руки было немного. При этом, как отмечают современники, большевики также не торопились установлению своей власти. «Говоря о переходе власти к Советам, утверждая, что Советы на их стороне, они в то же время, сами пока от власти воздерживаются, прямо боятся перехода власти в их руки», – пишут меньшевики 21 сентября (4 октября).

«Они (большевики) прекрасно понимают, что никакое правительство не в состоянии теперь так же легко и быстро справиться со всеми ужасающими трудностями и бедствиями, вызываемыми войной и революцией, как они того требуют и обещают массам. Они знают, что, находясь у власти, они должны были бы начать расплату по выданным векселям и, оказавшись безнадежными банкротами, первые стали бы жертвами народного гнева и разочарования», – поясняется в статье.

Однако активные действия «ленинцев» не заставили себя долго ждать. 7 (20) октября большевики, не согласные с формированием Предпарламента, который, по их мнению, не отражал реальное соотношение сил и был призван создать опору Временному правительству, демонстративно вышли из Совета республики (совещательного органа при правительстве).

Этот шаг был расценен как объявление гражданской войны «всем оставшимся, то есть не только цензовым элементам, но и всем оставшимся, и всем социалистам, не делающим принять «премудрости» Лениных и Троцких».

14 (27) октября, как утверждает «Рабочая газета», становится очевидно, что большевики готовят «выступление», а за 4 дня до революции 21 октября (3 ноября) фактически утверждает, что выступления уже начались.

«Пока Ленин спорил с Зиновьевым (Григорий Зиновьев – большевик, революционер, настаивал на том, чтобы отложить восстание и свержение Временного правительства), ждать ли съезда Советов, чтобы начать восстание или не ждать, погромщики всех видов усилено готовились и уже выступают», – говорится в публикации.

Историческая справка: Курс на «вооружённое восстание» был принят большевиками ещё в начале августа 1917 года на VI съезде, однако партия была фактически загнана в подполье и не могла вести активную деятельность.

В 20-х числах сентября большевики возглавили Петроградский и Московский Советы, Ленин вновь заговорил о восстании. 7 (20) октября в Мариинском дворце открылся Предпарламент. На первом же заседании большевики, огласив свою декларацию, демонстративно покинули его.

10 (23) октября Центральный комитет принятой резолюцией поставил восстание в повестку дня. 16 (29) октября расширенное заседание ЦК подтвердило принятое решение.

Москва, Мария Вяткина

© 2017, РИА «Новый День»

В рубриках

Дальний Восток, Москва, Северо-Запад, Поволжье, Сибирь, Урал, Центр России, Юг России, Revolution-1917, Конфликт на Украине, Общество, Политика, Россия,