Истории Нового Дня
Расследования Ивана Голунова
«Новый День» публикует материалы корреспондента
Корреспондент отдела расследований интернет-издания «Медуза» Иван Голунов был задержан в Москве 6 июня. Журналиста обвинили в сбыте наркотиков.
Сам Голунов заявил, что дело против него сфабриковано, наркотики подброшены. По его словам, поводом для преследования стали его журналистские расследования.
Интернет-издание «Медуза» заявило, что «герои его текстов могут быть причастны к преследованию» и открыло доступ к расследованиям Голунова.
Информационное агентство «Новый День» публикует подборку расследований Ивана Голунова.
А также ссылки на расследования по схожим темам, проведенные редакцией нашего агентства. Это материалы о царебожниках, похоронном бизнесе, мусорной реформе.
P. S. В подборке использованы фотографии РИА «Новый День».
Расследования Ивана Голунова
«Христианского государства» не существует. Но за ним, возможно, стоит ФСБ
«Медуза» выяснила, откуда взялись православные радикалы и что про них думают в РПЦ
Расследование корреспондента «Нового Дня» Максима Бородина о царебожниках можно почитать здесь.
20 сентября 2017
Источник: Meduza

Расследование Ивана Голунова
20 сентября МВД объявило о задержании нескольких человек по подозрению в причастности к поджогу автомобилей возле офиса Константина Добрынина, адвоката режиссера фильма «Матильда» Алексея Учителя. Чуть позже стало известно, что задержанные также признались в телефонных угрозах кинотеатру, который показывал «Матильду». В рамках того же дела в полицию доставили живущего в Липецке Александра Калинина, лидера православной фундаменталистской организации «Христианское государство», на прошлой неделе заявившего, что эвакуации в торговых центрах, школах и других зданиях по всей стране также связаны с «Матильдой». «Медуза» рассказывает о том, что такое «Христианское государство» на самом деле — и как развивалась история внецерковных православных фундаменталистов в России.
Из «Антипутинского фронта» в «Христианское государство»

О деятельности организации «Христианское государство — Святая Русь» известно немногое. В начале 2017 года она разослала более сотни писем в российские кинотеатры с угрозами поджечь кинотеатры, если в них будут показывать фильм Алексея Учителя «Матильда». В сентябре ситуация повторилась — именно на письма с угрозами от «ХГ» ссылалась представитель объединенной сети кинотеатров «Синема парк» и «Формула кино» Александра Артамонова, объясняя решение не показывать «Матильду». При этом за предположительно связанные с «Матильдой» поджоги студии Алексея Учителя и автомобилей рядом с московским офисом адвоката режиссера Константина Добрынина организация на себя ответственность не брала. Лидер «ХГ» Александр Калинин также утверждал, что именно с «Матильдой» связаны эвакуации в торговых центрах, школах и других зданиях и пространствах по всей России; впрочем, и в этом случае Калинин заявлял, что занимаются этим некие «сторонники борьбы с безрассудством и безнравственностью», но не члены «ХГ». Процессуальный статус Калинина в уголовном деле, связанном с поджогом машин, на момент публикации материала неизвестен; предполагается, что на него могут завести дело об экстремизме.

В своих интервью представители «Христианского государства» утверждают, что в организации состоит более 300 человек, а существует она в том или ином виде с 2010 года. На сайте «ХГ», который перестал работать 14 сентября, указывалось, что региональные отделения организации есть в 13 городах России, включая, например, Уссурийск и Дивеево; счетчик количества участников «ХГ» показывал, что в движении состоит уже почти пять тысяч человек.
Никаких подтверждений тому, что у «Христианского государства» есть какие-либо сторонники и региональные отделения, при этом не существует. Юридическое лицо с таким или похожим названием в России не зарегистрировано. Главный источник информации о «ХГ» на данный момент — аккаунт Александра Калинина во «ВКонтакте»; отдельного паблика «Христианского государства» в соцсети нет. У Калинина чуть более пяти тысяч друзей; он подписан на многие консервативные или православные паблики — от страниц Никиты Михалкова и Федора Достоевского до сообщества «Крест или хлеб».

Согласно его аккаунту во «ВКонтакте», Александру Калинину 33 года; сейчас он, насколько можно судить, живет в Липецке, куда несколько лет назад переехал из Норильска. Его жена Марина занимается бизнесом: в конце 2010 года, вскоре после женитьбы на Калинине, она зарегистрировалась в родном Норильске как индивидуальный предприниматель; согласно ЕГРЮЛ, занималась Калинина поставкой продуктов питания. Через полгода И П Калининой прекратил свою деятельность, а с 2013 года она значилась генеральным директором липецкого Центра пенсионного страхования (ЦПС, в августе 2017-го организация была снята с учета). В качестве единственного контактного телефона ЦПС был указан мобильный Калинина.
О самом Калинине известно и того меньше. В середине сентября 2017 года он удалил все свои записи во «ВКонтакте» и свой ютьюб-канал. Насколько можно судить, выкладывать ролики на ютьюб он начал в 2013-м; в первом из них, по сообщению «Лайфа», будущий лидер «ХГ» рассказывал, что открыл для себя религию после того, как пережил клиническую смерть. (После публикации интервью Калинина сам он прекратил отвечать на звонки корреспондента «Медузы».)

О том, что история «ХГ» началась с клинической смерти Калинина, говорил и Мирон Кравченко — второй человек, дававший комментарии СМИ от имени организации. На официальном сайте «ХГ» он обозначен как «руководитель отдела по взаимодействию со СМИ» (Калинин также называл его «руководителем „ХГ“ по центральному региону»). В 2000-х годах Кравченко возглавлял отдел пропаганды националистической организации «Российский общенациональный союз» (РОНС; признана экстремистской и запрещена в России); в этом качестве он, в частности, в мае 2006-го давал комментарии «Коммерсанту» после нападений активистов РОНС на гей-вечеринки в Москве.

Согласно биографической справке на сайте «АртПолитИнфо», как публицист Кравченко сотрудничал, например, с журналами «Медведь» и Penthouse. Утверждается, что в 2004 году он вступил в «Союз православных хоругвеносцев» (на звонки «Медузы» представители организации не ответили), а с 2007-го по 2012-й состоял в Сергиево-Посадском филиале Центрального казачьего войска; в частности, «верстал и редактировал войсковую газету». На атамана Сергиево-Посадского филиала Павла Турухина дважды, в 2007-м и в 2016-м, заводили уголовные дела по обвинению в создании экстремистского общества и возбуждении национальной ненависти; в его «ВКонтакте» много постов против фильма «Матильда». На вопросы «Медузы» Турухин не ответил.
В начале 2010-х Кравченко пытался организовать националистические силы на базе мурманской ячейки партии «Великая Россия», а впоследствии «занимался бизнесом». Председатель «Великой России» Андрей Савельев сообщил «Медузе», что Кравченко действительно работал координатором в мурманском отделении партии. «В партию он принят не был, поскольку со своими обязанностями не справился и исчез бесследно, оборвав все контакты, — сказал Савельев. — Занимался он своими „попытками“ не более двух-трех месяцев. Результат был близким к нулю».

В середине 2010-х, после смены власти на Украине, Мирон Кравченко переехал в Киев, где, по данным все того же «АртПолитИнфо», былкоординатором «Русского эмигрантского клуба» и «дискуссионной площадки „Русскій клубъ въ Украинѣ“». В частности, в июле 2015 года Кравченко участвовал в учредительной конференции «Антипутинского информационного фронта», на которой заявлял о том, что «оккупационные войска» на Украине не должны ассоциироваться с русскими, потому что это разыгрывает «любимую карту [Путина]» — «карту русофобии в Украине». В августе 2015-го активисты «Фронта» провели перед посольством Азербайджана в Киеве «малочисленный пикет», требуя освободить азербайджанских политзаключенных.

Украинский политолог Сергей Пархоменко рассказал «Медузе», что познакомился с Кравченко осенью 2014 года на конференции «Кубань — это Украина», где обсуждались судьбы украинского населения Кубани. После этого Пархоменко несколько раз пересекался с Кравченко — в частности, на собраниях «Антипутинского информационного фронта». «Мирон позитивные вещи делал — в СМИ и социальных сетях отговаривал от участия в войне, против идей „русского мира“», — рассказал политолог.
По его словам, Кравченко постоянно метался между ультраправыми идеями и радикальным христианством. Не найдя работы в Киеве и не получив на Украине статус беженца, в конце 2015 года он уехал жить в Белоруссию. В 2016-м Кравченко писал Пархоменко, что присоединился к борьбе христианства против мирового еврейского заговора. «Ребят посадят в какой-то момент, Путин скажет, что всех победил, а [депутата Госдумы] Поклонскую назначат главным монархистом», — предсказал Пархоменко судьбу «Христианского государства».

В какой-то момент после отъезда с Украины Кравченко вернулся в Россию. По данным ЕГРЮЛ, Мирон Кравченко был владельцем и генеральным директором липецкой компании «ООО „Мобильные технологии“», которая существовала с октября 2015-го по июль 2017-го и указала при регистрации самые разные виды услуг — от печати газет до разведочного бурения. Связываться с компанией предлагалось все по тому же мобильному номеру Александра Калинина.

Мирон Кравченко не ответил на звонки «Медузы».

Указаны на сайте «ХГ» и еще двое «руководителей» организации. Один из них — «руководитель отдела духовно-нравственного и патриотического воспитания» Николай Фомин; его номер телефона, приведенный на сайте «ХГ», совпадает с номером, который Калинин указывает во «ВКонтакте» как свой личный. Человек по имени Николай Фомин есть в друзьях у Александра Калинина; на вопросы «Медузы» он не ответил.

Еще один заявленный руководитель «ХГ» — «руководитель отдела координации и контроля региональных отделений» Юрий Ломов. Такого человека в друзьях у Калинина нет; номер телефона Ломова, указанный на сайте «ХГ», также принадлежит Калинину.
Государство из двух человек

18 сентября 2017 года в «Медузу» обратился Василий Крюков, националист из «Русского общенационального союза», сбежавший из России в Германию после того, как на него возбудили уголовное дело по 282-й статье УК РФ. Крюков работал депутатом в Ижевске, состоял во Всероссийской организации болельщиков и после погромов на Манежной площади в 2010 году, по его словам, встречался вместе с другими болельщиками с Владимиром Путиным (именно за выступление на митинге памяти болельщика «Спартака» Егора Свиридова, убийство которого повлекло за собой погромы, Крюкова собирались судить).

Крюков подтверждает: в «Христианском государстве» состоят только два человека — Калинин и Кравченко. Оба — его давние знакомые, с которыми он общался в националистических кругах; Кравченко он называет другом, с ним они пересекались и в РОНС, и в Киеве (по словам Крюкова, Кравченко — гражданин Украины). С Калининым Крюков несколько раз разговаривал по телефону.

Кравченко звал Крюкова присоединиться к «Христианскому государству» в начале 2017 года. По словам Крюкова, Кравченко объяснял, что нужно создавать православное государство в противовес «Исламскому государству»; при этом в тот момент цели «ХГ» заявлялись как «информационные».

Крюков утверждает: Кравченко рассказывал ему, что организацию поддерживают «высокие люди в Кремле», не уточняя, впрочем, кто именно этим занимается. Крюков сравнивает эту ситуацию с сотрудничеством между бывшим депутатом Госдумы, бывшим лидером прокремлевского молодежного движения «Россия молодая» Максимом Мищенко и создателем движения «Русский образ» Ильей Горячевым, который в июле 2015 года получил пожизненное заключение как создатель «Боевой организации русских националистов», ответственной за серию убийств и нападений. При этом на своем ютьюб-канале Крюков выкладывал интервью с Кравченко, который во время разговора говорил, что «нас однозначно никто не курировал». В том же ролике Кравченко сообщает, что «Христианское государство» «готово идти до самых радикальных мер, вплоть до собственной смерти» в рамках борьбы с «Матильдой».
Еще в одном видео, выложенном Крюковым, лидер «ХГ» Калинин рассказывает, как познакомился с генералом ФСО, когда ездил в Архангельский собор в Кремле на могилу Ивана Грозного. Как рассказывает Калинин, по пути он нашел микрофон телеканала «Россия», позвонил на телеканал и сообщил о находке. Через полчаса ему якобы позвонил оператор телеканала. В благодарность он подарил Калинину фотоальбом про Кремль с логотипом ФСО на обложке. После этого лидеру «ХГ», по его словам, перезвонил отец оператора, который оказался «высоким офицером» ФСО. «Если хотите поприсутствовать на службах в Кремле, звоните — я выпишу пропуск», — якобы сообщил он Калинину. «После этого у нас появился вход на службы, но и не только — есть и еще всякие интересные моменты», — утверждает лидер «Христианского государства».
Крюков считает, что «Христианское государство» создано при поддержке ФСБ, — впрочем, никаких подтверждений своей версии он «Медузе» не представил.

Председатель партии «Великая Россия» Андрей Савельев заявил «Медузе», что Калинин — «бывший прапорщик ФСБ». Об этом ему якобы рассказал один из бывших сотрудников ФСБ. По словам Савельева, в 2013 году «ХГ» организовало «вооруженное нападение» на штаб-квартиру «Великой России» в Москве. Нападение произошло после того, как в партии обнаружили «крота» и решили его исключить. «Крот», утверждает Савельев, пришел на собрание по поводу исключения с подмогой. «Группа трусов, которые показали нам свои кастеты и травматы, но шуганулись от пары ножей. Возглавляет ["ХГ"] полный ублюдок, за ним — целый шлейф покрытых властями преступлений», — сказал Савельев. По словам Савельева, активисты «ХГ» избивали людей, пытавшихся защищать свои гаражи от сноса в Москве, срывали православные конференции. «Это организация бандитов под крышей полиции или ФСБ, которая выполняет разного рода грязную работу по заказам своих хозяев», — сказал Савельев. «Медузе» не удалось найти подтверждений нападения на офис «Великой России».

«Ни Мирон, ни Калинин ничего не поджигают. Всем этим занимаются специально обученные люди, — заявляет Крюков. — Спецслужбы давно могли бы пресечь деятельность этих „активистов“ — начиная от формального возбуждения уголовного дела и заканчивая неформальным решением по поводу их активностей». По его словам, все это необходимо «для разрушения общества»: «Чтобы в том числе демонизировать стороны — что якобы есть „православные террористы“, которым противостоят поклонники Булата Окуджавы, либеральная интеллигенция. Что будет дальше? Будут кровавые эксцессы».
Общество «Память», русский террор

Постсоветская история фундаменталистских православных движений в России началась, конечно, далеко не с «Христианского государства» — первые из них появились уже в 1980-х. Как указывал философ и политолог Константин Костюк, потенциал националистически-религиозного фундаментализма как заметной политической силы стал ясен с появлением общества «Память», выросшего из комиссии при московском отделении Общества охраны памятников. В гибели памятников русской культуры «Память» обвиняла «агентов сионизма и масонов», и их главной идеологией был скорее антисемитизм, чем религия, — однако в дальнейшем от «Памяти» отпочковалось с десяток национал-патриотических организаций. Многие из них делали акцент на православии, а также на все том же антисемитизме и монархизме, который иногда уживался с любовью к Сталину; самую крупную возглавлял Дмитрий Васильев, утверждавший, что у его «Памяти» есть отделения в 30 городах (в московском числилось около ста человек).
В 1990 году выходец из «Памяти» Васильева Александр Баркашов основал «Русское национальное единство». Участники РНЕ всегда считали себя православными, но, как отмечает в своей книге «Политическое православие» Александр Верховский, религиозная компонента в идеологии движения большой роли не играла. В программе организации подчеркивалось, что ее участники исповедуют «старые, присущие раннему Средневековью формы православия». РПЦ никогда официально не сближалась с «Русским национальным единством»; в 1994 году в журнале «Московский церковный вестник» вышла критическая статья о движении Баркашова под заголовком «Святой крест или свастика?». Любопытно, что сам Баркашов уже в 2000-х принял монашеский постриг в неканонической «Истинно-православной церкви» и в 2009 году обращался к РПЦ с призывом отказаться от избрания патриарха Кирилла и поддержки действующей светской власти.
В 1990-х годах в России появилось большое количество националистических организаций, в той или иной степени отождествляющих себя с православием, — в исследовании Костюка приводится множество названий, от одиозных («Православие или смерть», «Черная сотня») до более-менее конвенциональных («Союз православных граждан», «Общественный комитет за нравственное возрождение отечества»). Объединял их антиэкуменизм, неприятие новых для России форм общественной жизни вроде демократии, прав человека или рыночных отношений, а также склонность к мифологизации, например к идее «жидомасонского заговора», уничтожившего православную монархию — «государство правды». Впрочем, эти организации не имели особого политического влияния, к которому стремились. «Все, что удавалось фундаменталистам, удавалось только тогда, когда они действовали на волне более широкого участия церковных или „патриотических“ сил», — пишет Костюк.

Один из примеров такого рода волны — массовое движение против показа в России фильма Мартина Скорсезе «Последнее искушение Христа», где режиссер вольно интерпретировал евангельский сюжет. Канал НТВ собирался показать его в 1997 году, но картину пришлось два раза снимать с эфира из-за многочисленных акций православных и сочувствующих. Конфликт длился почти полгода. В разных городах проходили митинги, в том числе — многотысячный митинг возле «Останкино», который состоялся 9 ноября. РПЦ и внецерковные движения сплотились против общего врага: показ осуждали Священный синод и патриарх Алексий II, епископы и священники призывали верующих забирать из «Мост-банка» деньги (этот банк, как и телеканал НТВ, принадлежал олигарху Владимиру Гусинскому), а общество «Память» грозило сотрудникам НТВ физической расправой.
Еще один важный эпизод для околоправославных фундаменталистских групп — борьба против штрихкодов и ИНН, которая развернулась в конце 1990-х годов. Среди верующих распространилось убеждение, что штрихкоды и ИНН — это печати Антихриста с «числом зверя» 666, предсказанные в Апокалипсисе. Соответствующие информационные материалы распространялись в приходах по всей стране, РНЕ выпустило листовку против ИНН тиражом в миллион экземпляров, предлагая спастись через вступление в ряды движения. В марте 2000 года Московская патриархия официально объявила, что ИНН — это не печать Антихриста, и призвала верующих к «трезвомыслию», но это не остановило протестное движение — в какой-то мере предубеждение против ИНН сохраняется и сейчас.

В борьбе против ИНН фундаменталистским активистам не удалось переубедить церковное руководство, но в тот же период они добились важной победы по другому спорному вопросу. Канонизация царской семьи Архиерейским собором 2000 года стала, по мнению исследователей, одной из важнейших побед православных националистов, которые много лет добивались причисления Романовых к лику святых. Как пишет Костюк, эта канонизация апеллировала к ностальгии по эпохе православного государства, которое было уничтожено с убийством православного царя. (В конфликте вокруг «Матильды» святость Николая II играет особую роль: депутата Госдумы Наталью Поклонскую, активно протестующую против фильма Алексея Учителя, связывали с течением «царебожников», которые считают царя новым воплощением Христа, искупившим своей смертью людские грехи.)
После 2000 года в среде православных фундаменталистских движений долгое время ничего нового не происходило — по выражению Верховского, «те же люди пережевывали ту же жвачку». Историк Николай Митрохин пишет, что после канонизации царской семьи руководство РПЦ «начало затяжные маневры, направленные на раскол фундаменталистской коалиции и переманивание на свою сторону ее наиболее „вменяемой“ части» (скажем, в 2001 году один из самых радикальных священников, протоиерей Дмитрий Смирнов, возглавилСинодальный отдел по взаимодействию с армией и правоохранительными органами). Эти маневры, по мнению Митрохина, в целом были успешны.
Боевое православие

По мнению опрошенных «Медузой» исследователей, новый подъем фундаменталистских настроений и эскалация околорелигиозного насилия начались в 2012 году, когда проходил процесс над Pussy Riot, а в СМИ широко обсуждались дорогие часы и квартиры патриарха Кирилла. При этом Верховский отмечает, что околоправославные группы (например, люди, называющие себя казаками) часто прибегали к «ограниченному насилию» — они могли разгромить выставку или кого-то побить, но так, чтобы не привлекать слишком пристального внимания правоохранительных органов.

Ту же точку отсчета — 2012 год — называл основатель одного из самых заметных и агрессивных православных движений «Сорок сороков» Андрей Кормухин. «Когда начались информационные атаки на патриарха, произошел скандал с Pussy Riot, стало понятно, что пришла пора православным христианам выйти наконец за ограду храма и встать на защиту своей веры», — объяснял он в интервью сайту Pravoslavie.ru.

Тогда же, в 2012-м, в публичном поле появилась и организация «Святая Русь» (не путать с «Христианское государство — Святая Русь»), пообещавшая в связи с делом Pussy Riot устроить «православные патрули» для защиты церквей. Впрочем, толком эти патрули так и не появились.
Cтраница лидера «Святой Руси» Ивана Отраковского во «ВКонтакте» и в 2017 году выглядит как своего рода образец православного фундаментализма, каким его описывал, например, Костюк. Иконы царской семьи здесь соседствуют с выступлениями против «толерантности — жидовствующей ереси наших дней» и постами в поддержку активистов основанного Дмитрием Энтео движения «Божья воля», разгромивших в августе 2015 года выставку скульптур Вадима Сидура, которая, по их мнению, оскорбляла чувства верующих.
Уровень насилия в этой борьбе, по мнению специалистов, будет только расти. «Если деятельность Энтео — это было такое мелкое хулиганство, то теперь мы имеем дело со следующим этапом», — уверен Верховский. Он считает, что «боевое православие» становится возможным при участии «элементов националистического толка» — в том числе тех, кто воевал в Донбассе или просто радикализовался на фоне войны на Востоке Украины (как заявлял протоиерей Александр Пелин, транспаранты против «Матильды» на крестный ход в Петербурге 12 сентября пронесла «группа людей, назвавших себя „Народным ополчением Донбасса“»). Так, после запрета РОНС, из которого вышел Мирон Кравченко, на его месте возникла организация «Россия освободится нашими силами». На своем сайте участники называют себя русскими православными националистами и заявляют, что выступают против нынешнего политического режима, потому что власти «уничтожают русскость и извращают православие».

При этом, как отмечает Верховский, появление организаций вроде «Христианского государства» означает новый этап в развитии радикального православия: баланс между религией и национализмом теперь перевешивает в сторону первой.
Страх перед сожженными автомобилями

Насколько можно судить, из радикальных православных организаций напрямую Русская православная церковь поддерживает только «Сорок сороков». В «Основах социальной концепции РПЦ» насилие неоднократно осуждается. 12 сентября 2017 года глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда напрямую осудил акты насилия, связанные с фильмом «Матильда», назвав тех, кто их совершает, «псевдорелигиозными радикалами», действия которых «чужды мировоззрению любого верующего человека».

Религиовед Роман Лункин из Института Европы РАН считает, что в церковном руководстве нет единого взгляда на подъем фундаменталистских течений в целом и на ситуацию вокруг «Матильды» в частности. Легойда осуждает фундаменталистов, а его заместитель Александр Щипков в то же время критикует позицию министра Владимира Мединского, который, в свою очередь, критикуетпротивников фильма.
По словам руководителя проекта «Энциклопедия современной религиозной жизни России» Сергея Филатова, патриарх Кирилл старается не высказываться по поводу случаев, когда разного рода околоправославные активисты проявляют агрессию, потому что, с одной стороны, хочет сделать вид, что это не стоит его внимания, а с другой — не хочет вызвать неприязни у какой-то из внутрицерковных фракций.

Тем не менее патриарх время от времени комментирует случаи агрессивной защиты «православных ценностей» — не одобряя их напрямую, но и не слишком осуждая. В разговоре с координатором движения «Сорок сороков» Александром Кормухиным патриарх упомянул события в московском парке «Торфянка», где активисты движения противостояли местным жителям, протестующим против строительства храма и установки на этом месте креста. «В таком случае соответствующие действия с нашей стороны должны быть принципиальными, — заявил Кирилл. — Мы не можем идти на поводу тех, кто ненавидит изображение креста Господня, тем более что крест присутствует даже в нашей государственной символике, и было бы неправильно отдавать на поругание крест Христов».

Комментируя разгром выставки Вадима Сидура, патриарх признал, что протестовать против оскорбления чувств верующих нужно цивилизованно, но предложил сосредоточить внимание не только на «протестующих», но и на тех, кто решил организовать такую выставку в центре Москвы.
Опрошенные «Медузой» эксперты считают, что к радикализации православных групп во многом привели именно высказывания представителей официальной Церкви. «Эти люди воспитаны под влиянием фундаменталистского крыла РПЦ», — говорит Александр Верховский. Роман Лункин тоже утверждает, что антилиберальная риторика РПЦ подогрела фундаменталистские настроения, которые церковь теперь не может контролировать. Согласен с коллегами и Сергей Филатов. По его словам, представители РПЦ воспитали фундаменталистов, но террора и вообще самовольных хулиганских выходок боятся, потому что сами по себе иерархи — люди бюрократического склада. «Они [иерархи Церкви] были бы довольны мирными демонстрациями, пикетами, молитвенными стояниями, письмами — это бы все поддержали и радовались, — объясняет эксперт. — А когда начали жечь автомобили — я уверен, что это вызвало у них негодование и страх».
Иван Голунов
Москва
Липы за 200 тысяч
Как и зачем сажают деревья на Тверской — и стоят ли они заплаченных за них денег
7 ноября 2016
Источник: Meduza
В начале ноября 2016 года на Тверской улице в Москве высадили липы — несмотря на то что в городе уже шел снег. Еще несколько тысяч деревьев и кустарников будут в скором времени высажены в центре Москвы и в районе МКАД. По просьбе «Медузы» Иван Голунов разобрался в том, почему деревья сажают в ноябре, как их стоимость для городского бюджета за несколько недель упала вдвое, кто занимается новой фазой озеленения и зачем закупать липы в Германии.
Что это за деревья? Их везде будут высаживать?

Липовая аллея на Тверской появилась на прошлой неделе — и это только начало. С 7 ноября начнется озеленение реконструированной части Садового кольца, где будут высажены несколько сотен кленов и лип, несколько десятков яблонь и рябин, а также три вяза и один куст японского багряника.

Новые деревья появятся на всех улицах, благоустроенных в этом году по программе «Моя улица». Всего планируется высадить 2875 деревьев, но больше половины из них будут расти не в центре Москвы, а вокруг транспортных развязок МКАД с семью вылетными магистралями: там посадят все те же клены, липы, вязы, рябины, а также дубы, черемуху и ясень.

Есть, однако, нюанс: деревьев может оказаться в два раза больше. Помимо отдельного тендера на высадку 2875 деревьев, закупить и посадить зеленые насаждения должны были компании, занимавшиеся благоустройством по все той же программе «Моя улица». Например, помимо 97 лип, уже появившихся на Тверской, подрядчик, благоустраивавший улицу, по контракту должен обеспечить ее еще 126 кленами.

Параллельное озеленение кое-где приводит к комичным результатам. В небольшом Черниговском переулке в Замоскворечье в рамках программы «Моя улица» должно быть высажено 48 кленов и 2260 кустарников, а по тендеру на закупку деревьев — еще 20 кленов. Каким образом все это разместится в переулке, длина которого составляет всего 150 метров, пресс-служба мэрии не сообщила.

«Конечно же, это ошибка. Из договора со строителями будет исключен пункт о покупке деревьев», — говорит источник «Медузы» в Комплексе городского хозяйства Москвы, однако на начало ноября никаких изменений в госконтракт не было внесено. Портал мэрии «Наш город» и вовсе настаивает, что в Черниговском переулке в 2016 году будут высажены в общей сложности 4532 дерева, кустарника и цветника.
Зачем опять деревья на Тверской, если их недавно уже сажали?

Действительно, летом 2013 года на Тверской установили гранитные кадки с деревьями и кустарниками. Тогда на эти цели было потрачено 279 миллионов рублей, что привлекло внимание Алексея Навального, который подробно разобрал, на что ушли деньги. Спустя год озеленение было признано удачным: «погибли лишь 4 процента деревьев, тогда как ожидалась гибель до 30 процентов растений из-за плохой экологической ситуации в центре столицы», — заявляли чиновники. Впрочем, источник «Медузы» в мэрии Москвы признал, что, деревья, высаженные в 2013 году, практически полностью сменились новыми.

Сейчас власти города решили высадить сразу взрослые деревья, выращенные в немецких питомниках. Например, на Тверской высажены 35-летние липы высотой более семи метров. «С одной стороны, взрослое дерево смотрится красиво, с другой — оно более адаптировано к городским условиям и более живучее, чем саженцы», — объясняет источник «Медузы» в мэрии.
Почему деревья сажают в ноябре? Сколько из них выживут?

Оптимальным временем для посадки деревьев считается весна и осень, когда среднесуточная температура составляет около пяти градусов. Такая температура была в первые дни ноября в прошлом году — именно поэтому липы сажали на прошлой неделе. Однако ноябрь 2016 года оказался одним из самых холодных за последние десять лет. Как это скажется на судьбе посадок, пока неизвестно. Гарантийный срок на высаженные деревья, согласно госконтракту, составляет один год. Если за год дерево погибнет, предоставившая их компания «Европарк» обязана заменить растение за свой счет (для частных клиентов «Европарк» предлагает гарантию на два года.)

В отношении общей выживаемости растений в Москве Департамент природопользования и охраны окружающей среды ограничивается общими цифрами: в пресс-службе департамента «Медузе» пояснили, что не приживаются в среднем пять процентов деревьев и семь процентов кустарников, «что соответствует нормативам». При этом чиновники отказываются раскрывать данные о судьбе деревьев на конкретных улицах, ссылаясь на конфиденциальность информации и «охрану прав и интересов третьих лиц». «Публикация отчетной документации по исполнению заключенных государственных контрактов не предусмотрена», — говорится в ответе замглавы департамента Сергея Мельникова на обращение активистов.
Зачем деревья покупали в Германии? Неужели своих нет?

В России нет питомников, которые способны поставить несколько тысяч взрослых деревьев. Раньше столичные власти пересаживали взрослые деревья в парки из мест, где планировалось начать строительство, — так, например, озеленялся парк «Южное Тушино». «Для того чтобы вырастить дерево, нужно потратить 20−30 лет, — это достаточно большой срок. Предпринимателю нужна для этого как минимум экономическая стабильность», — объясняла Варвара Мельникова, директор института Strelka, который имеет отношение к созданию концепции благоустройства улиц. Одна из крупнейших российских компаний, занимающихся выращиванием взрослых деревьев, принадлежит главному редактору газеты «Комсомольская правда» Владимиру Сунгоркину и его супруге Ирине Савватеевой — но их основные питомники были открыты всего несколько лет назад, и до нужного возраста деревья там пока не доросли.
Сколько это стоит?

Деревья закупало ГУП «Мосремонт», которое прежде занималось ремонтом исторических зданий. Вероятно, неопытностью предприятия в этой сфере можно объяснить то, что тендер на покупку деревьев объявлялся трижды — причем менялась в нем только сумма: к последнему тендеру она снизилась более, чем вдвое, с 1,7 миллиарда рублей до 755 миллионов.

Первый тендер «Мосремонт» объявил 9 августа 2016 года. В нем на посадку и уход за одним деревом предполагалось потратить 600 тысяч рублей (отсюда общая сумма в более чем полтора миллиарда рублей за 2875 деревьев). Начальная цена закупки была определена на основе коммерческих предложений трех неназванных компаний, которые направили их непосредственно в день объявления тендера. Впрочем, после запроса издания РБК в столичную мэрию этот тендер был отменен, а еще через несколько дней стало известно, что замглавы департамента капитального ремонта столицы Петр Туркин, который его курировал, уволился по собственному желанию.

6 сентября был объявлен новый тендер, в котором начальная цена была снижена до 1,34 миллиарда рублей (466 434 рублей за одно дерево). Однако для госзакупок на сумму свыше одного миллиарда должны проводиться общественные слушания — а «Мосремонт» размещал свои тендеры без них. В третьей и финальной итерации тендерной документации, которая была размещена 16 сентября, начальная цена закупки составляла уже 755 миллионов рублей.

Победителем стала компания «Европарк», предложившая выполнить работы за 740 миллионов. Таким образом, каждое дерево обошлось городскому бюджету в 191 171 рубль. Еще почти 40 тысяч пришлось заплатить за посадку и 27,7 тысячи — за уход в течение года. Ранее «Европарк» занимался озеленением нескольких жилых комплексов на Коровинском шоссе и в районе Хорошово-Мневники, а также благоустраивал территорию корпоративного университета «Сбербанка», школы управления «Сколково» и резиденцию президента Татарстана в Казани.
Почему все это так дорого стоит?

Неясно. «Медуза» изучила тендеры на покупку деревьев, которые размещали столичные власти за последние два года. Один из них выиграла компания «Макси Флора», принадлежащая сыну бывшего директора ГУП «Мосзеленхоз» Максиму Воскобойникову. Семиметровые липы того же рода, что сейчас высаживают на Тверской, «Макси Флора» для озеленения Якиманки предлагала по цене в 132 752 рубля за дерево, а для Парка Горького — и вовсе поставляла за 114 259 рублей. Компания «Ривьера», занимающаяся деревьями из немецких питомников, продает частным клиентам аналогичное дерево за 135 500 рублей, обещая скидку за крупный заказ («Ривьеру» отстранили от участия в тендере на поставку деревьев, потому что она планировала использовать для ухода за деревьями поливочную машину, а не обыкновенную автоцистерну, как требовал заказчик).

Согласно договору с «Европарком», 25-летние липы, аналогичные тем, что посадили на Якиманке, Москва закупила по цене 140 998 рублей за одно дерево. А одну липу на десять лет старше (такие посадили на Тверской) город купил за 226 461 рублей.
Как вообще устроен рынок озеленения в Москве?

Это закрытый мир, не терпящий новых игроков. При этом в нем крутятся большие деньги: мэр Москвы Сергей Собянин говорил, что за последние шесть лет в Москве было высажено около 4 миллионов деревьев и кустарников. В это число входят не только истории вроде Тверской и Черниговского переулка: весной и осенью в Москве проводится озеленение дворов по заявкам жителей, оставленных в мобильном приложении «Активный гражданин».

В качестве примера подозрительных сделок можно привести в пример тендер, который в марте 2016 года выиграла компания «Атон». По контракту она должна была высадить более чем 150 тысяч растений за 218 миллионов рублей (заявленная сумма тендера составляла 370 миллионов). Через несколько дней чиновники аннулировали итоги конкурса на том основании, что «Атон» указал «недостоверную информацию в отношении конкретных характеристик товара» — в частности, удобрений. Аналогичные нарушения чиновники обнаружили в документах еще четырех компаний-участников тендера. «Атон» опротестовала решение чиновников в управлении антимонопольной службы по Москве (УФАС), которое обязало столичные власти заключить контракт с «Атоном», — однако к этому моменту деревья уже были высажены. Сделали это компании «Стройиндустрия» и «Гриндор» — с ними были заключены контракты по максимальной начальной цене, несмотря на то что «Гриндор» был в числе участников первого тендера, отстраненных властями из-за недостоверной информации. Более того, если прежде деревья планировалось высадить в течение 30 дней, то новые подрядчики должны были успеть выполнить работы за 10 дней.

По данным «СПАРК-Интерфакс», «Стройиндустрия» — давний партнер дирекции Мосприроды. За последние четыре года компания выиграла тендеры на сумму почти в полмиллиарда рублей, и большинство из них разыгрывало природоохранное ведомство. При этом по одному адресу со «Стройиндустрией» зарегистрировано еще 424 компании, что, по методическим указаниям ФНС, является одним из признаков компаний-однодневок. Контактный телефон «Стройиндустрии» совпадает с телефонами еще двух компаний-подрядчиков правительства Москвы — «Ресурс» и «Юнимикс». Учредителями последней выступали Константин Вячеславович Воронцов и Вячеслав Иванович Воронцов (в марте 2015 «Юнимикс» был ликвидирован). До декабря 2008 года генерал-майор Вячеслав Воронцов занимал пост замначальника Академии управления МВД, позже работал в Счетной палате, а сейчас служит помощником бывшего председателя Счетной палаты Сергея Степашина и является членом Императорского Палестинского общества.

Компания «Гриндор» ранее также неоднократно побеждала на торгах, объявленных «Мосприродой». Ее гендиректором и владельцем компании является Алексей Козлов. Ранее Козлов возглавлял «Гильдию предприятий коммунального хозяйства», учрежденную столичным ГУП «Доринвест» и рядом крупных подрядчиков Комплекса городского хозяйства Москвы. По данным Федеральной налоговой службы, в одной комнате с «Гриндором» зарегистрированы еще 216 юрлиц. По мобильному номеру компании, указанном в ЕГРЮЛ, сообщают, что он «не подключен к станции».

Иван Голунов
Москва
Гроб, кладбище, сотни миллиардов рублей
Как чиновники, силовики и бандиты делят похоронный рынок — и при чем тут Тесак.
14 августа 2018 Источник: Meduza
Расследование Ивана Голунова.

Ежегодно в России умирает около двух миллионов человек. Оборот похоронной индустрии только официально составляет около 60 миллиардов рублей в год; размер ее теневого сектора, по оценке властей, может достигать 250 миллиардов. За последние тридцать лет ритуальный рынок в России делили несколько раз — участвовали в этом и представители организованного криминала, и силовики, и государство. В результате в разных регионах постоянно возникают эксцессы: от перестрелки на Хованском кладбище в Москве до перекидывания трупов через забор в Екатеринбурге, несанкционированных массовых захоронений в Тольятти и суицида владельца кладбища в Омске. Спецкор «Медузы» Иван Голунов разобрался с тем, как устроен ритуальный рынок в России, — и выяснил, как контроль над ним постепенно переходил от людей, близких к криминальным структурам, к людям, связанным с государством.
9 декабря 2017 года у себя дома умер Леонид Броневой — актер, самой известной ролью которого стал Мюллер в «Семнадцати мгновениях весны». Как правило, знаменитых людей в Москве хоронят на одном из престижных кладбищ — Новодевичьем или Троекуровском. Формально на них давно нет мест, но для людей калибра Броневого делается исключение. Как рассказывают собеседники «Медузы» в правительстве Москвы, решение принимает лично мэр Сергей Собянин, который для этого отправляет СМС своему подчиненному Алексею Немерюку — главе департамента торговли и услуг, в ведение которого входит и ритуальная отрасль. В случае с Броневым Собянин не только распорядился выделить место на Новодевичьем кладбище, но и попросил городское предприятие «Ритуал» взять на себя все расходы по организации похорон.

Сделать это, однако, оказалось не так просто. Как рассказывает «Медузе» сотрудник «Ритуала», агент компании приехал к Броневому всего через 40 минут после того, как врач констатировал смерть. Выяснилось, что к этому моменту родственники актера уже заключили договор с другой ритуальной компанией — «Дарко»: ее агент приехал одновременно со скорой помощью. Представитель «Дарко» не знал, кем был покойный, но передать организацию похорон муниципальным конкурентам отказался — а поскольку паспорт Броневого родственники агенту уже отдали, расторгнуть с ним договор, по словам собеседника «Медузы», было «практически невозможно».

В итоге уже на Новодевичьем заведующему кладбищем пришлось вмешаться в процесс похорон, — по словам сотрудника «Ритуала», гроб пытались установить на постамент для прощания с близкими и поклонниками вверх ногами. «Если бы произошел конфуз, то никто бы не стал разбираться, кто организовывал похороны, — продолжает собеседник „Медузы“. — Виноваты были бы мы».
В советское время за все похороны отвечало государство, но после распада СССР ритуальную монополию, как и большинство прочих, ликвидировали. В 1996 году был принят закон, оставивший за государством только управление кладбищами и крематориями. Контроль за самими ритуальными услугами возложили на муниципалитеты. Сначала они выдавали лицензии на похоронное дело частникам, но в 2002 году в рамках борьбы с бюрократией отменили и их.

К тому моменту рынок ритуальных услуг был одним из самых криминальных в стране. В разных городах его регулярно делили со стрельбой и взрывами. Муниципальные чиновники и милиция были скорее обслугой для похоронного бизнеса — а все сопутствующие конкуренции издержки перекладывались на потребителя: как правило, родственники покойных не вникают в детали навязываемых им услуг и готовы платить сколько скажут.

С тех пор во многих регионах с похоронной отраслью случилось то же, что и со всей российской экономикой. Чиновники зачистили рынок и выдавили его прежних хозяев на периферию, использовав для этого правоохранительные органы: вместо перестрелок и взрывов теперь в ходу прокурорские проверки. Где-то сложились монополии под руководством бывших и нынешних чиновников, депутатов и силовиков. Где-то бизнесмены-похоронщики сами вошли во власть; где-то — сумели стать младшими партнерами людей при власти. Остаются и регионы, где «зачистка» рынка еще не закончена: в той же Москве действуют десятки похоронных бизнес-групп, часто связанных с бывшими чиновниками, — а власти вместе с силовиками с ними борются.
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Частная охранная монополия

В конце 1990-х по Санкт-Петербургу прокатилась волна убийств людей, связанных с похоронным бизнесом. Жертвами стали семь санитаров городских моргов, два адвоката, представлявших интересы ритуальных компаний, заведующий кафедрой патологоанатомии Медакадемии им. Мечникова, а также священник, который совершал требы в часовне при одном из моргов.

Следствие выяснило, что все убийства организовала банда, собравшаяся вокруг одного морга и вскоре подчинившая себе остальные. Подконтрольные ей санитары навязывали родственникам услуги по подготовке тела к погребению, завышая цены, — и срывали похороны, если те отказывались платить. Главой банды был Валерий Бурыкин — инспектор по работе с персоналом в городском патологоанатомическом бюро. В феврале 2003 года «банда санитаров» убила еще одного юриста. Через год после этого основных руководителей группировки арестовали.

Новым «хозяином» петербургского ритуального рынка стал Игорь Минаков — бывший оперативник угрозыска в Сестрорецке, который основал в Петербурге успешное частное охранное предприятие «Защита»: его сотрудники с 1998 года охраняют городские кладбища.

Основной партнер Минакова — бывший глава городского похоронного предприятия «Ритуальные услуги» Валерий Ларькин. Аффилированные с двумя бизнесменами компании, по оценкам газеты «Деловой Петербург», сейчас контролируют около 90% похоронного рынка города. Их группа работает и с госкомпаниями: например, автобаза «Ритуальных услуг» и подконтрольная Минакову и Ларькину фирма «Автобаза. Ритуальные услуги» находятся по одному адресу и тесно сотрудничают, — как установило управление ФАС по Петербургу, сотрудники «Автобазы» часто приезжают за телами умерших вместо сотрудников госкомпании.

Девять из десяти частных петербургских компаний, которые занимаются содержанием 71 городского кладбища, также контролируются структурами Минакова или связаны с ними. Есть среди компаний, связанных с Минаковым и Ларькиным, и производители гробов и памятников.

В моргах или бюро судмедэкспертизы, куда отвозят трупы, компании Минакова арендуют помещения, где за деньги обрабатывают тела умерших. Сотрудникам государственных медучреждений делать это запрещено приказом Минздрава — и компании Минакова работают фактически без конкурентов, получая заодно доступ к базам данных о смертях. Взамен они разрешают судмедэкспертам пользоваться холодильниками и прочим оборудованием, установленным в арендованных помещениях (хотя, например, в одном из крематориев компания Минакова арендует всего 750 из общих 10 000 квадратных метров территории). Более того, услуги по бальзамированию оказывают судмедэксперты — в свободное от основной работы время.

Похожим образом устроено получение свидетельств о смерти. Для «удобства» их можно получить тольков двух отделениях ЗАГСа Санкт-Петербурга, на входе в которые размещены офисы Санкт-Петербургской ритуальной компании, владельцем которой является Валерий Ларькин. По подсчетам «Медузы», выручка неформального холдинга Минакова и Ларькина в 2016 году составила более 2,3 миллиарда рублей, а чистая прибыль — почти 580 миллионов.
ВОЛГОГРАД

Общество «Память»

Зимой 1996 года Борис Ельцин подписал закон, регулирующий ритуальную индустрию. Документ гарантировал всем гражданам право на бесплатные похороны за государственный счет и передал управление ритуальной сферой муниципалитетам — городам и районам. Сейчас из федерального бюджета оплачивается лишь часть расходов на похороны; остальное должны компенсировать муниципальные предприятия. Сейчас сумма, гарантированная федеральными властями, составляет 5701 рубль. В Москве стоимость услуг по гарантированному перечню определена в 16 701 рубль, а Ямало-Ненецком округе — в 55 100 рублей. Разницу компенсируют из регионального бюджета. Можно поручить организовать похороны уполномоченной властями компании — или сделать все самостоятельно, получив компенсацию деньгами.

После введения новых правил каждый муниципалитет утвердил гарантированный перечень услуг и товаров, на которые может рассчитывать любой гражданин. Как показала федеральная проверка в 2017 году, требования к качеству этих услуг разнятся — иногда даже в пределах одного региона. Например, в Бийске в Алтайском крае бесплатно предоставляют необитый гроб из необработанных досок, а в соседней Белокурихе — гроб, обитый бархатом. В Старом Осколе уложить умершего в гроб должны представители ритуальной службы, а в ряде других районов Белгородской области — родственники. Государство ежегодно расходует на эти гарантии около 20 миллиардов рублей — однако в реальности воспользоваться бесплатными похоронами во многих регионах практически невозможно.

В июне 2016 года у жительницы Волгограда Татьяны Поповой после долгой болезни умер дядя. Приехавшие зафиксировать смерть полицейские заявили о необходимости вскрытия; вслед за ними приехал агент городской похоронной службы «Память» — и потребовалнемедленно заплатить 20 тысяч рублей за транспортировку тела в морг.

В Волгограде работает около 20 похоронных бюро, но фактически похоронить человека можно только с помощью «Памяти» — у остальных компаний нет доступа к инфраструктуре. Основала компанию Ирина Соловьева, муж которой — Иосиф Ефремов — многие годы курировалмуниципальные ритуальные компании. В 2002 году «Памяти» досталсяот мэрии контракт на 15 лет на оказание услуг по погребению по гарантированному перечню и содержание кладбищ; вскоре после этого городское похоронное предприятие «Кербер», которое возглавлял Ефремов, объявили банкротом. Таким образом, «Память» стала единственной компанией, имеющей право выкапывать могилы, а ее агенты обосновались в городских моргах. Когда через несколько лет волгоградская мэрия создала городскую диспетчерскую, куда полицейские и врачи должны были сообщать всю информацию о смертях, она разместилась в офисе «Памяти», а сами диспетчеры были сотрудниками компании.

Конкуренции с «Памятью» не выдержала даже Русская православная церковь. В 2004 году Волгоградская епархия открыла собственную ритуальную компанию и получила участок под создание вероисповедального кладбища. Цены там были невысокие, дела шли успешно — однако вскоре прокуратура выявила нарушения при выделении земли и запретила церкви проводить похороны; участок в итоге передали в управление «Памяти».
Компания Соловьевой развивала бизнес в разных направлениях. В 2011 году «Память» торжественно открыла первый в регионе крематорий и начала активно его рекламировать. Новое предприятие взволновало жителей соседних жилых домов — от них до крематория было меньше 100 метров, что противоречит санитарным нормам. Когда жители обратились в мэрию и санэпидстанцию, там ответили, что разрешения на строительство и ввод в эксплуатацию крематория не выдавались, а значит — его там нет. Согласно данным Росреестра, на территории находится производственная база. Крематорий продолжает работать.

Когда летом 2016 года агент «Памяти» запросил у Татьяны Поповой 20 тысяч рублей, она позвонила в офис компании и в администрацию района — и тело дяди увезли в морг бесплатно. Женщина прочитала в интернете о бесплатных похоронах по гарантированному перечню и рассчитывала на то, что «Память» выполнит эти обязательства. Однако, когда она пришла в офис компании, ей заявили, что бесплатно хоронить родственника не собираются: «Либо платите 80 тысяч рублей, либо покиньте частную территорию». Морг несколько дней отказывался выдать Поповой свидетельство о смерти, ссылаясь на то, что провести вскрытие пока не успели.

Обнаружив, что депутат Волгоградской думы Дмитрий Крылов критиковал «Память» в прессе, Попова обратилась к нему за помощью. Как Крылов рассказал «Медузе», они добились получения свидетельства о смерти и нашли компанию, которая согласилась организовать прощание за меньшую сумму. Впрочем, когда катафалк приехал на кладбище, охранники запретили заносить гроб на территорию, заявив, что он не соответствует требованиям к качеству ритуальных товаров. Этот перечень в 2009 году утвердилаВолгоградская дума — по инициативе Ирины Соловьевой, за год до того избранной депутатом от «Единой России» и ставшей главой комитета по городскому хозяйству.
Когда сотрудники конкурента «Памяти» начали выкапывать могилу, копатели «Памяти» тут же бросали землю обратно. В итоге яму выкопал сам депутат гордумы Волгограда Дмитрий Крылов, а похоронить дядю удалось только под наблюдением полиции.

По словам замначальника управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Юлии Ермаковой, Волгоград — один из лидеров по количеству жалоб и нарушений в похоронной отрасли. Ведомство еще в 2011 году потребовало от «Памяти» и мэрии Волгограда устранить нарушения — однако компания предпочла выплачивать штраф за неисполнение предписания. По словам директора волгоградского похоронного бюро «Радоница» Евгения Ялымова, сейчас похороны в Волгограде в среднем стоят в три раза дороже, чем в городе Волжском, расположенном на другом берегу Волги: 60−80 тысяч рублей против 23 тысяч. «Радоница» раньше снимала часть муниципального помещения под свой офис, но Соловьева инициировала расторжение договора аренды.


Ирина Соловьева продолжает свою политическую карьеру: сегодня она — вице-спикер Волгоградской областной думы. В этом качестве она регулярно попадает в рейтинги самых богатых госслужащих региона. В 2017 году Соловьева заработала более 18 миллионов рублей; ей принадлежат четыре жилых дома, 26 нежилых строений, собственный пруд, а также несколько автомобилей Mercedes и Porsche Cayenne. «Памятью» теперь владеет сын Соловьевой — 21-летний Иосиф Иосифович Ефремов, который вернулся в Волгоград после окончания университета в Лондоне. В 2015 году Ефремов-младший стал депутатом гордумы и куратором партийного проекта «Единой России» «Крепкая семья».

В 2016 году выручка восьми ритуальных компаний, объединенных под брендом «Память», составила 561,1 миллиона рублей; чистая прибыль — 83 миллиона рублей. В том же году компания Ефремова-младшего получила субсидию из городского бюджета 26 миллионов рублей. В 2017 году администрация Волгограда без конкурса пролонгировала договор с «Памятью» еще на 10 лет. А в конце года — приняла решениео «налоговых каникулах» для предприятий ритуальной отрасли. Не требовать денег у похоронного бизнеса волгоградские депутаты решили «из-за отсутствия конкуренции и слабой развитости отрасли».
МОСКВА

Ритуал и криминал

С 2002 года похоронным агентом формально может стать любой человек без дополнительных разрешений. В реальности получить свою долю на ритуальном рынке не так-то просто. Нужен доступ к главному ресурсу — информации о смерти.

До недавнего времени лидерами похоронного рынка в Москве были те, кто смог наладить поступление информации из моргов при городских больницах. Идея разместить там пункты приема заказов впервые возникла у заместителя главврача московской скорой помощи Владимира Панина — он в 1986 году организовал ритуальный кооператив, который позже стал компанией «Стикс-С». Компания Панина и ее конкуренты официально арендовали небольшие площади при моргах — и обслуживали людей, которые в этот морг приходили за телом родственника.

С постепенной приватизацией индустрии в ней появлялось все больше игроков, связанных с оргпреступностью. Создатель «Стикс-С» Панин вспоминал, что в разборках с мафиозными структурами ему несколько раз поджигали офис и погибли трое сотрудников.

Даже компании, созданные в то время официальными властями, оказывались связанными с криминалом. В 1993 году московские власти учредили агентство «Ритуал-Сервис», которое должно было заниматься организацией коммерческих похорон (в рекламе компания заявляла, что хоронит «главным образом молодых людей, умерших в расцвете лет насильственной смертью»). Партнером мэрии стала фирма «Аригон-компани». Чиновники называли ее английской, однако, согласно данным Московской регистрационной палаты, учредителем компании была Ольга Шнайдер, супруга бизнесмена Семена Могилевича. Сам Могилевич, который позже фигурировал в списке людей, разыскиваемых ФБР (американцы считали, что он «контролирует огромную преступную сеть»), владел 40% британской компании «Аригон».

В конце 90-х годов мэр Москвы Юрий Лужков начал упорядочивать ритуальный рынок — из 900 городских ритуальных компаний 19 получили статус аккредитованных при мэрии. Владельцы передавали городу небольшой пакет акций, а взамен получали статус «городской специализированной службы» (ГСС) и преференции: имели право оформлять социальные похороны за счет бюджета, предлагать услуги от имени города и так далее.

Автором идеи был глава благотворительного фонда «Содействие» Алексей Сулоев. В те годы он активно сотрудничал с представителями мэрии: одно время был помощником главы Мосгордумы Владимира Платонова, а в начале 2000-х владел компанией, которая открыла несколько десятков кафе «Русское бистро» (мэр Лужков курировал эту сеть лично; ему принадлежат патенты на кулебяку и сбитень, которые продавали в «Русском бистро»).
19 компаний, получивших статус ГСС, были выбраны некоммерческой организацией «Управление ритуальных организаций и служб» (УРОС), которую возглавлял Сулоев. Четыре из них были тесно связаны с самим Сулоевым, другими он пытался завладеть. Так, глава «Ритуальной православной службы» Анна Широкова жаловалась Лужкову, что Сулоев за включение компании в список ГСС требовал передать ему блокирующий пакет акций, приводя в качестве аргумента «тесное знакомство с лидерами организованных преступных группировок». Вскоре после этого компанию Широковой лишили аккредитации; несколько ГСС действительно передали все той же УРОС. Связаться с Сулоевым «Медузе» не удалось.

Учредителями УРОС выступили компании «Горбрус» и «Ритус-Сервис» — их создали несколько выходцев из подмосковных Люберец, которые в 1990-х владели в Балашихе ликероводочным заводом, рынком, торговым центром, крематорием и кладбищем (Сулоев также был совладельцем нескольких их торговых центров в Балашихе). В 2012 году одного из этих люберецких бизнесменов, Юрия Манилова, вместе с криминальным авторитетом Марком Мильготиным обвинилив рэкете и вымогательстве (спустя два года дело закрыли из-за отсутствия состава преступления).

В 2007 году Алексей Сулоев возглавил столичное похоронное госпредприятие «Ритуал», а еще через некоторое время стал заместителем главы департамента торговли и услуг — и в этом качестве курировал похоронную отрасль. К концу десятилетия неформальный холдинг похоронных компаний, связанных с Сулоевым, контролировал более 40% ритуального рынка Москвы, в том числе оформляя заказы в моргах крупнейших столичных больниц. Ближайшим конкурентом была компания «Стикс-С» ветерана индустрии Панина, чьи агенты также работали в больницах; ее доля составляла 25,1%.

Когда Лужкова на посту мэра сменил Сергей Собянин, ситуация изменилась. В 2011 году Сулоев ушел из мэрии, а в 2013 году город избавился от долей в большинстве аккредитованных компаний, лишив их части привилегий. Теперь остались только две ГСС — муниципальный «Ритуал» и «Ритуал-Сервис», созданный когда-то женой Семена Могилевича (вскоре после ареста бизнесмена в 2008 году она продала акции компании менеджменту компании).

Одновременно московский департамент городского имущества расторг договоры по аренде помещений в моргах с частными компаниями из-за «нецелесообразности». Их места заняли агенты «Ритуала». В результате доля «Стикс-С» к 2018 году снизилась в десять раз, а выручка «Горбруса» за четыре года упала почти вдвое (142 миллиона рублей против 275 миллионов). Холдингу, связанному с Сулоевым, удалось сохранить только подмосковную часть своего бизнеса.

Решение об изгнании частных компаний из моргов лоббировал сменивший Сулоева в департаменте торговли и услуг Андрей Марсий. Бывший топ-менеджер пенсионного фонда «РЖД» «Благосостояние», Марсий начал подготовку к приватизации ритуального госпредприятия. Одним из двух кандидатов на его покупку был фонд «Благосостояние», но в конце 2013 года после серии арестов сотрудников «Ритуала» Марсий уволился из мэрии в связи с «накопившейся усталостью», а идея приватизации была забыта.

В начале 2015 года директором «Ритуала» был назначен старший оперуполномоченный Главного управления по противодействию коррупции и экономической безопасности МВД России Артем Екимов, который заявил, что его задача — очистить отрасль от криминала. В разговоре с «Медузой» Екимов признает: взять под контроль весь рынок пока не удалось, на территории некоторых моргов продолжают работать недобросовестные компании.

Один из таких примеров — бюро судмедэкспертизы в Царицыно, где похоронный бизнес продолжает работать примерно как в 1990-х. Большая часть родственников приходила в местный морг с уже оформленными договорами на организацию похорон от двух компаний из подмосковного Чехова. Во второй половине 2017 года объемы заказов их компаний резко выросли. По словам сотрудника «Ритуала», «кто-то из сотрудников [морга], вероятно, передавал им данные родственников умерших, как только поступало тело».
МОСКВА И ОБЛАСТЬ

292 пары глазных яблок на продажу

Морги — еще одна часть похоронной индустрии, где также находятся широкие возможности для бизнеса. Например, одним из крупнейших операторов моргов в Москве — в том числе и царицынского — является «Бюро судмедэкспертизы». Его гендиректором до недавнего времени был Евгений Кильдюшов — глава кафедры судебной экспертизы в Медицинском университете имени Пирогова (его обычно называют «Второй мед»).

Многие коллеги Кильдюшова по кафедре числились соучредителями компании «Броникс-Сервис» — до 2014 года она была оператором платных услуг, которые оказывались в моргах «Московского бюро» и в моргах ведомственных больниц, где работали выпускники «Второго меда». Так как госслужащие (включая Кильдюшова) не имеют права владеть коммерческими компаниями, в 2014 году основной владелец «Броникс-Сервиса» сменился — им стал Алексей Николаев, сын Бориса Николаева, завотделом аспирантуры и ординатуры Российского центра судебно-медицинской экспертизы при Минздраве.

В 2014 году по требованию властей «Бюро» пришлось провести конкурс по выбору оператора платных услуг. Выиграла его компания «Хэлп-Ритуал», основанная за несколько недель до проведения тендера; создали ее тогдашний начальник одного из отделов городского Депздрава Владислав Финогенов и Рашид Садыков, бизнес-партнер Эдуарда Галлямова, главного хирурга медцентра мэрии Москвы. Однако у дверей моргов, принадлежащих «Бюро», вскоре появились агенты другой компании — «Ритуальной службы сервиса» («РСС») — и начали перехватывать клиентов. По словам сотрудников нескольких похоронных бюро и чиновника мэрии, интересы этой компании лоббировала Оксана Доронина — замдиректора «Бюро» по экономике.

Конкуренция продлилась недолго — агенты «РСС» исчезли, а сама Доронина уволилась. Произошло это после того, как в отношении руководства «Бюро» было возбуждено уголовное дело о халатности: 13 сотрудников компании заразились туберкулезом. Доследственная проверка выявила многочисленные санитарные нарушения. В октябре 2017 года Кильдюшов подал в отставку с поста главы кафедры судебной экспертизы «Второго меда». Дело о халатности до сих пор расследуется.

Как писало издание «Лайф» со ссылкой на источники в следствии, «Бюро» подозревали еще и в незаконном изъятии органов умерших. Сотрудники «Бюро» и их коллеги, с которыми поговорила «Медуза», сомневаются в обоснованности таких обвинений, но не отрицают того, что органы из трупов в моргах действительно вынимали. «У нас все по закону, заключены госконтракты на изъятие, — объясняет один из бывших сотрудников. — Вы в курсе, что в России действует презумпция согласия на трансплантологию? Для изъятия органов не требуется разрешение родственников. Мы не имеем права [изымать органы], только если родственники предоставляют нам нотариально заверенное заявление умершего на запрет (по закону запретить изымать органы также могут сами близкие родственники покойного — Прим. „Медузы“). Но я с таким ни разу не сталкивался».

Согласно сайту госзакупок, «Бюро» действительно каждый год заключает контракты на изъятие органов: например, в этом году компания должна поставить Институту глазных болезней имени Гельмгольца не менее 292 глазных яблок, а башкирской клинике пластической хирургии — 1000 твердых мозговых оболочек, 250 большеберцовых костей, 100 ахилловых сухожилий и 400 белочных оболочек мужских яичек.

«В Москве у патологоанатомов хорошие зарплаты — с учетом прибавок за оказание коммерческих услуг [по подготовке трупов к похоронам и бальзамированию], — добавляет владелец одной из похоронных компаний. — Продажа органов, снятие с трупов золотых коронок — это региональная специфика, особенно распространенная в южных регионах и на Украине. Несколько лет назад в Подмосковье был такой случай, но выяснилось, что это делали приезжие из Ростовской области».

В 2013 году полиция Серпуховского района Московской области действительно возбудила уголовное дело по подозрению в том, что сотрудники ритуальной компании крали с тел умерших ювелирные изделия и золотые коронки, которые затем сдавались в ломбард. Обвиняли в этом фирму «Стелла-память» — крупнейшую ритуальную компанию юга Подмосковья, которая также управляет несколькими кладбищами в Серпухове. Основали ее супруги Ковшарь, переехавшие в Москву из города Донецка в Ростовской области; Ольга Ковшарь также с 2010 года является депутатом горсовета Серпухова, а в 2013 году возглавила политсовет местного отделения «Единой России».

Чем закончилось уголовное дело против Ковшарей, «Медузе» выяснить не удалось. Ольга Ковшарь пыталась добиться опровержений от изданий, рассказывавших об обвинениях в ее адрес, но суд дважды отклонял ее иски.
МОСКВА

Доступ к смерти

Сложнее всего государству оказалось «зачистить» компании, которые работают не с моргами и больницами, а с так называемыми домашними смертями. Тут тоже все основано на неформальном доступе к информации. Принято считать, что обычная реклама для этого рынка не подходит, потому что мало кто думает о похоронах своих родственников заранее: судя по результатам соцопроса 2017 года, чаще всего жители Москвы старше 50 лет узнают о ритуальных компаниях, когда те звонят им сами — как-то узнав о смерти близкого человека.

Иногда (особенно часто это происходит в регионах) скорая помощь едет медленно — и сотрудник ритуальной службы приезжает раньше врачей. «Тут все зависит от профессионализма агента, — рассуждает директор одной из похоронных компаний. — Однажды наш сотрудник приехал по адресу, а человек был еще жив. В результате агент с ним по каталогу выбирали гроб, венки и остальное. Все остались довольны».

Затраты на покупку информации (в Москве — 15−20 тысяч рублей на умершего) перекладывают на клиента. Отследить, кто передает информацию, почти невозможно. «Кто имеет [к ней] доступ? Диспетчер скорой помощи, который принимает вызов, водитель и врач скорой, диспетчер полиции, дежурный ОВД, сам полицейский, диспетчер городской труповозки и два сотрудника бригады труповозки, — перечисляет глава „Ритуала“ Екимов. — Уже девять человек, если не считать их руководство, которое может наладить целую систему продажи информации». Даже в больницах сотрудники «Ритуала» сталкиваются с тем, что медсестра отделения сообщает о смерти и тут же пишет кому-то сообщение, после чего родственники усопшего приходят уже с заключенным договором.
Как показывает анализ «Медузы», уголовных дел на сотрудников скорой и полиции по факту превышения служебных полномочий и разглашения персональных данных на всю Россию заведено лишь несколько десятков. Стандартное наказание по ним — штраф.

По данным «Ритуала», в Москве услуги, связанные с похоронами (главным образом именно умерших дома), оказывают почти 500 компаний и предпринимателей. Однако, как выяснила «Медуза», многие из них связаны между собой — и образуют несколько десятков крупных неформальных холдингов.

Так, похоронами Леонида Броневого занималась компания «Дарко». Ее бывшим совладельцам и их родственникам принадлежат еще несколько похоронных бюро в Москве и Тамбовской области, а также компания, которая владеет парком катафалков. Гендиректор «Дарко» Светлана Козлова — бизнес-партнер Игоря Медведкова, который в 2013—2015 годах возглавлял московский «Ритуал».

Сама Козлова ранее возглавляла принадлежащие Медведкову компании — а ее муж был партнером Медведкова в реутовской ритуальной компании «Посбон Р». При регистрации «Посбон Р» указала тот же телефон, что четыре компании бизнесмена Сакена Корганбаева, занимающегося продажей цветов. Корганбаеву принадлежит небольшое здание в промзоне в Гольяново, где находятся офисы еще нескольких ритуальных компаний: у всех них свои сайты и телефоны, но оформляют документы все они от имени фирмы «ГСС Посбон».

В прошлом совладельцем «ГСС Посбон» был глава российского фан-клуба группы AC/DC Алексей Чуйков. Ее нынешний совладелец Андрей Бесфамильный в 2016 году судился с миграционной службой: его обвиняли в том, что он нелегально привлекал иностранных рабочих для производства гробов и ритуальных принадлежностей в Щелково. Бесфамильный сначала заявлял, что сотрудники УФМС сами привели рабочих в цех, раздали инструменты и сфотографировали. Потом позиция изменилась: по новой версии, иностранцы просто жили на предприятии, не выполняя никаких работ (другой свидетель утверждал, что мигранты пришли по объявлению о приеме на работу, а в ожидании собеседования самовольно «занялись изготовлением моделей гробов безвозмездно»). Предприниматель просил суд учесть его «плохое имущественное положение»; в результате он отделался штрафом.

В неформальный холдинг, связанный с Медведковым, по подсчетам «Медузы», входит более 30 юридических лиц. Вместе они по состоянию на начало 2018 года контролировали около 6% всех захоронений в Москве. Полный список основных игроков московского ритуального рынка, составленный «Медузой», можно посмотреть здесь.
Пять крупнейших ритуальных компаний Москвы в общей сложности контролируют меньше половины рынка. Полный список всех крупнейших похоронных фирм города с динамикой по изменению доли рынка можно увидеть в отдельной таблице, составленной «Медузой».
РОССИЯ

Кусочек земли на Сейшелах

В 2016 году у традиционных похоронных компаний и холдингов появился хорошо организованный и высокотехнологичный конкурент, — по словам его представителей, он собирается делать ставку на обычную рекламу для потенциальных клиентов, а не на нелегальную покупку информации о смертях. Олег Шелягов, бывший топ-менеджер того же НПФ «Благосостояние», где работал Андрей Марсий, выкупил половину акций «Ритуал-Сервиса» — той самой компании, основанной в 1993 году женой Семена Могилевича и мэрией Юрия Лужкова, — и решил делать ритуальный бизнес по-новому.

Как рассказывает операционный директор компании Валерий Пильников, за два года с момента сделки количество заказов у «Ритуал-Сервиса» выросло с 20 до 1200 заказов в месяц. Пильников утверждает, что новый менеджмент отказался от практики покупки информации об умерших, положившись на продвижение в интернете, рекламу в районных газетах и листовки в почтовых ящиках. Для похоронных агентов компания разработала специальную цифровую платформу вроде той, что сделало «Яндекс.Такси» для водителей.

Шелягов стал широко известен в прошлом году, устроив вечеринку во Владимирском дворце в Петербурге в честь десятилетия свадьбы со своей женой Викторией. Торжество проходило в русском стиле: гостей встречали 15 балалаечников в народных костюмах. В интервью журналу Tatler, который подробно рассказывал о вечеринке, Виктория Шелягова сообщила, что у ее семьи есть «кусочек земли на Сейшелах, в глубокой старости я буду выращивать там зелень и помидоры». Согласно декларации о доходах, Олег Шелягов в 2017 году заработал всего 9,2 миллиона рублей, а его жена — 0 рублей; на двоих они владеют двумя квартирами в Москве и одним автомобилем.

Конкуренты утверждают, что «Ритуал-Сервис» также не брезгует традиционными правилами игры на рынке. В начале 2018 года поток тел, проходящих через морг Центра травматологии и ортопедии (ЦИТО), резко вырос. Ритуальные услуги в нем на тот момент оказывала компания «Бруно», созданная в январе 2017-го. Ее основатель и гендиректор Олег Пеняев одновременно являлся сотрудником «Ритуал-Сервиса» (в компании подтверждают эту информацию, но отрицают связь между собой и «Бруно») — а агенты «Бруно» представлялись клиентам сотрудниками муниципального «Ритуала», из-за чего весной 2018 года против компании возбудили уголовное дело о мошенничестве.

Теперь Шелягов собирается масштабировать свой бизнес на разные регионы России — хотя принято считать, что на похоронном рынке нет федеральных игроков, потому что он строится на связях с местными чиновниками. В начале 2018 года владелец «Ритуал-Сервиса» зарегистрировал компанию в Санкт-Петербурге, однако на рынок пока не выходил: по его словам, приходится учитывать «монополизм на этом рынке». Пока бизнесмен пытается «обкатать технологию» в других регионах — и везде его партнерами становятся влиятельные люди. В Челябинске это бывший глава местного ритуального госпредприятия; в Нижнем Новгороде — бывший вице-мэр. В Екатеринбурге Шелягов работает с Виктором Бубликом — раньше он был юристом в компаниях, связанных с организованной преступной группировкой «Уралмаш».

Глядя на успехи Шелягова, ставку на цифровые технологии начали делать и старые игроки рынка. Дети владельца холдинга «Горбрус» Юрия Манилова — Артем и Илья — создали компанию «Честный агент», которая запустила собственную IT-платформу для комплексного оказания ритуальных услуг — от транспортировки тела в морг до выбора места на кладбище. Впрочем, главное преимущество компании — все равно налаженные связи с кладбищами: «Честный агент» управляет муниципальными кладбищами в нескольких районах Подмосковья. А земля — наряду с информацией об усопших — это по-прежнему главный актив похоронной отрасли.
МОСКВА

Опекуны могил

На одной из центральных аллей Ваганьковского кладбища в Москве в 2012 году появилась могила молодой девушки Марины Красильниковой. Монумент, на котором выгравированы письма родственников покойной, занимает сразу несколько участков на пересечении двух центральных аллей. Сбоку участка стоят четыре обветшалых памятника с другими фамилиями.

Отец Марины — Сергей Красильников, один из совладельцев снесенного в 2016 году вещевого рынка около метро «Петровско-Разумовская», — получил участок земли в рамках программы «опекунства могил». Согласно изданному в 2009 году постановлению, могила может быть признана бесхозной и передана под «опеку» другому человеку. Он должен отреставрировать памятник или поставить новый; если он решит кого-то похоронить на участке, на тыльной стороне нового памятника должна быть написана фамилия покойного из прежнего захоронения. Принимает решение о передаче могилы в опекунство комиссия, состоящая из сотрудников «Ритуала» и «представителей общественности» (каких конкретно, неясно).

Эту схему придумал тот же Алексей Сулоев, когда был главой «Ритуала». За несколько лет до старта программы опекунства компания Сулоева «Спот.ру» выиграла тендер на проведение инвентаризации старых кладбищ Москвы. Когда Сулоев перешел на госслужбу, он объявил программу перерегистрации могил и выдачу электронных паспортов захоронений для родственников усопших. По его словам, это должно было помочь забывчивым людям найти могилы близких — для этого на кладбищах предполагалось установить электронные терминалы (этого так и не произошло). Если владельцы могил не успевали пройти перерегистрацию, то их могилы признавались бесхозными и могли получить «опекуна».

При Сулоеве, в конце 2000-х годов, старые кладбища начали активно переустраивать — сносить хозяйственные постройки и сужать дорожки, продавая освободившуюся землю под могилы. Большинство кладбищ не были зарегистрированы в земельном кадастре, а значит, не имели четких границ, что позволяло их администрации захватывать прилегающие земли. Так, в 2011 году природоохранная прокуратура обнаружила, что Бутовское кладбище незаконно захватило три гектара леса, на которых к тому времени было расположено 4 тысячи могил. (Конфликт урегулировали мировым соглашением.)

В 2014 году правительство Москвы лишило «Ритуал» возможности продавать земли под новые могилы, отменило программу опеки и запустило электронные аукционы по продаже земли под семейные захоронения на старых кладбищах. За несколько лет на них выставили более 2 тысяч участков. Впрочем, ажиотажа эта процедура не вызвала. Самый дорогой участок — 4 квадратных метра у входа на Троекуровском кладбище — за 4,65 миллиона рублей приобрелбывший акционер газового холдинга «Итера» Валерий Коротков. На самый дешевый лот — 0,88 квадратных метра за 24 тысячи рублей на Черкизовском кладбище у аэропорта Шереметьево — покупателей так и не нашлось.

Еще один важный ритуальный актив — торговые точки вокруг кладбищ. Как показывает расследование «Медузы», наиболее привлекательные участки для такой торговли принадлежат людям, которые аффилированы с бывшими чиновниками «Ритуала» и заведующими кладбищами.
Наибольшая торговая конкуренция – на крупнейшем кладбище Москвы, Хованском, где работает более 35 точек. Две из них принадлежат Игорю Дашдамирову, которого связывали с Солнцевской ОПГ и задерживали по подозрению в убийстве телеведущего Влада Листьева. Крупнейший же здешний торговец – «Ритуал-1», одна из старейших компаний рынка, которая до сих пор является заметным продавцом ритуальных товаров и гранитных памятников. О владельцах «Ритуал-1» известно немного. Среди них – православная меценатка Вера Слепухина и уроженец Солнцево Павел Руднев, который вместе с федеральным МВД продюсирует документальные фильмы и художественные сериалы про полицейских.
МОСКВА, ТОЛЬЯТТИ, ОМСК

Суицид на кладбище

Ежегодно для новых захоронений Москве необходимо 5 гектаров земли. Власти решили расширить несколько существующих кладбищ – однако этот процесс идет не без затруднений. Против расширения на 43 гектара Хованского кладбища – крупнейшего в городе – выступили жители расположенных неподалеку коттеджных поселков. А против увеличения Домодедовского – подмосковные власти: они считают, что 60 новых гектаров могил привлекут слишком много птиц, которые будут мешать посадке самолетов в аэропорту Домодедово.

Сейчас правительство Москвы намерено решить проблему радикально – создав в 35 километрах от МКАД рядом с законсервированным мусорным полигоном «Малинки» второе по размерам кладбище в мире на 580 гектаров (самое большое находится в Ираке). Называться оно будет «Белые березки»; в ближайшие годы на его создание будет потрачено около 2 миллиардов рублей.

В регионах зачастую нет денег не только на создание новых кладбищ, но и на содержание действующих. В середине июня 2018 года места официально закончились на всех кладбищах Тольятти (каждый месяц в городе умирает около семисот человек). В последние годы местные жители хоронили родственников на частном кладбище, которое появилось на территории бывшего колхоза «Россия», – открыл его в 2010 году совладелец местного судоремонтного завода. Там уже расположено несколько тысяч могил – однако в начале 2018 года новые захоронения суд на этой территории запретил, мотивировав это тем, что частных кладбищ быть не должно. Мэрия Тольятти должна выкупить землю и открыть кладбище вновь, однако денег в бюджете на это пока не предусмотрено.

Сейчас единственное место в Тольятти, где можно рыть могилы, – участок на месте сгоревшего соснового бора, расположенный за оградой городского Тоазовского кладбища. Формально эта земля принадлежит лесничеству, но с начала 2010-х там хоронят людей самовольно, а в последнее время участки там начала выделять и администрация кладбища. Убирают территорию сами родственники: нанять подрядчика, чтобы, например, разгрести упавшие деревья, администрация не может – это не ее территория.

Многие жители Тольятти теперь хоронят родственников на сельских кладбищах вокруг города: неофициально это может стоить до 30 тысяч рублей (официально – бесплатно). Однако, согласно выводам депутатской комиссии Самарской губернской думы, из четырнадцати таких погостов только пять зарегистрированы в земельном кадастре. Другая альтернатива – кремация, но в Самарской области собственного крематория нет: местные похоронные компании несколько раз в неделю отправляют тела на автомобилях в Москву – в частный крематорий «Горбрус».
Попытки создать полностью частные кладбища упираются в правовую неопределенность. В начале 2010-х создать свое кладбище решил омский предприниматель Игорь Малышев, занимавшийся до того скупкой металлолома. Его компания арендовала 40 гектаров земли под Омском, официально выделенных под кладбище, обустроила участок и согласовала все документы. На въезде должен был быть построен храм; место для церкви и для кладбища освятил местный митрополит в присутствии районных чиновников. Осенью 2012 года на кладбище начали хоронить людей.

Похорон состоялось всего три – после этого деятельность кладбища была остановлена: решение о его создании отменил новый глава района. 19 ноября 2012 года администрация подала в суд иск о расторжении договора аренды, переносе уже существующих могил в другое место и приведении участка в исходное состояние. Через две недели Малышев позвонил своему партнеру и сообщил, что едет «погонять куропаток и отвезти рабочим еду и зарплату». Вместо этого он приехал на кладбище, выстрелил себе в грудь и вскоре умер в больнице. В его офисном сейфе была обнаруженадесятирублевая монета и записка, адресованная главе района и фермеру, выступавшему против создания кладбища: «Забираете у меня землю, заберите тогда и жизнь».

Через несколько лет после смерти Малышева на том же месте появилось новое кладбище. Участок, где хоронят людей, принадлежит сельсовету, однако подъезды к кладбищу и здание администрации расположены на частной территории. Она теперь принадлежит омской компании «Авалон». Один из владельцев «Авалона» – Григорий Горовой, «мусорный король» Омска, контролирующий крупнейшие свалки региона.
ЕКАТЕРИНБУРГ

«Дондики» против администрации президента

Во многих крупных российских городах передел ритуальных рынков еще продолжается. Иногда это происходит стремительно – в этом случае новым игрокам чаще всего требуются самые высокие покровители.

В 2016 году после серии поджогов катафалков и других нападений на конкурентов в Екатеринбурге прошел громкий судебный процесс над создателями группы ритуальных компаний, которых в прессе называли «Дондики». Их сотрудники, притворяясь работниками муниципальной похоронной службы, забирали тела умерших у родственников, а потом требовали от них деньги за проведение похорон (формально – за сопутствующие услуги вроде перевозки трупа). В ходе суда выяснилось, что обвиняемые бизнесмены были связаны как с муниципальными ритуальными чиновниками, так и с людьми, проходившими по уголовному делу так называемой Уралмашевской организованной преступной группировки.

В том же году были арестованы заведующие несколькими екатеринбургскими кладбищами. К тому, что администрация требует денег за предоставление места под могилу, внимание публики привлек Дмитрий Малышев – он дважды пытался похоронить разных друзей на разных кладбищах и дважды поднимал шум в прессе, когда ему не давали сделать это бесплатно.

Позже выяснилось, что и у самого Малышева есть интересы в похоронном бизнесе – как в его родном Пермском крае, так и в Екатеринбурге, где он возглавляет компанию «Мемори Энималс», создавшую кладбище домашних животных и колумбарий для хранения урн с прахом людей. Партнером Малышева по этому бизнесу является Ольга Курченкова – жена бывшего высокопоставленного сотрудника Ростехнадзора Константина Курченкова, который, в свою очередь, является бизнес-партнером бывшего чемпиона мира по шахматам и депутата Госдумы Анатолия Карпова (приветствия Курченкова и Карпова размещены на официальном сайте кладбища домашних животных).

Основали же компанию, которую возглавляет Малышев, другие активные игроки на екатеринбургском ритуальном рынке – владельцы группы «Вознесение» Наталья Домрачева и Алексей Анисимов. Прославилась компания, в частности, тем, что их похоронный дом перекрывал дорогу в единственный в Екатеринбурге морг судебно-медицинской экспертизы – и катафалки конкурентов «Вознесение» пропускало только за деньги. Дошло до того, что тела в морг по ночам перекидывали через забор; решать конфликт пришлось мэру города.

Алексей Анисимов стал соучредителем «Вознесения», когда ему был 21 год. Его дядя – тоже Алексей Анисимов – в тот момент работал замглавы управления внутренней политики администрации президента России, а весной 2014 года стал руководителем исполкома Общероссийского народного фронта. Судя по данным, которые выкладывала в открытый доступ хакерская группировка «Шалтай-Болтай», Анисимов-старший обсуждал работу «Вознесения» в своей переписке.
РОССИЯ

Общественник из «Оккупай-педофиляй»

С конца 2016 года в московских СМИ стало появляться необычно много статей о ритуальном бизнесе. Рен-ТВ, канал «360», «Лента.ру» и другие издания писали о «вечеринке в гробу», устроенной в морге, о гробах, выкопанных после конфликтов с ритуальщиками, и о «ямах из грязи», в которых хоронят людей в Подмосковье.

Источником всех этих новостей было общество защиты прав усопших «Верум». По словам его президента Владимира Горелова, он решил создать правозащитную организацию после того, как, подобно екатеринбуржцу Малышеву, занимаясь организацией похорон своего друга, столкнулся с «беспределом». В социальных сетях «Верум» размещает объявления о покупке видео с противоправными действиями работников ритуальных агентств; в штате организации, помимо президента, работают два юриста и пресс-секретарь, который распространяет информацию по СМИ.

По словам Горелова, зарабатывает «Верум» на юридических консультациях для людей, у которых возникли проблемы при организации похорон. Корреспондент «Медузы», побывавший в офисе «Верума», заметил там лишь несколько сотрудников ритуальных компаний, пытавшихся урегулировать ситуацию после шума в СМИ и соцсетях. «Вот с Рузы [люди] – видели, мы недавно выкладывали ролик [о них]? – объяснял Горелов. – Теперь приехали познакомиться и рассказать, как исправляются».

За полтора года работы «Верума» героями их публикаций стали почти все крупнейшие игроки похоронной отрасли Москвы и Подмосковья. К кому-то приходили проверки; по словам собеседников «Медузы», у нескольких компаний фактически рухнул бизнес. Ритуальные предприниматели, попавшие в фокус внимания «Верума», подтверждают «Медузе», что ездили к Горелову на переговоры – но не говорят, чем переговоры закончились. «У них, вероятно, очень высокая крыша, – объясняет один из них свое нежелание рассказывать подробности. – Они точно не с рынка. Мы нанимали частного детектива, чтобы узнать, кто за ними стоит».

«[Президент «Верума»] Горелов – это зиц-председатель, отставной военный с орденами, который был найден по резюме на сайтах поиска работы», – объясняет «Медузе» человек, знакомый с работой. Как выяснила «Медуза», ранее Горелов возглавлял управление по привлечению инвестиций компании «Социальная инициатива», подписывая договоры с дольщиками. Дома для них так и не были построены; пострадавшими от деятельности компании были признаны более 9 тысяч человек. Сам Горелов, владевший 4% «Социальной инициативы», проходил по уголовному делу против компании как свидетель; ее основного владельца в итоге посадили на 10 лет.

Управляет же деятельностью «Верума» совсем другой человек. До 2016 года юрлицо, которое потом станет «Верумом», называлось «Костромская общественная организация по защите прав потребителей». Ее учредили трое жителей Костромской области. Как рассказал «Медузе» один из них, несколько лет назад организация была продана москвичу по имени Денис. Несколько людей, общавшихся с «Верумом», рассказали «Медузе», что в переговорах от имени организации участвовал Денис Логинов.
Денис Логинов ранее возглавлял межрегиональное отделение движения «Реструкт», созданного неонацистом Максимом «Тесаком» Марцинкевичем. Участники движения, в частности, проводили акции «Оккупай-педофиляй» – от имени несовершеннолетних знакомились в социальных сетях с потенциальными «педофилами», а во время личных встреч избивали и запугивали, снимая это на видео и затем вымогая деньги у жертв, которые не хотели огласки. В августе 2014 года Марцинкевича осудили на пять лет колонии. Был фигурантом одного из уголовных дел и Денис Логинов – но в итоге его перевели в статус свидетеля. Несколько участников «Реструкта» рассказали «Медузе», что уже после суда они узнали: раньше Логинов работал в управлении полиции по борьбе с экстремизмом.

Многие сторонники Тесака после этого перестали общаться с Логиновым – но не все. Вместе с другими соратниками, как рассказывает один из бывших участников «Реструкта», они начали задумываться о «более легальной» сфере применения технологии, отработанной на «Оккупай-педофиляй». Для этого при участии Логинова было создано потребительское общество «Реструктуризация», – впрочем, несколько первых концепций, по словам собеседника «Медузы», не имели успеха. Проверка продуктов в супермаркетах была оперативно пресечена торговыми сетями, проект по противодействию строительным компаниям тоже не дал желаемых результатов; в 2016 году «Реструктуризация» была ликвидирована.

Вскоре «Костромское общество по защите прав потребителей» превратилось в «Верум». «Я слышал, что в последнее время они занимались темой, связанной с ритуалкой», – говорит бывший участник «Реструкта». Три представителя похоронной индустрии опознали Дениса Логинова по фотографии как человека, участвовавшего в переговорах в офисе «Верума». Аватар Логинова в фейсбуке снят в переговорной организации; бывший лидер «Реструкта» также размещал свои фотографии на фоне стенда «Верума» на похоронной выставке «Некрополь». Новости из жизни «Верума» регулярно появляются в сообществе «Руки прочь от Тесака» во «ВКонтакте», есть такие постыи на странице самого Марцинкевича. Несколько знакомых Логинова и человек, которого он приглашал на работу в «Верум», подтвердили, что именно Логинов – идеолог организации.

«Медуза» отправила Денису Логинову вопросы в фейсбуке, после чего президент «Верума» Горелов прислал на оставленный корреспондентом номер телефона SMS о том, что готов предоставить всю необходимую информацию об организации. Позже «Медузе» перезвонил и сам Логинов – он заявил, что готов дать любую информацию о ритуальном рынке, но попросил не упоминать его имя в контексте «Верума».

Основная цель «Верума» – стать всероссийским общественным контролером ритуального бизнеса: об этом говорит и знакомый Логинова, и общавшиеся с «Верумом» бизнесмены. Владимир Горелов и его коллеги участвуют практически в каждом мероприятии, посвященном проблемам похоронной индустрии. Дважды они были инициаторами обсуждения нового закона «О погребении и похоронном деле», который уже более пяти лет готовится в федеральном министерстве строительства и ЖКХ.

Новый закон, по словам чиновников, должен регламентировать работу похоронных служб, создать для них критерии и реестры, агентам будет запрещено приходить в квартиры без вызова родственников покойного, а также работать на территории медицинских учреждений и моргов; нарушителей будут заносить в черный список. Предусмотрен также контроль индустрии общественными организациями.

Денис Логинов – сын замглавы аппарата правительства РФ Андрея Логинова, который отвечает за обеспечение законотворческой деятельности. Два собеседника «Медузы» в ритуальной отрасли рассказывают, что начиная с осени 2017 года Андрей Логинов лоббировал скорейшее принятие нового закона о погребении, подготовленного Минстроем. Жена Андрея Логинова Светлана в тот момент возглавляла Центральный научно-исследовательский и проектный институт Минстроя, а руководителем министерства был его хороший знакомый Михаил Мень.
Ранним утром 16 мая 2018 года сотрудники СК и полиции провели обыски в квартире президента «Верума» Владимира Горелова и еще пяти сотрудников общественной организации – а также в редакциииздания The Daily Storm, опубликовавшего несколько материалов о ритуальном бизнесе в Москве. Обыски проходили в рамках уголовного дела о клевете, возбужденного по заявлению сотрудников московского «Ритуала». Вскоре в новом составе правительства Михаила Меня во главе Минстроя сменил губернатор Тюменской области Владимир Якушев.

Судьба законопроекта на данный момент неясна. Индустрия изменения не приветствует: как сообщается в резюме исследования, проведенного в 2017 году по заказу правительства Москвы, директора ритуальных компаний «призвали с осторожностью внедрять любые нововведения в области похоронного дела, так как инновации в этой отрасли в Западной Европе ускорили конец традиционного общества, сопровождающийся распадом таких структур, как семья». Проводившим анализ самого проекта нового закона сотрудникам федерального Минэкономразвития ритуальные предприниматели заявили, что он не решит существующих на рынке проблем, зато законодательно зафиксирует положение существующих монополистов.

Одним из опрошенных был Алексей Семенов – он владеет похоронной компанией в городе Тихвине в Ленинградской области. По словам Семенова, в 2017 году местная администрация передала городское кладбище в управление компании «Арт Стоун Мастер», которая сразу повысила цены в несколько раз – и которая входит в холдинг Игоря Минакова, контролирующий практически всю ритуальную индустрию Петербурга.

«С принятием нового закона эта фирма станет монополистом во всем, – утверждает Семенов. – Люди уже сейчас стараются хоронить [близких] в деревнях, ‎а в скором будущем им придется [делать это] у себя в огородах».
Иван Голунов
Москва

Кто придумал реновацию
Московские власти планировали массовую программу сноса три года, а потом решили сделать ее политическим проектом.
15 августа 2017
Источник: Meduza
Расследование Ивана Голунова
Программа реновации, в рамках которой московские власти собираются снести несколько тысяч домов и переселить их жителей в новые квартиры, появилась в публичном поле и федеральных СМИ в феврале 2017 года, когда мэр Москвы Сергей Собянин рассказал о своих намерениях президенту России Владимиру Путину. На самом деле, как выяснил спецкор «Медузы» Иван Голунов, новая программа сноса планировалась с 2014-го (вплоть до точных микрорайонов, жителей которых будут переселять), а ее конкретные очертания были представлены Собянину почти год назад, в августе — сентябре 2016-го. Превратить реновацию в политический проект с голосованием за снос и большой медиакампанией придумала вице-мэр Анастасия Ракова — именно поэтому зимой 2017 года Собянин и его заместители сделали вид, что запускают программу сноса из-за инициативы снизу.
«Когда же будут сносить пятиэтажки?»

Этот вопрос автор романа «Духless» и будущий главный редактор журнала Esquire Сергей Минаев задал мэру Москвы Сергею Собянину 28 августа 2016 года, когда тот проводил прямую линию с пользователями «ВКонтакте». Минаева конкретно интересовали районы Зюзино и Царицыно: по его словам, там давно не проводился капитальный ремонт и «прогнили все трубы». В ответ на это Собянин сообщил, что пятиэтажки включат либо в программу капремонта, либо «в программу реновации жилой застройки».

Именно тогда мэр впервые публично употребил слово «реновация».

Как стало известно «Медузе», незадолго до этого интервью, в том же августе 2016 года, чиновники строительного комплекса Москвы представляли Собянину проект реновации районов пятиэтажной застройки. (Этот факт подтверждают два источника в строительном комплексе и сотрудник аппарата мэрии.) Подробнее о нем уже в начале сентября рассказал Андрей Валуй, тогда — начальник управления жилищного и гражданского строительства в московском департаменте градостроительной политики. Выступая на Всероссийском совещаниипо развитию жилищного строительства, чиновник упомянул, что ведомство разрабатывает программу «реновации так называемых несносимых серий» хрущевок. Снести предполагалось 24,5 миллиона квадратных метров жилья — а начаться этот процесс должен был в 2018 году.

«Основная проблема — увязать программу реновации с программой капитального ремонта домов, чтобы не ремонтировать дома, которые попадут под снос», — пояснял Валуй, продолжая линию своего начальника, который, общаясь с пользователями «ВКонтакте», отметил, что пятиэтажки лучше не ремонтировать, а «сносить и строить на их месте нормальное жилье». Мэр также отмечал, что главное препятствие на этом пути — «пять процентов» жильцов, не согласных с такой точкой зрения; а самым эффективным методом реализации подобных замыслов является новый федеральный закон — и «такое поручение было дано правительству».
Программа сноса, начатая в Москве в 1996 году при мэре Юрии Лужкове, должна завершиться к началу 2018-го — всего в нее вошли 1722 пятиэтажки первых серий, из которых сейчас осталось снести 51. Как выяснила «Медуза», новая программа начала готовиться еще в середине 2014-го, а к августу 2016-го обрела и окончательные очертания, и имя — в этот период назвать ее решили «программой реновации». Однако через полгода после этого, в феврале 2017-го, Сергей Собянин до последнего момента делал вид, что таких планов у правительства Москвы не существовало — и город просто собирается пойти навстречу гражданам.
Никто, кроме нас

7 февраля 2017-го в здании московского кинотеатра «Одесса» открылсяежегодный съезд Совета муниципальных образований, на котором собрались муниципальные депутаты из всех районов Москвы. Сергей Собянин почти пять лет не посещал подобные съезды, но в этот раз приехал туда с отчетом о работе мэрии, а после выступления предложил депутатам задать вопросы.

Мэр дежурно рассказывал, будут ли в рамках капитального ремонта менять обычные окна на пластиковые или включат ли в программу благоустройства площадь Гагарина, когда из зала начал без микрофона кричать депутат Бабушкинского района Алексей Лисовенко. Он заявил, что коллеги поручили ему выступить по вопросам капремонта, — и уточнил, что ремонт проходит с большими трудностями. Например, рассказывал Лисовенко, чтобы заменить в пятиэтажках батареи и канализацию, нужно разбирать стены, температура в квартирах не отвечает нормативным требованиям, а балконы починке не подлежат вовсе — в общем, даже после капремонта комфортной жизнь в таких домах не назвать. Закончил депутат просьбой «принять комплекс мер для решения данного вопроса».
Ответил мэр коротко и абстрактно, признав вопрос «очень сложным, проблемным». «Мы будем стараться все эти нюансы учитывать при разработке проектной документации по капитальному ремонту пятиэтажек, — пообещал Собянин. — Но, как вы понимаете, это объективная данность, не так просто эти проблемы решить».

Еще через несколько минут Лисовенко поддержал глава муниципального округа «Пресненский» Петр Петров, сообщив, что панельные дома отслужили свой срок и начали рушиться, а жителей нужно отселять. «Посоветовавшись, мы обращаемся к вам: возможна ли разработка новой программы по сносу? Это было бы очень нужно и полезно, — заявил Петров. — В воздушно-десантных войсках есть такой девиз „Никто, кроме нас". Я считаю, что сегодняшнее правительство [Москвы] во главе с вами… Действительно никто, кроме вас, это сделать не сможет. А это нужное дело».

Ответить на эту просьбу Собянин пригласил своего заместителя — очень кстати оказавшегося на том же заседании главу городского стройкомплекса Марата Хуснуллина (обычно он на подобные съезды не ездит). «Марат Шакирзянович шестой год занимается программой сноса пятиэтажек, — отметил Собянин. — По той программе мы испытываем огромные трудности, а то, что коллеги предлагают сейчас, это более грандиозная программа». Хуснуллин согласился с начальником, добавив, что площадок для новостроек мало, жители из старых домов уезжать не хотят и вообще — на такую затею нужно очень много денег. «В сегодняшних условиях эта программа не реализуемая, — резюмировал чиновник. — Она требует каких-то таких очень неординарных решений».

Вскоре Собянин сообщил, что у него есть еще 20 минут свободного времени, которые мэр готов потратить на дополнительные вопросы, — однако депутаты заявили, что предпочтут разговору групповую фотосессию с главой города. Уже через два часа на многих сайтахстоличных управ и районных газет появилась новость под заголовком «Муниципальные депутаты предлагают продолжить программу сноса ветхих пятиэтажек», которая попала в топ «Яндекса». Еще через три часа на телеканалах «Москва-24» и «Россия» вышли репортажи, в которых жители нескольких пятиэтажек жаловались на условия жизни и поддерживали инициативу по сносу.

На сайте самого стройкомплекса Москвы новость об инициативе Лисовенко и Петрова была опубликована за 40 минут до начала съезда.
Автор смелого предложения Лисовенко стал широко известен в 2014 году, когда подал в суд за клевету на оппозиционера Алексея Навального (политик назвал Лисовенко «депутатом-наркоманом» в ответ на обвинения, что Навальный пользуется интернетом под домашним арестом) — и выиграл дело. Вскоре после этого Лисовенко был назначен заместителем руководителя московского горисполкома «Единой России», а в 2016-м возглавил Центр молодежного парламентаризма — государственное бюджетное учреждение, которому, в частности, принадлежит кинотеатр «Одесса», где проходил съезд Совета муниципальных образований (курирует деятельность центра вице-мэр Анастасия Ракова). Центр молодежного парламентаризма, в частности, является заказчиком проекта «Движок», в котором должны участвовать все члены московских молодежных парламентов. В рамках «Движка» они выполняют различные задания, за которые получают баллы и могут попадать в кадровый резерв мэрии. Например, участники «Движка» проводят дебаты, поздравляют ветеранов войны — или размещаютв соцсетях посты в поддержку действий власти: в апреле — мае 2017-го «Движок» уличили в организации массовой поддержки программы реновации в интернете.
Неподъемная задачка

Через два дня после съезда, 9 февраля, состоялось заседание комиссии по вопросам ЖКХ Общественной палаты Москвы, на котором выступил с отчетом о работе за 2016 год глава Фонда капитального ремонта Москвы Артур Кескинов. Выслушав его речь, глава комиссии и директор проекта «Единой России» «Школа грамотного потребителя» Александр Козлов счел нужным заявить, что многие пятиэтажки не были рассчитаны на проведение капремонта и строились на ограниченный период — а поэтому их нужно не ремонтировать, а сносить.

Инициативу единоросса поддержали руководитель сектора жилой застройки Института экономики города Ирина Генцлер и другие участники заседания. Так, главный инженер «МосжилНИИпроекта» Константин Сухов назвал хрущевки «миной замедленного действия», а профессор МАрХИ Юрий Табунщиков сообщил, что хрущевки «обладают низкой экологической безопасностью».

Кескинов, однако, не внял доводам общественности. «Кто-нибудь из вас задумывался, о каком количестве домов идет речь? — патетично спросилглава Фонда капремонта. — Мы последние 16 лет никак не можем снести шесть миллионов [квадратных метров хрущевок], а здесь их 25–27 [миллионов] квадратных метров. Не надо самим себя обманывать. Это задачка такая неподъемная». Материалы, вышедшие в московских СМИ об этой дискуссии, снова попали в топ новостей «Яндекса».
Александр Козлов кроме прочих организаций возглавляет АНО «Центр развития профквалификации в сфере ЖКХ». Один из совладельцев центра Роман Иванов в апреле 2017 года выступил соучредителем «Фонда содействия реновации» — частной компании, название которой полностью совпадает с названием государственной организации из закона о реновации. Чем займется частный фонд, доподлинно неизвестно; его представители заявляли, что будут бесплатно помогать переселенцам переносить вещи и «обустраиваться на новом месте». До своего переезда в Москву Козлов возглавлял в Волгограде управляющие компании, которые, по сообщениям местных СМИ, одними из первых в России начали привлекать коллекторов, чтобы выбивать из должников квартплату.

Другие сторонники сноса, выступавшие на заседании Общественной палаты, также связаны с московским правительством. Профессор Табунщиков входит в научно-технический совет городского стройкомплекса; «МосжилНИИпроект», где работает инженер Сухов, принадлежит городу. А Институт экономики города, который представляла Ирина Генцлер, в ноябре 2016 года получилот Департамента градостроительной политики Москвы 25 миллионов на подготовку предложений по совершенствованию федеральных законов «в области проектно-сметной документации». «Медузе» не удалось выяснить, были ли эти предложения связаны с законом о реновации.
Печальное зрелище

13 февраля, сразу после выходных, в Мосгордуме состоялосьвнеочередное заседание городской парламентской комиссии по делам ЖКХ, на которое были приглашены представители стройкомплекса Москвы.

Его фабула была похожа на предыдущие собрания. Сначала глава комиссии Степан Орлов заявил, что депутаты получают массу жалоб от москвичей на состояние пятиэтажек; потом его коллега, главврач поликлиники № 220 Вера Шастина, добавила, что большинство людей в хрущевках живут «в состоянии постоянного дистресса», которое вызывает у них различные острые и хронические заболевания. Поддержали депутатов и мелкие чиновники, связанные со стройкомплексом, сообщив, что дома сносимых и несносимых серий одинаково плохого качества и их реконструкция не имеет смысла.

Как и на предыдущих мероприятиях, им возразило начальство: заместитель главы департамента градостроительной политики Надежда Караванова сообщила, что за квартиры несут ответственность их собственники (то есть жильцы пятиэтажек), а «государство может подключаться к данному вопросу только в том случае, если дом признан аварийным или ветхим». Поддержал ее и начальник управления жилищного и гражданского строительства в московском департаменте градостроительной политики Андрей Валуй, за полгода до того рассказывающий федеральным чиновникам о разработке программы реновации; теперь он заявил, что на такой проект у Москвы нет ресурсов.

По итогам заседания депутаты Мосгордумы направили письмо Сергею Собянину с просьбой продлить программу сноса пятиэтажек. Об этом снова написали все городские СМИ и сайты управ районов, а сама новость снова попала в топ «Яндекса».

Еще через три дня, 16 февраля, на очередном заседании Общественной палаты Москвы против капремонта и за снос, ссылаясь на мнение экспертов, агитировали новые публичные фигуры — глава палаты и владелец «Независимой газеты» Константин Ремчуков и главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов (они нередко поддерживают инициативы московских властей). Отвечал им на сей раз глава департамента градостроительной политики Сергей Лёвкин, который снова заявил, что проект вряд ли возможен, потому что сейчас большая часть бюджета уходит на строительство транспортной инфраструктуры.

21 февраля Сергей Собянин принес на давно запланированную встречу с президентом России Владимиром Путиным фотографии ветхих пятиэтажек — и пересказал все аргументы, которые в последние десять дней высказывали его подчиненным на различных заседаниях сторонники сноса. Вспомнил мэр и максимальный срок службы хрущевок, и проблемы с балконами, и проблемы с батареями. «Печальное зрелище», — подытожил Собянин. И вопреки тому, что говорил он сам еще 12 дней назад, заявил, что с точки зрения финансов город может позволить себе новую программу сноса. Не хватает только нормативного регулирования — специального закона, который позволил бы ее запустить.
«На сегодняшний день имеем массовые обращения [по поводу сноса] и самих жителей, и муниципальных депутатов, и ассоциаций депутатов, и Общественной палаты Москвы, — сообщил Собянин президенту. — Мы имеем основания говорить, что это народный проект».

«Хорошо, — ответил Владимир Путин. — Давайте сделаем».
Те же и «Развитие города»

«Мы вплотную занимаемся анализом градостроительного потенциала реновируемых территорий», — говорил глава частного научно-практического центра «Развитие города» Илья Киевский в интервью журналу «Столичный стиль» еще в 2015 году (журнал принадлежитбывшему главе пресс-службы столичного стройкомплекса Игорю Каневскому). И добавлял: «Старение жилого фонда не решить одним капитальным ремонтом».

«Развитие города», ежегодно получающее за разнообразную аналитическую работу более 120 миллионов рублей от подразделений московского стройкомплекса, занималось программой реновации с 2014 года — именно их исследования в итоге легли в основу предложений московских властей. Сотрудники центра публиковали в научных журналах статьи, связанные с массовым переселением жителей пятиэтажек (например, «Моделирование процессов волнового переселения жителей из пятиэтажного жилого фонда в новостройки», «Методологические аспекты организации „волнового" переселения в районах комплексной реконструкции»). Одну из них — опубликованное в 2016 году в журнале «Градостроительство и архитектура» исследование, посвященное пятилетию реализации программы «Жилище» и «планам на 2016–2018 годы», — Киевский написал в соавторстве с тем же Андреем Валуем, курировавшим разработку программы реновации.
В последние несколько лет по заказу мэрии компания готовила «предложения для формирования адресных программ развития застроенных территорий» по отдельным микрорайонам почти во всех административных округах Москвы. Согласно заключенным контрактам (имеются в распоряжении «Медузы»), сотрудники НПЦ составлялиперечни объектов на снос, предлагали, где можно разместить новые дома, разрабатывали материалы для информирования жителей и определяли очередность переселения. В течение трех лет такие предложения были составлены по 41 микрорайону, застроенному хрущевками «несносимых серий». В мае 2017 года на голосование по программе реновации были выставлены дома во всех этих микрорайонах, кроме одного (51-го микрорайона в районе Сокол). Во всех случаях голосование закончилось положительным решением жителей.

Тогда же, в мае 2017-го, департамент градостроительной политики объявил конкурс, победитель которого должен был до 24 июля разработать «проект программы реновации жилищного фонда в городе Москве» и обеспечить ее аналитическое сопровождение. Техническое задание для тендера, согласно метаданным файла, было составлено сотрудником «Развития города» Александром Тихомировым. Эта же компания стала победителем конкурса, согласившись выполнить работы за 47,5 миллиона рублей.

Когда москвичи начали протестовать против сноса домов, глава «Развития города» комментировал их в СМИ как независимый эксперт. «Сегодня мы активно благоустраиваем центр, это очень большая и важная задача, — рассуждал Киевский. — Но люди после работы приезжают в свои пятиэтажки, а жизнь в них не очень-то радужная».

Соавтор Киевского Андрей Валуй, в 2010–2017 годах работавший начальником управления жилищного и гражданского строительства Департамента градостроительной политики Москвы, курировал будущую реновацию с самого начала. Об этом «Медузе» рассказали представители двух строительных компаний, работающих на московских подрядах, а также источник в столичном стройкомплексе. Вскоре после февральской встречи Собянина с Путиным 37-летнего Валуя повысили — он стал замглавы Департамента градостроительной политики Москвы; в новой должности в его полномочия входит «контроль за реализацией программы реновации жилищного фонда». Источники «Медузы» называют Валуя одним из главных кандидатов на пост главы Фонда реновации жилого фонда Москвы, распоряжение о создании которого Сергей Собянин подписал 8 августа. В пресс-службе стройкомплекса Москвы не ответили на вопросы «Медузы», связанные с подготовкой программы реновации.
Место в истории

Как говорят собеседники «Медузы» в мэрии, изначально о старте новой программы по сносу планировалось объявить в конце 2017 года — как раз когда должна была закончиться предыдущая, начатая Юрием Лужковым в 1996-м и растянувшаяся на 21 год вместо предполагавшихся десяти лет. Однако после того, как осенью 2016 года мэру представили основные параметры программы реновации, все изменилось — она превратилась из строительного проекта в политический.

Чиновники московской мэрии шутят, что фактически автором программы реновации в нынешнем виде является вице-мэр Москвы Анастасия Ракова, отвечающая за внутреннюю политику. Она решила, что массовое переселение жителей в новостройки может стать флагманским проектом команды Собянина, благодаря которому мэр оставит след в истории как человек, перестроивший Москву. Об этом «Медузе» рассказали несколько источников в стройкомплексе столицы и один из участников заседаний штаба мэра Москвы по реновации; подтвердил эту информацию сотрудник аппарата мэра — его возглавляет Ракова. Именно поэтому старт программы перенесли на более ранние сроки: чтобы к выборам мэра, которые пройдут в 2018 году, уже были видны первые результаты, а провластные кандидаты в муниципальные депутаты, в свою очередь, могли использовать снос и переселение как поводы для пиар-активности.
«[Ракова] была убеждена, что противников программы не будет, потому что люди получат более дорогие квартиры в новых комфортных домах», — рассказывает источник в стройкомплексе Москвы. Голосование в поддержку сноса должно было стать своеобразным референдумом перед выборами мэра. Новые монолитные дома для переселенцев должны были закрепить в народе выражение «собянинки». (Эти же доводы в пользу реновации приводили в разговоре с корреспондентом «Медузы» подчиненные Раковой — еще в марте 2017 года.) Кроме прочего, голосование по вопросам сноса, по замыслу Раковой, должно было привлечь новых пользователей к сервису «Активный гражданин» — одному из любимых проектов вице-мэра. Пресс-служба мэрии Москвы не ответила на вопросы «Медузы» о роли Раковой в программе реновации.

При этом глава городского стройкомплекса Марат Хуснуллин выступал против идеи с проведением голосования, предполагая, что она излишне обнадежит москвичей. «Он считал, что реализация программы займет 15–20 лет, — поясняет один из подчиненных вице-мэра, присутствовавший на обсуждениях реновации. — Жители хрущевок поддержат программу и тут же соберут чемоданы, ожидая скорого переезда. Это может вызывать нервозность: мы поддержали, почему нас не переселяют?»
Мэр — разрушитель, и это радует

У первой массовой кампании по сносу хрущевок также была политическая составляющая — и она тоже начиналась в преддверии выборов мэра, хотя начали говорить о проблеме ветхих пятиэтажек еще в конце 1980-х (тогда в журнале «Наука и жизнь» опубликовали материал о том, как в ГДР панельные дома реконструировали, не отселяя жителей).

Катализатором большого проекта отчасти стал Виктор Черномырдин. В 1992 году бывший глава «Газпрома» был назначен премьер-министром России; он попросил мэра Москвы Юрия Лужкова ускорить снос неприглядных пятиэтажек на улице Наметкина на Юго-Западе Москвы, которая вела к будущей штаб-квартире газовой монополии. Тогда же был построен первый дом для переселенцев — аккурат напротив головного офиса «Газпрома», — однако на то, чтобы разработать полноценную программу сноса, ушло еще три года; до тех пор в стоявшие пустыми старые пятиэтажки поселили беженцев из Баку (позже их переселили в Солнцево, а теперь выгоняют и оттуда).

Осенью 1995 года президент России Борис Ельцин отправил Лужкову письмо, в котором порекомендовал ускорить снос, показав на примере Москвы, что подобные масштабные проблемы по силам демократической власти. 9 марта 1996-го, за три месяца до первых выборов мэра города, Лужков под звуки песни «Подмосковные вечера» забрался в кабину автокрана, подергав рычаги, привел механизм в движение и снял плиту с крыши отселенной пятиэтажки на Кастанаевской улице в районе Фили-Давыдково, тем самым дав старт программе сноса, в которую должны были войти более пяти тысяч домов. В репортаже газеты «Труд» сообщалось, что мэр — «разрушитель, и это радует», а жители дома рассказывали журналистам, что в последние годы провисающие потолки в квартирах приходилось подпирать бревнами.
Сносом первых пятиэтажек в Черемушках руководил тогдашний префект Юго-Западного округа Москвы Петр Аксенов, который сейчас работает первым замглавы Департамента строительства Москвы. В первом снесенном квартале дети Аксенова построили бизнес-центр «Виктория» и владеют несколькими объектами торговой недвижимости. На подрядах лужковской программы сноса и переселения вообще выросли многие строительные компании, хотя были у нее и свои проблемы: так, застройщиков из ППСКК ТЭЦ 25 осенью 1997 года отстранили от участия в программе — после того, как новый дом, построенный ими на Мичуринском проспекте, обрушился.

Новая программа реновации, по словам вице-мэра Хуснуллина, будет реализовываться полностью за счет городского бюджета — при этом строить дома будут частные компании. На подготовительный период выделят 300 миллиардов рублей, затем город будет тратить на строительство 100 миллиардов ежегодно. Первая сумма, в частности, должна уйти на то, чтобы выкупить землю под стартовые площадки.

Одним из таких участков может стать территория автобазы ГБУ «Ритуал» в Зюзино — во всяком случае, ее предлагалось использовать для строительства новых домов в марте 2017 года на заседании штаба по реализации программы реновации. При этом в 2016-м государство продало автобазу частной компании «Объединенная автобаза». Ее конечными бенефициарами являются фирма, владеющая несколькими бизнес-центрами на Кутузовском проспекте и Рублевке, а также кипрский офшор Santerna Holdings, ведущий бизнес с женой президента Татарстана Гульсиной Миннихановой (офшор выкупил у нее 49% казанского спа-салона за 2,2 миллиарда рублей).
Реновация в Верхних Лихоборах

Первое переселение жителей пятиэтажек в новый дом в мэрии планируют приурочить к празднованию 870-летия Москвы — и провести в конце августа. По словам источника «Медузы» в строительном комплексе правительства Москвы, реновация официально начнется с района Бескудниково, где практически единогласно поддержали соответствующую программу: самый низкий результат голосования в 37 участвовавших в нем домах — 91% за снос. О том, что Бескудниково может стать пионером реновации, упоминал в мае 2017 года в разговоре с РИА «Новости» и вице-мэр Хуснуллин.

По словам двух источников «Медузы», которые 14 августа подтвердилглава департамента строительства Андрей Бочкарев, жителям предложат переехать в готовый дом на Дмитровском шоссе, 68. Это первый дом в комплексе «Мой адрес. Бескудниково-2», который строится на деньги городского бюджета на месте пятиэтажек, снесенных в 2013 году в рамках лужковской программы. Монолитный дом переменной этажности на 131 квартиру находится в нескольких сотнях метров от станции метро «Верхние Лихоборы», которую планируется открыть в конце 2017 года; по соседству с ним строятся еще три дома в общей сложности на 766 квартир. Их отделка и планировка близка к параметрам «комфорт-класса», о которых заявляли столичные чиновники. При этом, согласно проектной документации, на все четыре дома выделено 98 машино-мест.
В конце июня в Бескудниково у уже построенного дома разгружали кафельную плитку. «Начальство решило улучшить отделку, теперь кладем новую плитку, завтра другие [межкомнатные] двери должны привезти», — пояснил корреспонденту «Медузы» один из рабочих. В это время несколько альпинистов отмывали фасад девятиэтажки, стоящей напротив новостройки; неподалеку раскапывали сквер, чтобы установить дополнительные фонари освещения. Через некоторое время, в июле, управа Бескудниково объявила тендер на проведение дополнительного благоустройства района на сумму 131 миллион рублей. Основные работы должны развернуться у жилого комплекса «Мой адрес», а также там, где расположены хрущевки, поддержавшие программу реновации.

Заказчик строительства комплекса «Мой адрес» — казенное предприятие «Управление гражданского строительства» (УГС), подчиненное Марату Хуснуллину. Эта организация отвечает за постройку социальных объектов и жилых домов, часть квартир в которых получают очередники, а часть продается на рынке. По итогам 2016 года госкомпания стала крупнейшим застройщиком Москвы, обогнав группу ПИК и другие частные компании. Название «Мой адрес» — сквозной бренд для жилых комплексов «уровня комфорт-класса», которые строятся за счет городского бюджета, в частности для людей из сносимых домов.

Эксклюзивным продавцом квартир, построенных УГС, является компания «Мосреалстрой» — она же в марте 2017 года начала торговать квартирами в доме на Дмитровском шоссе, 68, планируя продать 91 из 131 квартиры. Однако теперь упоминания о доме в Бескудниково с сайта компании исчезли. В «Мосреалстрое» на вопрос, можно ли купить квартиру в этом доме, ответили, что он «был снят с продаж по требованию департамента городского имущества без объяснения причин». Также сняты с продажи квартиры еще в трех домах, которые УГС построило в Бескудниково.
«В Бескудниково люди очень хотят переехать. Там есть готовые дома, построенные КП УГС. Причем жители чуть ли не требуют передать квартиры в том виде, который есть», — рассказывал 8 августа вице-мэр Хуснуллин в интервью «Ведомостям». Там же чиновник упоминал о двух «красивых домах» на проспекте Вернадского. Как сообщил «Медузе» источник в стройкомплексе, под программу реновации там зарезервированы 25-этажная башня (Вернадского, 69) и 14-этажный двухподъездный дом (Вернадского, 61, корпус 3). Эти же адреса упоминаются в служебной переписке Департамента городского имущества Москвы, который будет заниматься вопросами переселения по программе реноваций. Согласно переписке, с которой удалось ознакомиться «Медузе», под программу реновации также зарезервированы квартиры в готовых домах по улице Красных Зорь, 59б, и Гжатской, 16, в Можайском районе, а также на Щелковском шоссе, 75, в Северном Измайлово. Эти же адреса есть в списке стартовых площадок реновации, опубликованном «Ведомостями».

Также до конца 2017 года начнется переселение в Текстильщиках (адреса новых домов — улица Артюхиной, 24а и 28а) и Нагатинском Затоне. В последнем в декабре 2017 года планируется сдать четыре дома на 438 квартир, строительство которых началось в начале 2016-го. Расположение новых домов в точности совпадает с планом переселения, который был разработан в 2013 году по заказу департамента градостроительной политики и будущего куратора программы реновации Андрея Валуя.
Иван Голунов, Москва
Москве надо избавиться от шести миллионов тонн мусора
В какие регионы его будут свозить и кто этим займется
«Новый День» тоже провел несколько расследований по мусорной реформе. В частности в ХМАО-Югре.
Почитать об этом вы можете по ссылкам.
Губернатор Комарова отдала мусорный бизнес Бикову и Боброву
Власти Югры рассказали когда и как продали «мусорный» бизнес Бикову и Боброву

1 ноября 2018
Источник: Meduza
Расследование Ивана Голунова

После мусорных бунтов, которые прошли в Подмосковье в 2018 году, здесь были закрыты несколько свалок и полигонов — и Москве стало некуда девать мусор. Уже начато строительство полигона «Шиес»в Архангельской области, но этим дело не ограничится. Как выяснила «Медуза», мусор из Москвы хотят свозить в Калужскую область, в другие районы Архангельской области и еще несколько регионов европейской части России. В Москве для упаковки этого мусора строят три перегрузочных комплекса, один из них — внутри Третьего транспортного кольца, недалеко от метро «Волгоградский проспект». Спецкор «Медузы» Иван Голунов рассказывает о планах мэрии Москвы по вывозу мусора в другие регионы России.
940 самосвалов, которые никто не видел

За последний год в Подмосковье из-за протестов закрылось несколько крупных свалок («Кучино» в Балашихе, «Царево» под Сергиевым Посадом, «Кулаковский» и «Съяново» на юге области), которые ежегодно принимали около 1,3 миллиона тонн мусора.

Летом 2018 года губернатор Подмосковья Андрей Воробьев говорил, что подмосковные свалки могут принимать до 4,6 миллиона тонн мусора в год. Жители Подмосковья выбрасывают в среднем 3,8 миллиона тонн бытового мусора и примерно 1,5 миллиона тонн крупногабаритных отходов. В Подмосковье работают около 20 сортировочных станций, куда попадает около 880 тысяч тонн мусора в год.

По данным министерства экологии Московской области, 14 действующих свалок Подмосковья могут принимать только 3,7 миллиона тонн мусора в год. Это с трудом покрывает собственные потребности региона, но на московский мусор — а это еще несколько миллионов тонн — места точно не хватает.

Москвичи каждый год выбрасывают почти 8 миллионов тонн бытового мусора и еще 2,4 миллиона тонн крупногабаритных отходов (старая мебель, бытовая техника, мусор после ремонта квартир). В столице работают три мусоросжигающих завода мощностью не более 770 тысяч тонн в год и несколько сортировочных станций, рассчитанных примерно на 2 миллиона тонн в год.

Чтобы решить проблему хотя бы отчасти, московские власти в прошлом году выделили 3,4 миллиарда рублей на открытие полигона «Малинки» на территории Новой Москвы, где ежегодно можно было бы захоронить больше 1 миллиона тонн отходов. Но из-за начавшихся протестов Сергей Собянин решил «законсервировать» строительство.

В результате без учета мусора, оставшегося в пределах Москвы после сортировки, каждый год за МКАД приходится вывозить больше 6,6 миллиона тонн твердых бытовых отходов (ТБО). За последние годы были открыты два полигона во Владимирской области и по одному в Тульской и Смоленской, но по документам они могут принимать только до 910 тысяч тонн мусора в год. Остается еще минимум пять миллионов тонн мусора. Для вывоза такого объема ежедневно нужны примерно 940 самосвалов.

Шесть компаний, которые по договорам с городом занимаются уборкой мусора, не раскрывают информацию, куда они вывозят мусор после закрытия большинства подмосковных полигонов. При этом в Подмосковье и соседних областях в последнее время резко увеличилось количество жалоб на появление нелегальных свалок.
Благоустройство в обмен на мусор

В середине октября 2018 года власти Москвы и Архангельской области объявили о создании экотехнопарка «Шиес». Столичный мусор повезут на одноименную железнодорожную станцию на границе Архангельской области и Республики Коми. По заявлениям чиновников, в Шиесе можно будет ежегодно захоронить около 500 тысяч тонн отходов в течение 20 лет. Как видно из презентации проекта, строительства завода по сортировке и переработке мусора в Шиесе не будет. Отходы будут отправлять железнодорожным транспортом, в виде спрессованных брикетов, упакованных в пленку. Авторы рекламного ролика проекта приводят в пример упаковку багажа в полиэтиленовую пленку — как это делают в аэропортах.
Архангельскую область выбрали потому, что туда ведут железнодорожные пути, по которым не идет слишком много грузов. Пока есть договоренность о ежедневном маршруте из Москвы в Шиес грузового поезда из 56 полувагонов, рассказал «Медузе» источник в «РЖД». Грузоподъемность полувагона равна 70 тоннам — таким образом, Москва ежегодно может отправлять в Шиес около полутора миллионов тонн мусора.

Жители соседних с Шиесом поселков с начала августа проводят митинги и акции протеста. Одним из поводов стала публикация ведомственной телеграммы «РЖД» об открытии маршрута Люберцы — Шиес для перевозки бытовых отходов из Москвы. В ответ на протесты столичные власти обещают вложить деньги из городского бюджета в ремонт коммунальной инфраструктуры и благоустройство поселков, расположенных вблизи будущего полигона. Также мэрия Москвы планирует развернуть рекламную кампанию на телеканалах Архангельской области и в социальных сетях. В частности, на совещании чиновников правительства Москвы и Архангельской области присутствовали несколько сотрудников ОАО «Московские информационные технологии». Эта компания занимаетсяинформационной поддержкой мэрии в социальных сетях. Именно ее сотрудники публиковали посты и писали комментарии в поддержкупрограммы реновации.
Такое внимание мэрии к Архангельской области объясняется тем, что кроме Шиеса здесь могут построить еще несколько полигонов для захоронения столичных отходов.

Как стало известно «Медузе», еще один полигон собираются строить в поселке Нименга в 10 километрах от берега Белого моря. По словам источника, знакомого с проектом, экотехнопарк построят в бывшем карьере леспромхоза, неподалеку от железнодорожной станции. По данным Росреестра, этот участок принадлежит «РЖД» и может использоваться «для предприятий железнодорожного транспорта». Институт «МосводоканалНИИпроект» планирует объявить тендер на проведение инженерных изысканий для разработки проектной документации объекта «Экотехнопарк „Нименга"»
Мусорные выборы

Даже несколько полигонов в Архангельской области не решат проблему захоронения и переработки московского мусора. Поэтому московские чиновники ищут способы преодолеть сопротивление жителей более близких регионов.

В конце января 2017 года в деревню Михали, расположенную в одном из самых малонаселенных районов Калужской области — Износковском, на снегоходах приехала делегация из Москвы во главе с руководителем столичного департамента жилищно-коммунального хозяйства Гасаном Гасангаджиевым. Они рассказали, что выбирают место под строительство мусороперерабатывающего завода. Через неделю, 5 февраля, прошел сход местных жителей, на котором почти все они выступили против строительства полигона ТБО и потребовали не менять назначение земель с сельскохозяйственного на промышленное.

Официально вопрос об изменении назначения земельных участков должны были решать депутаты сельской думы. Однако местные депутаты тоже не согласились на смену назначения земель и отказались назначить публичные слушания по изменению генплана сельского поселения. Тогда 24 августа 2017 года районная администрация распустила сельскую думу и назначила новые выборы. Также были запрещены любые публичные собрания, за исключением двух разрешенных мест — в райцентре Износково и в поселке Мятлево, в 45 километрах от Михалей.

Накануне новых выборов, назначенных на 27 мая 2018 года, население деревни стало стремительно расти: если 1 января в Михалях жил 131 избиратель, то к маю их количество выросло до 241 человека. Судя по протоколу избирательной комиссии, даже там не были готовы к такому росту и напечатали только 230 бюллетеней для голосования. Как выяснили активисты, большинство новых жителей оказались прописанными в двух деревенских домах, чьи хозяева давно живут в Москве. Вместе с числом избирателей выросло и количество кандидатов. Если на прошлых выборах на семь мест в думе претендовало восемь кандидатов, то в 2018 году количество претендентов увеличилосьдо 26 человек.

Шестерым депутатам прошлого созыва избирательная комиссия отказала в регистрации — из-за неточностей в документах. Из семи новых депутатов только два оказались прописаны в Михалях, а остальные — бизнесмены, владельцы строительных компаний, зарегистрированных в Москве или Калуге. Главой совета депутатов стал житель областного центра Алексей Тюренков, сотрудник одного из подразделений министерства экономического развития Калужской области.

Вскоре после избрания новые депутаты назначили публичные слушания о переводе части земель под строительство экотехнопарка «Калуга». По проекту, разработанному «МосводоканалНИИпроект», под создание экотехнопарка будет выделено 1600 гектаров. Там будут расположены мусоросортировочный комплекс, завод по переработке пластика, комплекс по выработке тепловой и электрической энергии и теплицы для выращивания овощей. Однако пока речь идет только о первом этапе строительства — создании площадки для размещения неутилизуемых отходов 2–5-го классов опасности.

Ежегодно на полигон в Михали планируют свозить 1,378 миллиона тонн мусора. После завершения строительства мусоросортировочного комплекса объем увеличится до 1,813 миллиона тонн; на полигоне можно будет захоронить чуть более 900 тысяч тонн. Общая вместимость полигона должна составить 40,1 миллиона тонн отходов, которые предполагается хранить в течение 46 лет. Что произойдет с мусором по завершении этого срока, проектировщики не уточняют. Заказчик строительства экотехнопарка — ООО «ПрофЗемРесурс». По данным ЕГРЮЛ, основным владельцем компании является ОАО «Мосводоканал», принадлежащее правительству Москвы. Возглавляет компанию «ПрофЗемРесурс» бывший сотрудник департамента строительства Москвы Олег Панкратов, по совместительству заместитель директора ООО «Технопарк», арендующего землю в архангельском Шиесе.

Архангельская и Калужская области не единственные, где правительство Москвы может разместить бытовые отходы. Как рассказали «Медузе» два источника в столичной мэрии, для вывоза мусора рассматриваются площадки еще в нескольких регионах, в частности в Ярославской и Костромской областях. Переговоры о вывозе мусора в эти регионы ведутся, подтвердил «Медузе» и источник в «РЖД». Проект в Костромской области ранее упоминал зампредседателя Совета по изучению производительных сил при Минэкономразвития РФ Алексей Ситин: «Мне известно одно место — это бывшая резервная ставка штаба сухопутных войск под Костромой. Там порядка 500 квадратных километров в общей сложности вместе с подъездными путями — в том числе железнодорожными, — причем есть самые разные варианты захоронения: бункеры, открытое пространство и так далее», — утверждает он.

Организация полигона на этой территории — проект Минобороны РФ. В прошлом году ведомство создало ФГУП «Оборонпромэкология», которое занимается проектом по созданию мусороперерабатывающих заводов на территории пустующих воинских частей. «Переговоры с военными ведутся, но они вялотекущие и на начальной стадии», — утверждает источник в правительстве Москвы.
Комплекс у Бойни

Чтобы вывезти мусор из Москвы, его надо упаковать и погрузить. В ходе презентации проекта в Шиесе московские чиновники говорили о строительстве погрузочного кластера на территории Люберецких очистных сооружений в районе Некрасовки. Однако, как удалось выяснить «Медузе», похожие комплексы также строятся в других московских районах, например в промзонах в Чертаново и на Таганке. Судя по документам, их строят те же компании, которые занимаются созданием новых мусорных полигонов в разных регионах.
23 октября институт «МосжилНИИпроект», принадлежащий мэрии Москвы, разместил тендер на разработку проектной документации на вентиляцию для «Производственного погрузочно-разгрузочного кластера», строящегося на территории заброшенной железнодорожной станции Бойня около метро «Волгоградский проспект». От строительной площадки будущего комплекса до ближайших жилых домов около 450 метров. Согласно техническому заданию, вентиляция должна очищать воздух от пыли, аммиака, дигидросульфида, гидрохлорида, бензола, гексана и других веществ. Ранее проект вентиляции с аналогичным техническим заданием структуры мэрии заказывали для другого погрузочно-разгрузочного кластера, расположенного в московском районе Некрасовка. Корреспондент «Медузы», побывавший на строительных площадках объектов, убедился, что их размеры на Таганке и в Некрасовке полностью совпадают. По данным Росреестра, в конце августа 2018 года АО «Мосводоканал» передало территорию в Некрасовке компании «Профземресурс», которая занимается созданием полигона ТБО в Калужской области.
«Медузе» не удалось найти контракты на строительство погрузочно-разгрузочных кластеров на территории Москвы, а также полигонов ТБО в Архангельской и Калужской областях. Впрочем, разрешения на строительство объектов не обнаружили и правоохранительные органы. Зато в процессе поисков выяснилось, что строительством полигона в Калужской области и кластера на Таганке, судя по всему, занимается одна организация, близкая к мэрии Москвы.

В Калужской области из-за отсутствия разрешительных документов полиция оштрафовала организацию «ООО „Роуд групп"», ведущую строительные работы. Рабочие на строительстве погрузочно-разгрузочного кластера на Таганке в разговоре с корреспондентом «Медузы» отказались сказать название компании, но для «связи с руководством» дали номер телефона, совпадающий с контактами «Роуд групп».

Кроме того, в архангельском Шиесе рабочие рассказывали местным активистам, что их наняло на работу московское ГБУ «Автомобильные дороги» (отвечает за ремонт и содержание улиц в столице).

«Роуд групп» была зарегистрирована в конце 2010 года. Менее чем через год работы компания выиграла крупнейший контракт на 522,6 миллиона рублей по программе замены асфальта на тротуарную плитку на центральных улицах города, инициированной Сергеем Собяниным. К 2014 году «Роуд групп» стала крупнейшим подрядчиком ГБУ «Автомобильные дороги» по замене асфальта и бордюрного камня на магистральных улицах Москвы. Как выяснило РБК, примерно треть контрактов ГБУ «Автомобильные дороги» получает «Роуд групп» и связанные с ней компании. Помимо этого, холдинг принимал участие в благоустройстве по программе «Моя улица». После серии публикаций РБК о «Роуд групп» основным владельцем этой компании стало АО «Арктика инвест», не раскрывающее своих акционеров.

Большая часть основателей «Роуд групп» сейчас занимает посты в мэрии Москвы. Алексей Елисеев, которому принадлежало 25% долей компании, с 2016 года возглавляет столичный департамент капитального ремонта — ведомство курирует программу «Моя улица». Алексей Меньшов (владел 25% акций) занимает пост заместителя главы ГБУ «Автомобильные дороги». А бывший соучредитель и директор «Роуд групп» 36-летний Михаил Нестеров, по данным ЕГРЮЛ, был первым гендиректором ООО «Технопарк», арендующего сейчас территорию под строительство полигона в Шиесе.
Иван Голунов, Москва
Выселяторы
За пять лет «черные кредиторы» отобрали больше 500 квартир у должников в Москве и окрестностях. Иван Голунов рассказывает, как устроен этот бизнес
17 мая 2019
Источник: Meduza
В Москве и окрестностях действуют «черные кредиторы» — микрофинансовые организации (МФО), которые обманом захватывают жилье должников. «Медузе» удалось обнаружить около 500 квартир, потерянных своими владельцами за последние пять лет — без решения суда. Однако простым «отжимом» жилплощади схема не ограничивается: возможно, это лишь один из элементов международной системы по отмыванию денег. Специальный корреспондент «Медузы» Иван Голунов выяснил, как устроен этот рынок.
Летом 2015-го у сотрудницы московской консалтинговой компании Наталии Смельницкой обнаружили онкологическое заболевание. Несмотря на получение государственной квоты, ей понадобились дополнительные деньги на операцию. Она взяла потребительский кредит на три года в размере 2,7 миллиона рублей под ставку 36% годовых в «Совкомбанке» — с ежемесячным платежом в 80 тысяч рублей. Операция прошла успешно.

Наталия регулярно вносила платежи по кредиту, но ее смущала высокая ставка. Коллега посоветовал ей перекредитоваться у частных ростовщиков. Она договорилась с компанией «Центр займов 365» о рефинансировании своего кредита по более низкой ставке — 28% на год, но под залог ее четырехкомнатной квартиры на Ярославском шоссе.

По словам Наталии, в момент подписания документов сотрудники компании создавали искусственную суету: ее торопили, когда она читала документы; из стопки подписанных бумаг менеджер вынимала листы и говорила, что договор испорчен; распечатывала страницу заново и просила подписать повторно. Примерно полгода Наталия платила 80 тысяч в месяц, но однажды просрочила на несколько дней из-за того, что ей вовремя не выдали зарплату.

Вечером 26 декабря 2016 года Наталии позвонили в дверь. Сотрудник «Центра займов 365» Антон Титов заявил, что из-за просрочки ее квартира теперь принадлежит «Центру займов 365». Однако, успокоил Наталию Титов, она может в ней оставаться до того момента, пока не вернет кредит, — нужно только заключить договор аренды квартиры. 35 тысяч рублей каждый месяц требовалось перечислять на банковскую карту некоей Натальи Ковалевой (впоследствии выяснилось, что она работает в агентстве недвижимости «Единая городская служба недвижимости»). Наталия попыталась связаться с «Центром займов 365»; телефоны компании не отвечали. Работодатель Смельницкой, узнав о ее проблемах, попытался погасить ее заем — и не смог этого сделать: деньги возвращались со счета компании.

Уже в феврале 2017 года «Центр займов 365» продал квартиру Смельницкой, а в августе 2017-го Смельницкая проиграла иск о выселении ее семьи из квартиры. В квартире помимо Наталии были прописаны ее бывший муж и две дочери, 13 и 22 лет. Органы опеки не возражали против выселения несовершеннолетней дочери.

В декабре 2018 года судебные приставы пришли выселять семью. Во время выселения интересы нового собственника представляла его мать — сам владелец квартиры находится в СИЗО по подозрению в незаконном хранении наркотиков, рассказала Смельницкая (это подтвердил источник «Медузы» в правоохранительных органах). После выселения семьи их вещи остались в квартире, ее опечатали. Спустя несколько дней Смельницкая заезжала к соседям и обнаружила, что печати сорваны, а из квартиры доносятся звуки — будто кто-то крушит мебель. Вызванный наряд полиции задержал нескольких человек, которые утверждали, что помогали вывозить вещи.

Сейчас квартира, где жила Смельницкая, вновь опечатана. УВД Центрального округа Москвы (там располагался офис «Центра займов 365») проводит доследственную проверку по поводу мошенничества. При этом в Мытищах против «Центра займов 365» уже возбуждали уголовное дело по статье «Мошенничество» — хотя оно пока ничем не закончилось, а областная прокуратура несколько раз пыталась его закрыть.
Как работают «левые» кредитные схемы

«Центр займов 365» — не единственная компания, которая занималась похожими схемами отъема квартир; «Медузе» удалось найти несколько десятков аналогичных контор. Как правило, такие предприятия работают не больше полутора лет, а затем регистрируется новое юрлицо. По подсчетам «Медузы», в Москве и ближайшем Подмосковье таким образом лишились жилья как минимум 500 семей.

Их истории практически одинаковые. Во время подписания документов на выдачу кредита под залог недвижимости клиент подписывает закладную на квартиру или договор купли-продажи квартиры. Заемщикам объясняют, что это что-то вроде ипотеки (иногда называют это лизингом) — когда квартира находится в залоге у банка до полной выплаты кредита. Однако схема принципиально отличается от банковской ипотеки, где после просрочек платежей и визитов коллекторов квартиру забирают по решению суда, а затем продают с аукциона по максимальной цене. В случае микрофинансовых компаний на этапе получения займа жертвы подписывают доверенности и документы, которые могут лишить права собственности без судебного решения: квартира переходит посредникам, клиент остается ни с чем.
Жертвам «черных кредиторов» удавалось вернуть свои квартиры очень редко. Например, у одного заемщика обнаружился диагноз «шизофрения», на основании чего судья признал сделку с недееспособным лицом ничтожной. В одном из случаев, который закончился хорошо для заемщика, решение суда почти полностью повторяло рассказы других потерпевших: «В офисе [„Центра займов 365"] подписывался большой объем документов, при этом он [заемщик] мог, не читая, в составе многочисленных ранее им согласованных документов подписать и соглашение об отступном [на квартиру]. Однако намерения передавать квартиру ответчику у истца не было, о чем в том числе свидетельствует факт отсутствия согласия супруги», — установилДорогомиловский районный суд, признавший соглашение об отступном на квартиру недействительным. Решение суда в пользу пострадавшего, вероятно, объясняется его высоким социальным положением: источник «Медузы», знакомый с делом, говорит, что истец — ветеран спецслужб.

Лишаются своей недвижимости даже те клиенты, которые не допускают просрочек. У Светланы Подъельской сгорела любимая дача, дети обещали помочь с восстановлением. Но она решила взять ситуацию в свои руки и обратилась за кредитом на 600 тысяч рублей под залог своей квартиры в Международное кредитное бюро (МКБ) в Братеево, которое нашла по рекламе в интернете. Она ежемесячно погашала заем, а через полтора года ей позвонил ее менеджер из МКБ и сообщил, что ей как «хорошему заемщику» компания предоставляет «кредитные каникулы» на два месяца. На третий месяц она снова начала платить. Но вскоре на пороге ее квартиры появился человек, представившийся новым собственником квартиры. Менеджер МКБ отрицал, что звонил ей, никаких подтверждающих документов о «кредитных каникулах» у нее не было — а в договоре займа было указано, что в случае двухмесячной просрочки выплат залоговая недвижимость переходит в собственность компании. Аналогичная история произошла с еще несколькими заемщиками Международного кредитного бюро.

Квартиру Подъельской продали безработному Денису Балуеву. На суде Балуева попросили предъявить источник средств для покупки жилья. Он долго отказывался, но потом принес дополнительное соглашение к кредитному договору с микрофинансовой компанией «Столичные кредиты» (документ есть в распоряжении «Медузы»). Сумма кредита в нем не указана; кредит выдан по необычно низкой ставке — 14%. Компания «Столичные кредиты» делит юридический адрес с МКБ, а возглавляет ее один из сотрудников Международного кредитного бюро, гражданин Латвии Иван Дубина. Все трое учредителей «Столичных кредитов» — тоже граждане Латвии. По адресу офиса МКБ и «Столичных кредитов» зарегистрированы еще несколько компаний — тоже принадлежащих гражданам Латвии, сотрудникам МКБ, — у каждой из которых свой функционал. Например, в пользу ООО «Мосаренда», как правило, отчуждаются права на недвижимость заемщика.

Судебные слушания по делу Подъельской продолжаются. На одном из заседаний Нагатинского суда, где слушается дело, представителем покупателя ее квартиры Дениса Балуева по доверенности пришел Александр Логинов. Он хорошо знаком многим заемщикам: именно Логинов руководил силовым выселением должников МКБ и «Центра займов 365» из их бывших квартир. В декабре 2018 года Логинова судили по нескольким статьям, в том числе за самоуправство и умышленное причинение вреда здоровью легкой и средней тяжести, — и приговорили к полутора годам колонии-поселения. Дочь Логинова Галина Киева раньше работала сотрудником Росреестра, где занималась оформлением сделок по недвижимости, а с начала 2010-х годов занимает должность председателя третейского суда по экономическим спорам. Именно третейский суд упоминался в качестве места для разрешения споров между заемщиками и МКБ в первые годы существования этой схемы.

Из всех компаний, выдававших займы под залог недвижимости, которые удалось найти «Медузе», Международное кредитное бюро лидирует по числу пострадавших. Бывшие клиенты обнаружили 99 случаев, когда заемщик компании лишался квартиры, еще в нескольких случаях бывших собственников жилья, бравших займы в МКБ, найти не удалось. Основная клиентура подобных предприятий — люди в возрасте, лишенные внимания родственников, и представители других социально незащищенных групп. Даже в более благополучных ситуациях кредитные менеджеры стараются внести разлад в отношения с родственниками. Светлана Подъельская вспоминает, что менеджеры рекомендовали ей не рассказывать о кредите своим детям, утверждая, что у молодежи негативное отношение к кредитам, а сумма небольшая. Сыновья Подъельской узнали о том, что их мать обращалась в микрофинансовую организацию, только когда им позвонили соседи, рассказав, что дверь в ее квартиру срезают представители нового собственника.
Зачастую родственники не могут самостоятельно узнать о том, что квартира находится в залоге по кредиту. Микрофинансовые организации не регистрируют данные о залоге в Росреестре. Актер Сергей Фролов, чья история активно обсуждалась в марте 2019 года, узнал о кредите своей матери спустя несколько лет после ее смерти — обнаружив, что квартира, перешедшая ему по наследству, продана с торгов. Оказалось, что его мать перед смертью взяла в МКБ кредит на 600 тысяч под 28% годовых. Она не могла себе его позволить: ее пенсии не хватило бы на погашение ежемесячного платежа; в пакете документов на получение кредита есть справка о доходах с суммой, значительно превышающей размер ее пенсии. Пожилая женщина не смогла выплачивать платежи в срок, поэтому для погашения задолженности ей предложили оформить заем на 1,2 миллиона рублей под залог квартиры. После смерти матери Фролова представители МКБ признали долг невозвратным и получили взамен квартиру.
При чем тут Латвия

Улыбчивого кредитного менеджера Сергея с балтийским акцентом Подъельская узнает по фотографии в латвийской деловой газете Dienas Bizness («Ежедневный бизнес»), где опубликовано интервью главы компании West Kredit Сергея Маликова (латвийская версия имени — Сергейс Маликовс) под заголовком «Теряя ABLV, мы теряем лучших». В интервью Маликов критикует политику правительства Латвии в отношении банков, в которых открыты счета граждан из стран бывшего СССР. «Это геополитика. В наши дни американцы не позволяют гражданам бывшего СССР — россиянам, белорусам, украинцам — чувствовать себя комфортно со своими деньгами. Следует понимать, что это действие было направлено не против акционеров какого-либо банка, а против его клиентов, которые хотели его ограничить, — говорил он. — Какова модель этих банков-нерезидентов? Деньги собирают с территории бывшего СССР просто потому, что здесь тихо и спокойно. Они инвестируются в ценные бумаги, или кредиты выдаются тем же нерезидентам, которые не хотят брать кредиты в скандинавском банке. Эту модель хотят ликвидировать».

В феврале 2018 года подразделение Министерства финансов США по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN) заявило о планах ввести санкции против латвийского ABLV Bank, входившего в тройку крупнейших кредитных учреждений страны, — за отмывание денег, помощь северокорейской ядерной программе и нелегальные действия в Азербайджане, России и на Украине. Также FinCEN заявило, что руководство банка давало взятки для оказания влияния на должностных лиц в Латвии.

Через неделю после заявления банк начал процедуру ликвидации — а власти Латвии потребовали от банков сократить долю клиентов-нерезидентов. По данным регулятора, 36,7% всех банковских операций в Латвии совершают офшорные компании; среди тех, которые открыли нерезиденты, эта доля еще выше — 44,5%. Латвийские банки были важной частью схемы по выводу денег из России. В расследовании«Новой газеты» и OCCRP под названием «Ландромат» описана схема, с помощью которой из России за три года было выведено больше 18 миллиардов долларов. Клиентами латвийских банков в основном становились россияне, которые не могли открыть счета в Швейцарии и других более престижных юрисдикциях.

Одним из крупнейших пострадавших от политики по сокращению счетов нерезидентов стал банк Rietumu, активы которого за девять месяцев уменьшились на 46,3%, или 1,441 миллиарда евро, — до 1,674 миллиарда евро. Пятый по величине банк в Латвии Rietumu (в переводе с латышского — «Западный») был создан в 1992 году. Основные владельцы — фактически одна семья: Леонид Эстеркин и Аркадий Сухаренко, женатый на сестре Эстеркина.

Сергей Маликов — основатель микрофинансовой компании Mateks Credit, которая с 1995 года занимается выдачей займов под залог недвижимости в Латвии (позже была переименована в West Kredit). Основным кредитором Mateks Credit был тот самый банк Rietumu, который в 2008-м открыл компании кредитную линию на 20 миллионов латов (примерно 28 миллионов евро), в 2011-м выдал дополнительный кредит на восемь миллионов евро, а в 2016-м — ещена 24 миллиона евро.

Согласно отчетности, Mateks Credit получала кредиты не только от банков. В 2009 году компания получила заем на 1,1 миллиона евро под 10% годовых от британской компании Adovert Consult LLP, указано в годовом отчете West Kredit за 2011-й. По данным британского реестра, Adovert Consult создана за несколько месяцев до выдачи займа — и вскоре после возврата займа ликвидирована. Ее владельцами были указаны две офшорные компании из Белиза — Advance Developments Limited и Corporate Solutions Limited, фигурировавшие в нескольких расследованиях, посвященных сети британских компаний, через которую отмывались 2,9 миллиарда долларов — эти деньги поступили из стран бывшего СССР.

Как и в России, работа компании Mateks Credit в Латвии сопровождалась скандалами, связанными с силовым выселением должников. В одном из случаев для «очистки» жилплощади Mateks наняла охранную компанию, сотрудники которой ворвались в дом к беременной женщине и распылили перцовый газ, в другом случае — демонтировали окна и двери в доме, чтобы выселить жильцов. В конце 2000-х вокруг компании наступил репутационный кризис; помимо этого, претензии к ней предъявлял государственный Центр защиты прав потребителей (латвийский аналог Роспотребнадзора), а также ужесточалосьзаконодательство по выдаче кредитов.

В 2011 году Маликов с двумя другими гражданами Латвии создали в России компанию «Международное кредитное бюро» — то самое МКБ, которое занималась выдачей «левых» кредитов москвичам под залог их квартир. Еще один основатель МКБ Андис Анспокс в нулевые в Риге был секретарем общественной организации «За латвийское общество без гомосексуалистов». Одним из основателей организации был адвокат Андрис Бауманис, которого латвийская полиция подозревала в подкупе судьи.
Квартиры первых российских заемщиков МКБ переходили в личную собственность Маликова, и, по данным Росреестра, он тут же закладывал их банку Rietumu в обеспечение личного кредита на 750 тысяч долларов. В 2013 году Rietumu открыл кредитную линию на 20 миллионов евро российской компании «Международное кредитное бюро», следует из документов, которые есть в распоряжении «Медузы». Банк Rietumu не ответил на вопросы «Медузы».

Собрания собственников российской компании МКБ, согласно документам, проходили в Риге в здании по улице Элизабетес, 8. По данным торгового реестра Латвии, Маликов — владелец компании Elizabetes 8, которая занимается управлением недвижимостью. Партнер Маликова в этой компании — бывший замглавы экономической полиции Риги Нил Журавлев, покинувший пост после коррупционного скандала, связанного с приобретением им дорогой недвижимости и авто в период госслужбы. После отставки Журавлев возглавил федерацию бокса Латвии и несколько раз выдвигал свою кандидатуру на региональных выборах. Сергей Маликов тоже интересуется политикой: в частности, он финансировал социал-демократическую партию «Согласие», которую возглавляет бывший мэр Риги Нил Ушаков. Маликов не нашел времени ответить на вопросы «Медузы».
Снова в Россию

У Международного кредитного бюро много общего с другой кредитной организацией — Московской залоговой компанией (МЗК), действующей по похожим принципам. Осенью 2016 года на ютьюбе появились видеоролики с некоего совещания, на котором обсуждается, как объяснять клиенту необходимость подписать закладную на квартиру — и выдавать ему неполную копию договора о займе. На видеозаписи не упоминается название компании, однако Московская залоговая компания через суд добилась блокировки ролика на территории России. Лицо сотрудника, проводившего инструктаж, разглядеть невозможно — но несколько клиентов МЗК, с которыми пообщалась «Медуза», утверждают, что это заместитель генерального директора МЗК Николай Чигарев.

В 2015 году обе компании начали часто мелькать в СМИ: обманутых должников набралось достаточно для публичного скандала. МКБ и МЗК подавали в суды иски о защите чести и достоинства (в том числе против телеведущего Владимира Соловьева), но раз за разом проигрывали. В ноябре 2015 года владельцем МЗК стала офшорная компания Lordena Ventures, зарегистрированная на Британских Виргинских островах.

Эта организация фигурирует в расследовании OCCRP о «Панамском архиве», основанном на утечке документов из регистрационной компании Mossack Fonseca. Согласно документам, Lordena Ventures имела представительство в Латвии: офис располагался в здании банка Rietumu в Риге, в качестве представителя компании была указана сотрудница банка Оксана Утенкова.

Как выяснилось из этого расследования, Утенкова была представителемболее чем полутора тысяч офшорных компаний, офисы которых были зарегистрированы в здании банка. Одна из таких компаний фигурировала в коррупционных схемах между шведским подразделением машиностроительной корпорации Bombardier и властями Азербайджана. Вскоре после публикации «Панамского досье» банк Rietumu заблокировал счета подозрительных компаний и заявил, что Оксана Утенкова больше не работает в банке.

По данным ЕГРЮЛ, через два дня после публикации «Панамского архива» компания Lordena Ventures отказалась от своей доли в МЗК. Сегодня основным владельцем МЗК указан Константин Ильин (через ООО «Ноябрь холдингс»). По этому же адресу зарегистрирована компания «Октябрь холдингс», принадлежащая его сыну — Александру Ильину. С 2016 года Ильин-младший работает заместителем гендиректора инвесткомпании «ВЭБ Капитал», принадлежащей госкорпорации «Внешэкономбанк». Одним из проектов ВЭБа была санация банка «Глобэкс», его дочерней инвесткомпании «Глобэкс капитал» и ряда других проектов. Ильин как представитель ВЭБа входил в советы директоров часового завода «Слава» (девелоперский проект в начале Ленинградского проспекта) и оренбургской птицефабрики «Уральский бройлер». В мае 2015 года менеджмент Внешэкономбанка решил продать 50% «Глобэкс капитал» компании «Октябрь холдингс», принадлежащей Николаю Чигареву, заместителю гендиректора МЗК — а через несколько месяцев владельцем «Октябрь холдингс» стал Александр Ильин.

«Александр Ильин был уволен летом 2018 года. ВЭБ.рф не имеет отношения к бизнесу по выдаче микрокредитов физлицам», — объяснил «Медузе» представитель ВЭБ.рф (новое название Внешэкономбанка).

Последнее упоминание в СМИ «Глобэкс капитал» связано с планами компании по покупке офисного здания «Ростелекома» на Зубовской площади (сделка не состоялась). Летом 2018 года компания размещалаобъявление о вакансии юриста, среди должностных обязанностей упоминалось: «Представление интересов компании в судах по делам о взыскании задолженности по договорам займа (ипотечное кредитование), о признании прав собственности; обжалование действий должностных лиц, в том числе судебных приставов».

В ноябре 2017 года по подозрению в мошенничестве арестовали генерального директора МЗК Игоря Алексеева, заместителя гендиректора МКБ Романа Гусельникова (он появлялся в роликес «инструктажа» для сотрудников кредитных компаний) и президента ООО «Вест Бэнк» Илью Красневского. Последняя организация на 99% принадлежит кипрскому офшору Westbanq Limited, который теперь владеет российской МКБ и латвийской West Kredit. После проведения в 2018 году в Латвии кампании деофшоризации Сергей Маликов признал, что он является единственным бенефициаром Westbanq Limited.

Среди пострадавших от действий Гусельникова, Алексеева и Красневского — Елена Кульнева. Она взяла кредит в Московской залоговой компании, заключив договор купли-продажи квартиры и ее последующей аренды с Сергеем Маликовым. Кульнева проиграла гражданский иск о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, но была признана потерпевшей по уголовному делу о мошенничестве. Еще один потерпевший — человек, который получил заем, несмотря на диагноз «шизофрения», заключив договор дарения квартиры Гусельникову (тот самый случай, когда сделка в суде была признана ничтожной; «Медуза» знает, кто этот человек).

В марте 2019 года Тверской суд Москвы арестовал еще четверых сотрудников микрофинансовых организаций, выдававших займы под залог недвижимости, «Мск групп» и «Парнас» — Олега Чернегу, Андрея Шкарлета, Юлию Лысак и Олесю Сухареву. Следствие по обоим делам ведет следователь Главного следственного управления Следственного комитета Станислав Серебряков.

Сухарева, как и Гусельников, фигурировала в сделках, которые заключали МКБ и МЗК. На суде по аресту Сухарева заявила, что вины не признает и была лишь «свидетелем передачи денег». На сленге сотрудников микрофинансовых организаций (МФО) они исполняли функцию брокера — сотрудника, который разыскивает клиента и курирует его до заключения сделки.

Одним из каналов привлечения клиентов Гусельникова была компания «Ваш брокер», учрежденная им и Людмилой Тимашовой. В 2017 году, после возбуждения уголовных дел в отношении Гусельникова, он вышел из состава учредителей, а компания, поменяв название на «Правоактив», теперь предлагает услуги по «списанию долгов перед банками и МФО». По данным ЕГРЮЛ, брат Людмилы Тимашовой Ярослав владеет кредитным брокером WinFin, ранее ему принадлежал еще один брокер «Единый кредитный сервис». В некоторых случаях Гусельников также выполнял роль «холдера», оформляя на себя «проблемные» квартиры до подготовки их к продаже.

В офисе Московской залоговой компании теперь зарегистрированакомпания «Залоговый центр „Риэлти капитал"», предлагающая займы под залог недвижимости. Ее владелец — риелтор Максим Лазыкин, участвовавший в ряде сделок, связанных с МКБ.
Как микрокредитные организации связаны между собой

Средний срок жизни микрофинансовой организации, выдающей займы под залог недвижимости, — год-полтора. Стоимость готовой микрофинансовой компании, уже внесенной в реестр Центробанка, — от 140 до 250 тысяч рублей, в зависимости от истории предприятия. Многочисленные объявления о продаже готовых МФО можно встретить на специализированных форумах. У этих компаний меняются названия, но прежними остаются коллектив компании, «холдеры» и частные инвесторы, чье финансирование компания привлекает для выдачи кредитов.
Компания «Центр займов 365», где брала заем Смельницкая, была создана в феврале 2016 года Анной Сухановой. По данным «СПАРК-Интерфакс», Суханова учредила 21 микрофинансовую компанию. Объявления о продаже некоторых из них «Медуза» нашла в интернете. Спустя несколько месяцев после регистрации владельцами «Центра займов 365» стали Антон Величко и гражданка Латвии Юлия Калинина.

Смельницкая — один из первых заемщиков «Центра займов 365», она заключила договор под номером четыре. Как установила «Медуза», за период с лета 2016 года по февраль 2018-го «Центр займов 365» заключил еще как минимум 67 договоров займа. «Медуза» проверила в базе Росреестра данные по собственности клиентов компании: из 37 заемщиков 25 продали свою собственность вскоре после получения кредита. В 15 случаях новым собственником становился «Центр займов 365», по два случая приходятся на сотрудника «Центра» Антона Титова, гендиректора компании «М2-Лизинг» Анатолия Фундобного и сына управляющего директора страховой компании «Капитал лайф» Владислава Снопка. По данным картотеки Мосгорсуда, Владислав Снопок — покупатель еще минимум двух квартир, ранее принадлежавших должникам другой микрофинансовой организации «КредитФинанс». Снопок не ответил на вопросы «Медузы».

В пакете документов по квартире Смельницкой, который сотрудники «Центра займов 365» подали в Росреестр для ее переоформления, по ошибке оказалась часть документов на другую квартиру, принадлежащую должнику другой микрофинансовой компании «Фаст займ». Эту компанию возглавляет 25-летняя гражданка Белоруссии Алина Пикулик. Ранее Пикулик была «холдером» минимум одной квартиры, прежде принадлежавшей заемщикам «КредитФинанс».
Как связан «КредитФинанс» с другими МФО

«Центр займов 365» тоже привлекал не только заемщиков, но и инвесторов. На уже не работающем сайте «Центра» потенциальным инвесторам предлагали следующие условия: 18% годовых под обеспечение закладными на недвижимость заемщиков «Центра». Из документов, которые есть в распоряжении «Медузы», известно, что этим предложением воспользовался, например, Кирилл Рязанов, сын бывшего зампреда «Газпрома» Александра Рязанова. Еще один инвестор «Центра займов 365» — Сергей Житченко, один из крупнейших предпринимателей на территории Рузского района. Ему принадлежат несколько рынков, торговая недвижимость, популярные рестораны, а также территория вокруг крупного мусорного полигона в Подмосковье «Аннино». Большинство своих активов бизнесмен получил начиная с 2014 года, когда Рузский район возглавил адвокат из Тюмени Максим Тарханов. В начале 2019-го Тарханов перешел на работу в мэрию Москвы, где контролирует работу районных управ.

Еще один инвестор «Центра займов 365» — директор по развитию розничного бизнеса банка «Финсервис» Юрий Дьячков — также связан с Рузским районом. В 2017 году Дьячков вместе с администрацией Рузского района создали фонд поддержки храма «Всецарица» в селе Нововолково. Помимо этого, у Дьячкова есть собственный бизнес по выдаче микрозаймов — микрокредитная компания «Северо-Западное партнерство», которая занимается выдачей займов через интернет-сайт. Кирилл Рязанов, Сергей Житченко и Юрий Дьячков не ответили на вопросы «Медузы».
Однако ситуация, похоже, начинает меняться. В апреле 2019 года в Думу внесли законопроект, запрещающий микрофинансовым организациям выдавать кредиты физлицам под залог недвижимости. Формально это поправки к законам «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях». Судя по списку соавторов, у законопроекта серьезные шансы на прохождение: его выдвинули среди прочих спикеры обеих палат Федерального собрания Вячеслав Володин и Валентина Матвиенко.
Иван Голунов, Москва.
Теперь будем играть в больницу
Как два бизнесмена заработали миллиарды на фальшивых диагнозах и косметике с «интеллигентными кристаллами сахара»
17 сентября 2018
Источник: Meduza
Расследование Ивана Голунова
В российских соцсетях много рекламы медицинских центров, которые предлагают всем желающим пройти бесплатное обследование по «федеральной» или «городской» программе. Клиентам, которые откликаются на рекламу, неизменно диагностируют редкие заболевания с помощью «уникальных приборов» — и предлагают немедленно вступить в программу их лечения, прямо в офисе центра взяв банковский кредит на ее оплату; как правило, речь идет о сотнях тысяч рублей. Как выяснил спецкор «Медузы» Иван Голунов, эти центры — новый проект двух бизнесменов, которые раньше развивали сеть продаж пылесосов Kirby (их навязывали покупателям по завышенным ценам) и по схожей схеме распространяли косметику Desheli. Клиенты регулярно возмущаются деятельностью этих компаний и даже подают на них в суд — однако это не мешает самим бизнесменам и их агентам зарабатывать миллиарды рублей.
«Так не бывает, чтобы ничего не болело»

В 2018 году в социальных сетях появилась реклама новых медицинских услуг. Объявления предлагали всем желающим посетить медицинские центры CosmosFit, пока там не закончилась квота на бюджетные места в «городской программе диспансеризации — 2018» и «федеральной программе „Здоровый кишечник"».

Корреспондент «Медузы», увидев такое объявление в фейсбуке, записался через интернет на комплексное обследование позвоночника по «городской программе диспансеризации» в Москве. Менеджер клиники перезвонила и просила не забыть паспорт, так как он необходим «для получения квоты».

Медицинская клиника располагалась на Пушкинской площади, в здании бывшего центрального офиса «Межпромбанка» — его владелец Сергей Пугачев, называвший себя близким другом Путина, находится в международном розыске по обвинению в выводе средств вкладчиков. После бегства Пугачева в Лондон помещения банка сдаются под ночной клуб и офисы, а второй этаж арендует фитнес-клуб CosmosFit, который также называет себя медицинским центром. Войти в помещение и выйти оттуда можно, только если охранник нажмет кнопку. Внутри — обычный офис: самая дешевая мебель из IKEA, между которой ходят люди в белых халатах.

На ресепшене секретарь потребовала, чтобы корреспондент «Медузы» рассказал, что его беспокоит. Ответ, что он просто пришел на диспансеризацию, девушку не устроил. «Так не бывает, чтобы у вас ничего не болело. Ну, голова, наверное, иногда болит? — спросила она. — Вот, я же говорила». После этого в «листе назначений лечения» появилась запись: «острые головные боли, мигрень».

В кабинете доктор две минуты «обследовал» позвоночник «уникальным аппаратом, который изобрели специально для космонавтов» — он был похож на щетку для удаления катышков с одежды. На экране компьютера появилось изображение скелета человека, на позвоночнике которого пульсировали красные точки. «Вы жаловались на мигрень? Теперь все понятно: у вас пережат шейный позвонок. Кровь не поступает в голову, вы находитесь в предынсультном состоянии», — объяснял доктор, параллельно пытаясь закрыть на экране всплывающее предупреждение «возможно, вы приобрели поддельную копию Windows». «Уникальный аппарат» не обнаружил у корреспондента «Медузы» реально существующее наследственное заболевание позвоночника.

Доктор сказал, что корреспонденту «Медузы» необходим курс EMS-тренировок, которые стимулируют позвоночник. Стоимость курса — 360 000 рублей, но из-за «критической ситуации» он попросит администрацию центра сделать скидку.

Через несколько минут в кабинете появилась девушка, которая представилась заместителем директора клиники. «Доктор объяснил критичность вашей ситуации. Вы такой молодой, так жалко вас, — сказала она. — Но вы, наверное, блогер, у нас сейчас специальная акция — вы пишете о нас пост в соцсетях, а мы вам делаем скидку почти 70%. Заплатить нужно 128 тысяч рублей, но и на них мы можем сделать рассрочку. Распечатываем договорчик?» Соображение о необходимости посоветоваться с лечащим врачом девушку не убедило: «Вы не доверяете нашему доктору? Алексей Александрович — академик двух академий, Северо-Западной и Прибалтийской».
Спор продлился 40 минут, после чего замдиректора решила, что «уже похоже на уговоры», на которые она не будет «тратить свое время». На выходе секретарь сообщила, что «программа для блогеров» заканчивается завтра — а потом попросила закурить. «Правильно ты отказался, это все ********* [обман], — сказала она на улице, затянувшись. — Я тебе советую остеопата, он решит все проблемы [с позвоночником] за четыре сеанса. Записывай телефон».
88 тысяч за «внутривенное лазерное облучение крови»

В последние годы в крупных городах России открылись медицинские центры, которые действуют по одной и той же схеме. Они агрессивно рекламируют «уникальные оздоровительные методики» в социальных сетях, зазывают к себе клиентов — после чего предлагают им получить лечение в кредит. Только в Москве «Медуза» обнаружила 64 такие фирмы, которые работают по одной и той же схеме под марками «ГлобалМед», CosmosFit и десятком других. Все они имеют медицинскую лицензию, выданную Департаментом здравоохранения Москвы. Первые центры появились в 2015 году, годом позже их совокупная выручка составила почти 1,6 миллиарда рублей (финансовая отчетность за 2017 год еще не опубликована).

Как и корреспондент «Медузы», москвичка Екатерина (свою фамилию она попросила не указывать) попала в клинику по рекламному объявлению. Процедура была точно такой же: запись через интернет; звонок оператора, который сообщил, что «выдающийся доктор» принимает последние дни перед отъездом в другую страну «по бесплатной собянинской квоте»; просьба не забыть паспорт, так как в здании пропускная система; офис с ресепшеном, люди в белых халатах; расспросы о болезнях и симптомах. У «выдающегося доктора» к тому же обнаружился «новейший аппарат, которых в России всего несколько штук» — выглядел он как металлический шарик, подключенный с помощью провода к компьютеру. Врач долго всматривался в появившийся на экране рисунок вен, а потом заявил, что у Екатерины почти сформировался тромб на ноге — и ситуация критическая.
Курс лечения стоил 248 тысяч рублей, но доктор сказал, что договорится с администрацией, чтобы Екатерину провели по квоте для пенсионеров с 50%-й скидкой, хотя она еще не достигла пенсионного возраста. Правда, оформить все документы нужно обязательно сегодня, можно даже в рассрочку.

Данные Екатерины ввели в компьютер. Сотрудник клиники сообщил, что из нескольких банков пришел отказ, потому что у нее обнаружилась задолженность 14 рублей перед судебными приставами. Сумму снизили со 124 тысяч рублей до 88 тысяч, и банк «Ренессанс-кредит» одобрил кредит. «Они так меня напугали, что сознание у меня было спутанное, и я подписала документы», — вспоминает женщина в разговоре с «Медузой».

Придя домой, она выяснила, что получила кредит на услугу «внутривенное лазерное облучение крови». На следующий день она попыталась расторгнуть договор с владевшей центром компанией «Эксперт-Мед», но компания отказалась это сделать.

Екатерина уже подготовила исковое заявление в суд — и может выиграть. По всей России против владельцев аналогичных клиник уже поданы десятки исков, и клиентам часто удается расторгнуть договор и даже взыскать с ответчиков компенсацию. Иногда клиники договариваютсяс клиентами без суда.

В центры по всей стране много раз приходили проверки Роспотребнадзора и Минздрава, реагировавшие на жалобы потребителей («завлекли, загипнотизировали, всучили кредит»). Впрочем, многие центры, получив претензии от клиентов или государства, просто меняют юридическое лицо — и продолжают работать.
«Ощущение, что тебя пытаются завербовать в секту»

На ресепшене оздоровительного центра CosmosFit (открыт весной 2017 года, сейчас их шесть в разных районах Москвы) на плазменной панели показывают рекламные ролики с «отзывами клиентов». Среди них — солист группы «Иванушки International» Кирилл Андреев, участники шоу «Голос», спортсмены. Руслан Осташко — политтехнолог, ранее работавший с председателем Госдумы Вячеславом Володиным, — с экрана рассказывает, что за два месяца EMS-тренировок похудел на 12 килограммов. «Меня позвали на открытие [одного из клубов] и подарили 20 тренировок. Я сходил на одну и понял, что все это разводняк», — сказал «Медузе» журналист Антон Красовский, также снявшийся в одном из роликов (в рекламе он рассказывает о «крутой технологии»).
Помимо благодарных клиентов в роликах снимаются основатели оздоровительного центра — братья Игорь и Вадим Нисенбоймы. В социальных сетях бизнесменов упоминается, что ранее они продавали косметику Desheli. Один из центров CosmosFit работает в помещении, где ранее располагался центральный офис Desheli. Большая часть владельцев других медицинских центров, работающих по аналогичной схеме, также раньше продавала косметику Desheli, а также пылесосы Kirby. Например, центр на Пушкинской площади, где побывал корреспондент «Медузы», открыла компания «КосмосФит-1» — ей владеет Ирина Зайцева, бывшая гражданская жена Даниэля Полонского, который называл себя совладельцем бренда Desheli. Ранее журнал «Секрет фирмы» упоминал Полонского как одного из создателей методики агрессивных продаж пылесосов Kirby в России.

В США пылесосы Kirby продаются с 1920-х. С самого начала компания выбрала схемы «прямых продаж»: независимые дилеры компании приходили к клиенту домой на «демонстрационный показ» и в результате убеждали его совершить покупку. Их агрессивный стиль позволял продавать очень дорогие «премиальные» модели: в 1999 году пылесосы Kirby стоили более чем в четыре раза дороже, чем у ближайших конкурентов; компания объясняла свое ценообразование тем, что Kirby — это Porsche среди пылесосов. Агентов Kirby часто критиковали за их методы: так, одна пожилая пара не могла выставить агентов за дверь более пяти часов, а женщина, страдающая болезнью Альцгеймера и проживающая в автофургоне на пенсию в 1000 долларов в месяц, после визита коммивояжеров приобрела два пылесоса, один — за 1700 долларов.

В начале 2000-х против Kirby в США подавали сотни исков в год, но компания отвергала все обвинения, списывая все на ошибки своих независимых дилеров. С 2012 года бренд принадлежит миллиардеру Уоррену Баффету — теперь агентов обучают, как правильно продавать пылесосы, не нарушая прав потребителей, и требуют возвращать деньги недовольным клиентам в течение 24 часов.

Страны СНГ оказались для Kirby очень перспективным рынком. Цена пылесосов на российском рынке была даже выше американской — 110–130 тысяч рублей в России против 1700 долларов (52,8 тысячи рублей по курсу 2010 года). В 2010 году лидерами продаж во всем мире стали два российских офиса — Нурбека Отунчиева из Москвы и Михаила Любарского из Хабаровска и Владивостока: каждый из них продал за год более 6000 пылесосов. Любарский добился лучшего показателя продаж за всю историю Kirby — он продавал по 750 пылесосов в месяц. В 2011 году в глобальном списке лидеров продаж появилось еще несколько офисов на постсоветском пространстве — Эдуарда Клипера из Сургута, Симона Рабкина из Омска и Марсбека Ибраева из Алма-Аты. Летом 2011 года компания объявила о том, что продала в России 200 тысяч пылесосов.

«Заходя» в новый город, дилер покупал телефонную базу у компаний такси или доставки пиццы, обзванивал клиентов, расспрашивал о достатке семьи и состоянии здоровья ее членов, чтобы заранее знать «слабые места», и предлагал им продемонстрировать работу пылесоса в их доме. Во время этих демонстраций клиентам предъявляли залежи грязи и пыли, их пугали аллергией, астмой и мебельными клещами.

«Предлагается купить это чудо за 159 900 рублей. Отказ. На подмогу демонстратору прибегает „менеджер" — долговязая девица на длинных каблуках с нагловатым взглядом. Сообщает, что именно мы принадлежим к редкой льготной категории, из-за чего нам будут предложены уникальные условия: всего 140 тысяч в рассрочку аж на три года. „Но это только сегодня, если вы обратитесь завтра, ваша льгота сгорит". Большого труда стоило выпроводить эту компанию. Было ощущение, что тебя пытаются завербовать в секту», — описывал попытку «прямой продажи» пылесоса один из клиентов в 2012 году.

Те, кого «завербовать» все же удавалось, уже не могли отказаться от покупки: по закону о защите прав потребителей пылесос относится к категории «технически сложных товаров», которые не подлежат возврату. Их можно вернуть, только доказав в суде, что товар был «ненадлежащего качества».

Судя по отзывам в интернете, покупателей смущало не столько качество, сколько вес, размеры и шум, издаваемый аппаратом. И, конечно, цена, которую им пришлось заплатить «в состоянии аффекта».
Интеллигентные кристаллы сахара

В 2012–2013 годах продажи Kirby в России начали падать из-за многочисленных негативных отзывов и претензий потребителей. Опытные агенты задумались об открытии другого бизнеса, в котором можно было бы применить ту же технологию: агрессивные прямые продажи по завышенным ценам товаров, которые не подлежат обмену и возврату. К таким по российским законам относятся не только «технически сложные устройства», но и книги, ювелирные изделия, лекарства, а также парфюмерия и косметика.

Один из лучших продавцов Kirby на постсоветском пространстве — казахстанец Марсбек Ибраев — занялся продажей фильтров для воды Blue Filters в России. Схема осталась прежней: агент приходил в квартиру, чтобы провести бесплатный экспресс-анализ качества воды; вода оказывалась плохой, после чего агент предлагал приобрести фильтр по «специальной цене». Иногда дилеры представлялись работниками коммунальных служб и предлагали купить устройство по «социальной программе».

Стоимость «немецкого» фильтра для воды составляла от 70 до 120 тысяч рублей. Согласно документам, производителем фильтра была небольшая фабрика из польского города Лодзь. В официальном интернет-магазине производителя аналогичный фильтр продается за 335 польских злотых (около 6300 рублей). Марсбек Ибраев и несколько других бывших дилеров Kirby до сих пор торгуют фильтрами в России.

Большая часть партнеров Kirby переключилась на продажи косметики Desheli. Технология была модифицирована: операторы звонили людям и приглашали их посетить спа-салон («вам подарили бесплатную процедуру»), а на месте убеждали купить упакованный в кейс набор из косметических средств стоимостью 45–60 тысяч рублей.

В состав набора входили 10 средств «на основе стволовых клеток арганы, яблони, листьев альпийской розы и косточек винограда», крем с «бриллиантовой микропудрой». Главным же ноу-хау Desheli, по утверждению продавцов, были «интеллигентные кристаллы сахара», задачей которых было «считывание информации о процессах старения, заложенных природой, и их поворот вспять на клеточном и молекулярном уровне». Разработал технологию родившийся на Украине израильский доктор Эдуард Политкин. В некоторых рекламных текстах в региональных СМИ утверждалось, что за открытие интеллигентных кристаллов Политкин получил Нобелевскую премию (это не так).

Как следует из таможенных документов, наборы Desheli делают два израильских производителя недорогой косметики. Заводы предлагаютуслуги по производству косметики под торговыми марками заказчиков. Некоторые средства из набора Desheli по составу совпадают с продуктами косметической линии Hlavin Platinum, в которой самый дорогой крем стоит 102,5 шекеля (около 910 рублей по курсу 2013 года).
В распоряжении «Медузы» оказался бизнес-план, который владельцы бренда Desheli рассылали своим региональным партнерам. Согласно документу, цена, по которой владельцы спа-салонов закупали кейс с косметикой, составляла 8500 рублей для агентов с большими продажами и 9000 рублей для маленьких салонов. С учетом расходов на персонал и аренду офиса себестоимость набора должна была составлять 19 217 рублей. Продавать их при этом рекомендовали по 45 тысяч рублей; некоторые салоны завышали и эту цену.

Когда бывшие агенты Kirby стали торговать косметикой, к схеме добавился еще один элемент. Теперь клиентов под разными предлогами просили захватить в спа-салон паспорт, чтобы на месте предложить им взять набор Desheli в кредит.
40 долларовых миллионеров

По данным Роспатента, владеет брендом Desheli офшорная компания Loutron Services Limited. Импортирует косметику в Россию фирма «ПФ Капитал», зарегистрированная в жилом комплексе «Алые паруса» на северо-западе Москвы.

Название компании, вероятно, состоит из первых букв фамилий ее владельцев — двух граждан Израиля, Даниэля Полонского и бывшего боксера Эдуарда Филбгера (так мужчина назван на сайте его компании и в документах, с которыми ознакомилась «Медуза»; в интернете он также фигурирует как Эдуард Филбегер). Также им принадлежит компания «ПФ Финанс», которая разработала программу для облегчения прохождения кредитного скоринга: она позволяет отправлять заявку на кредит сразу в несколько банков и учитывает все их требования к кредиторам. Все агенты Desheli были подключены к этой системе.
По данным Роспатента, у компании был 351 партнер в 120 городах России — преимущественно выходцы из Kirby и граждане Израиля родом из СССР. В 2014 году на съезде партнеров Desheli Эдуард Филбгер заявлял, что «компания сделала более 40 человек долларовыми миллионерами». Многие дистрибьюторы были известны в своих городах как меценаты. Михаил Любарский из Хабаровска подарил местной синагоге священный свиток Торы. Также Любарскому принадлежит два «майбаха» (цена — от 8,7 миллиона рублей), а сам Филбгер хвастаетсяв инстаграме автомобилем Rolls-Royce Wraith (от 22 миллионов рублей).

На съезде партнеров Desheli свою историю успеха рассказывала Алина Хроева, которая работала администратором салона в Новосибирске, а затем открыла собственный бизнес в башкирском Салавате. В городе, где проживает 153 тысячи человек, ей удавалось продавать по 800 кейсов Desheli в месяц. «[Инвестиции на открытие салона] я вернула за один месяц, вы же знаете рентабельность нашего бизнеса, — рассказывала Хроева (запись выступления есть в распоряжении „Медузы"). — [Спустя год после открытия] я летаю только бизнес-классом, купила себе „ролексы" за 2 миллиона, купила BMW в прошлом месяце, сейчас ищу участок под строительство гостиницы в Крыму».

В 2013 году выручка всей сети Desheli превысила 12 миллиардов рублей — об этом «Медузе» рассказали бывший сотрудник центрального офиса компании и один из региональных партнеров. В 2014 году выручка составила чуть более 17 миллиардов рублей (компания прогнозировала рост до 22 миллиардов); цифры за следующий год источники не назвали.

Desheli была близка к тому, чтобы стать крупнейшей по объему продаж косметической компанией России. Для сравнения: выручка «Орифлэйм» в 2014 году составила 17,08 миллиарда рублей, а Avon — 24,3 миллиарда рублей.
«У нас в отделении ваша женщина негативит»

С ростом продаж Desheli увеличивалось и количество недовольных клиентов, которые жаловались на сеть в правоохранительные органы. Весной 2013 года полиция Самарской области арестовала региональный склад Desheli и возбудила уголовное дело по фактам мошенничества против местного партнера сети. По версии самарских СМИ, уголовное дело возникло из-за недовольства «близкой женщины какого-то чина из следственных органов».

В тот момент Эдуард Филбгер впервые дал интервью, в котором попытался ответить на претензии. «Desheli уже слышала в свой адрес, что все 100% клиентов зомбируются и гипнотизируются. Мы уже слышали, что якобы клиентам [в салоне] в зоне ресепшена предлагают чай и туда добавляются какие-то психотропные препараты. Это полный бред, — говорил бизнесмен. — Не могу объяснить даже, откуда это берется. В структуре Desheli только в России находится порядка двухсот офисов, в которых работает до ста человек в среднем по каждому офису. Это 20 тысяч человек, неужели в России есть 20 тысяч гипнотизеров? Я даже не хочу реагировать на это».
Тем не менее компания все-таки реагировала на критику: например, более охотно расторгала договоры с недовольными клиентами и пыталась предотвращать конфликты в зародыше. Как и владельцы американского Kirby в 2000-х, она списывала все проблемы на плохую работу агентов на местах. Сами же агенты налаживали отношения с правоохранительными органами и банками, чтобы они сразу информировали о недовольстве клиентов. «Мне звонит региональный менеджер из банка и говорит — у нас в отделении ваша женщина негативит. Мы тут же отправляем за ней машину, везем ее на процедурку — и уже все хорошо, никто [никаких денег] не возвращает», — рассказывала Хроева из Салавата в своем выступлении.

В октябре 2017 года Хроева стала фигурантом уголовного дела по статье «мошенничество». По версии следствия, сотрудники ее косметического салона обманули посетителей на 3 миллиона рублей, навязав им кредиты от 80 тысяч до 130 тысяч рублей каждому.

Главной же проблемой Desheli стали не недовольные клиенты и не правоохранительные органы, а банки. «Мы зависим от банков. Если они будут одобрять нам 100% [кредитов], нашему росту нет предела, через два-три года мы будем в Книге рекордов Гиннесса», — говорил Эдуард Филбгер на том же съезде партнеров Desheli летом 2014 года.

Именно в это время банки стали массово отказывать в выдаче новых кредитов клиентам Desheli: многие недовольные покупатели кейсов с косметикой, которым не удавалось вернуть товар продавцу, просто переставали платить по долгам. К системе «ПФ-финанса» тогда были подключены шесть банков-партнеров: «ОТП-банк», «Ренессанс-кредит», «Восточный», «Альфа-банк», «Траст» и «Русский стандарт». У последнего доля просроченных платежей по кредитам клиентов Desheli в 2014 году выросла до 12% (среднерыночный показатель — 2,5%). В результате банки ужесточили критерии: если в апреле 2014 года, согласно внутренним документам компании, банки одобряли клиентам Desheli 78% заявок на кредит, то в начале августа — только 39%.

Тогда же выяснилось, что некоторые партнеры Desheli через систему с упрощенным скорингом получали кредиты на выдачу зарплаты сотрудникам и другие расходы, оформляя их на подставных лиц. В том же выступлении на съезде Филбгер приводил в пример краснодарский офис: его глава оформил кредит на ректора одного из местных университетов, который даже не слышал о Desheli.

«Медуза» изучила финансовую отчетность большей части из 351 дилера Desheli (треть компаний не сдала отчетность в налоговую службу, поэтому по ним нет данных). Их совокупная выручка выросла с 54 миллионов рублей в 2011 году до 8,02 миллиарда рублей в 2014 году; годом позже она упала более чем вдвое.

К осени 2014 года общая сумма задолженности клиентов Desheli перед банками составила 573 миллиона рублей. Эдуард Филбгер предложил всем партнерам скинуться и заплатить банкам 265 миллионов рублей, чтобы они улучшили скоринг. Однако многие партнеры не поддержали эту идею.

Дилеры пытались придумать свои способы спасения бизнеса. «Главное — это креативность! Стало трудно назначать встречи [с клиентами] — давайте продавать по три кейса каждому. Вот это креативность лидера», — предлагал один из крупнейших партнеров сети Даниил Виннер, владеющий офисами продаж в Москве, Сибири и на Северном Кавказе.

В сентябре 2014 года компания продала миллионный кейс Desheli.
Кремы от Сальвадора Дали

Кипрская компания P&F Holdings Limited — она принадлежит все тем же Полонскому и Филбгеру — в 2014 году запустила новые бренды косметики: DeAura и SoleMer. Однако их продажи не превышали 2 миллиардов рублей в год, а продажи Desheli в 2016 году упали до 1,27 миллиарда рублей.

Тогда создатели Desheli решили найти для своей технологии продаж новый рынок. «Теперь будем играть в больницу», — заявила в 2014 году на презентации новых медицинских программ Ирина Полонская, супруга Даниэля Полонского. Среди новых предложений для партнеров было проведение медицинской диагностики с помощью аппаратов, которые, по утверждению Полонской, за три минуты делали анализ крови по 150 показателям, а также методика избавления от никотиновой зависимости SmokBlok. Согласно презентации, через две минуты бросали курить 93% пациентов; разработка методики до сих пор не завершена.

Предлагалось также продавать биологически активные добавки для похудения в кредит — но с ними возникли непредвиденные сложности. Даниэль Полонский открыл несколько офисов «Института диетологии имени Фраймана», где по отработанной на Desheli схеме торговали БАДами под брендом Novicute. Заказ на их производство разместили на российском заводе «Эвалар». Выяснилось, что российские законы требуют от производителя помимо бренда указывать оригинальное название препарата — в данном случае «Турбослим ночь». Клиентов оказалось сложно убедить взять в кредит 5000 рублей на таблетки Novicute, когда такие же продаются за 400 рублей в ближайшей аптеке.

Зато удачно прошел запуск центров медицинских услуг под разными брендами: кроме «оздоровительных центров», предлагающих EMS-тренировки, открылись, например, «центры трихологии» и «центры диагностики по израильской технологии HMT». Последний проект рекламирует в своем инстаграме «инвестор, биржевой трейдер, аналитик» Эдуард Филбгер.

За несколько лет, прошедших с того момента, как угас бизнес Desheli, у Филбгера и Полонского появились и другие проекты. В 2016 году Филбгер вместе с боксером Александром Поветкиным объявило создании сети федеральных бойцовских клубов Vityaz Fight; сейчас работает два таких клуба в Москве и один — в Новосибирске. Сам Филбгер тоже регулярно дерется на ринге — в ютьюбе можно найти много его поединков по кикбоксингу или тайскому боксу.

Даниэль Полонский продолжает заниматься продажами косметики под новым брендом Elevatione Time Stops by Salvador Dali, но теперь за пределами России — в США, Мексике, Сингапуре, Филиппинах, на Тайване. В феврале этого года флагманский магазин новой марки открылся в одном из самых дорогих районов Лондона — Мейфэре. Средняя стоимость кремов нового бренда составляет около 140 фунтов (примерно 12 500 рублей). Заказы на производство Полонский продолжает размещать на небольшой фабрике в Израиле.

Несколько месяцев назад Филбгер и Полонский объявили о подготовке к запуску нового проекта «ПФ-Финанс», который будет помогатьрефинансировать ипотечные кредиты в банках. На вопросы «Медузы» бизнесмены отвечать не захотели.

Некоторые бывшие региональные дилеры Desheli решили заняться бизнесом, не связанным с агрессивными продажами товаров в кредит. Например, бывшие партнеры Desheli в Кемерово вложили заработанные деньги в создание контактного зоопарка «Ребятам о зверятах» в торговом центре «Зимняя вишня». 26 марта 2018 года все животные погибли во время пожара.
Иван Голунов,Москва
IC3PEAK и Хаски проверяли на экстремизм по запросу организации «Общее дело»
Она связана с ОНФ, ФСИН и московскими ЖКХ-подрядчиками
18 января 2019
Источник: Meduza
Вечером 21 ноября 2018 года полиция в Краснодаре сорвала концерт рэпера Хаски. Он устроил импровизированный уличный концерт для своих фанатов, выступив с крыши автомобиля, — и на следующий день получил 12 суток за мелкое хулиганство (через несколько дней музыканта отпустили из-под ареста). В ответ музыканты Оксимирон, Баста и Noize MC провели одно из главных шоу 2018 года под названием «Я буду петь свою музыку».

7 декабря в Краснодар приехала группа IC3PEAK, чьи концерты до этого запретили или пытались запретить в шести городах подряд. Тем не менее в Краснодаре выступление прошло без вмешательства полиции.

17 января адвокат Алексей Аванесян сообщил, что прокуратура Краснодарского края с 15 ноября 2018-го проверяла творчество Хаски и IC3PEAK на экстремизм — по заявлению краснодарского отделения российской общественной организации под названием «Общее дело». По словам юриста, отреагировало ведомство очень быстро — через несколько дней клубам начали приходить «предостережения о недопустимости экстремистской деятельности».
«Общее дело» борется с алкоголизмом и наркоманией, вдохновляясь творчеством предполагаемого духовника Путина. Они проводят мероприятия в школах и колониях

Общероссийская организация поддержки президентских инициатив в области здоровьесбережения нации «Общее дело» (это полное название движения) была зарегистрирована в 2012 году. На сайте движения говорится, что его основными задачами являются «профилактика алкоголизма, табакокурения и наркомании, прежде всего в молодежной среде, а также укрепление морально-нравственных ценностей и популяризация здорового образа жизни».
Организация сняла несколько роликов о вреде табакокурения, алкоголя, наркотиков и компьютерных игр — и показывает их в школах по всей России (на сайте движения есть отчеты о мероприятиях в школах Ивановской области, Красноярского края, Крыма, Подмосковья и других регионов). После просмотра школьники пишут сочинение о том, как помочь взрослым справиться с этими угрозами. Аналогичные мероприятия «Общее дело» проводит в колониях и в подразделениях Росгвардии.

Согласно отчету «Общего дела», в 2017 году движение провело более 5300 занятий в учебных заведениях и более 300 общественных мероприятий, в которых приняли участие около 200 тысяч человек. Помимо этого, в нескольких регионах организация размещала на городских рекламных носителях плакаты: «Спасибо деду за победу, но враг пошел другим путем: он травит внуков алкоголем и убивает табаком».

По утверждению председателя правления «Общего дела» Леонида Варламова, на создание роликов организаторов движения вдохновила серия антиалкогольных роликов, снятых по благословению владыки Тихона (Шевкунова), которого называют духовником Путина. Вместе с Церковно-общественным советом по защите от алкогольной угрозы, возглавляемым владыкой Тихоном Шевкуновым, «Общее дело» сняло фильм «Утерянная добродетель». Он, по словам Варламова, посвящен «проблеме перевода Библии, нестыковке некоторых ее текстов, связанных с потреблением вина, потому что есть много противоречий». «С того момента, как организация „Общее дело" включилась в работу по профилактике алкоголизма, можно говорить о том, что употребление алкоголя сократилось с 18 литров чистого спирта на душу населения в год до 13 литров», — утверждал Варламов в интервью сайту «Православие.ру».

Руководитель по развитию «Общего дела» Алексей Дегтярев заявил «Медузе», что организация придерживается «политического нейтралитета»: «Мы никак не связаны ни с чиновниками, ни с силовиками. У нас нет лица, мы группа инициативных граждан, несмотря на наше грозное название».
Организацию основали бизнесмены из сферы ЖКХ и бывшие кришнаиты. Они также связаны с ОНФ и ФСИН

Председатель правления «Общего дела» Леонид Варламов — один из учредителей Общероссийского народного фронта в Подмосковье, член общественного совета федеральной ФСИН. Варламов входилв подмосковный координационный совет сторонников «Единой России», а в 2011 году участвовал в партийных праймериз в Московской области, — правда, занял 13-е место из 16 возможных.
Офис «Общего дела» находится по тому же адресу, что компания «Акво», которая занимается обслуживанием домофонов в Юго-Восточном округе Москвы и в Московской области, а также установкой счетчиков воды. У компании много госконтрактов, преимущественно со школами, например на установку видеонаблюдения и обслуживание инженерных систем. В 2000-х годах «Акво» было основным акционером телевидения ЮВАО; в последнее время у компании все больше заказов из Московской области. Основной владелец «Акво» — все тот же Леонид Варламов.

Основали «Общее дело» десять активистов из разных регионов. Часть из них ранее были активными участниками местных религиозных Обществ сознания Кришны. Например, один из учредителей «Общего дела» Георгий Тоноянц также является учредителем владикавказского отделения Общества сознания Кришны. А руководитель направления по связям с госструктурами «Общего дела» Дмитрий Чагаев в 2013 году учредил просветительский клуб «Баланс», который занимается организацией духовных практик, а также управляет медиапроектами «Баланс-ТВ» и «Радио Гималаи» (его слоган: «Звуки любви из самого сердца величественных гор!»).
Координаторы движения инициировали проверки и в других регионах. Хаски они обвиняют в призывах к каннибализму, Дельфина и «Агату Кристи» — в пропаганде суицида

Координатор краснодарского отделения «Общего дела» Елена Удовенко рассказала «Медузе», что о песнях Хаски услышала от своих коллег по организации. «Я тут же узнала, что в ноябре его концерт будет проводиться [в Краснодаре], и у меня было достаточно времени, чтобы этот вопрос проработать», — говорит Удовенко. По ее словам, обратившись в прокуратуру, она проявила «активную гражданскую позицию», потому что «очевидно, что в песнях Хаски содержатся призывы к насилию, суициду, а в одной из песен каннибализму». Удовенко утверждает, что просила только о том, чтобы на концерты этих исполнителей не пускали «детей младше 18 лет», а итоговая отмена концерта в Краснодаре — «это уже инициатива самих хозяев клубов, потому что они ознакомились с его [Хаски] текстами».

Руководитель организации по развитию Алексей Дегтярев, также занимающийся созданием фильмов и мультфильмов, которые направлены на пропаганду здорового образа жизни, подтвердил «Медузе», что организация инициировала проверки на экстремизм музыкантов и в других городах. «Это абсурд: если я запишу видеоролик о том, как устроить взрыв газа в доме, то меня привлекут к уголовной ответственности, а если сниму короткометражку об этом, то мне дадут премию», — говорит Дегтярев, уточняя, что он не имеет в виду никаких конкретных видео.

У Дегтярева есть претензии к самым разным музыкантам. Например, он считает неправильным, что Тимати и Сергей Шнуров сами не употребляют алкоголь, но занимаются в своих клипах «продакт-плейсментом», рекламируя и алкогольные напитки, и наркотики.

«Всем известно, что после выхода фильма „Бумер" был пик подростковой преступности, — продолжает Дегтярев. — Все же помнят случаи с группой „Агата Кристи", когда их фанатки, послушав их музыку, кончали жизнь самоубийством — то ли сожгли себя, то ли повесились (в 2006 году с песнями „Агаты Кристи" связывали двойное самоубийство школьниц в Благовещенске — прим. „Медузы"). У них же угнетающая музыка. Тот же случай с Дельфином. Я специалист по психологии зависимости, по ходу работы много общаюсь с наркоманами и знаю много случаев, когда подростки посмотрели фильм или послушали песню о наркотиках — и ушли в потребление на десять лет. Некоторые говорят, что посмотрели фильм „Страх и ненависть в Лас-Вегасе" — слетели все катушки и мы пошли в употребление».

О результатах проверок, инициированных «Общим делом», пока ничего не известно.
Иван Голунов, Москва
Пентхаус размером с два «Елисеевских»
Как семья вице-мэра Москвы Петра Бирюкова заработала миллиарды и купила на них особняки и квартиры
28 декабря 2018
Источник: Meduza
Родственники вице-мэра Москвы Петра Бирюкова купили огромный пентхаус в «Легенде Цветного». Рыночная стоимость квартир — в районе 1,5 миллиарда рублей

22 декабря 2015 года у менеджеров по продажам элитного жилого комплекса «Легенда Цветного» был хороший день. В центральной башне комплекса разом купили девять из десяти квартир на двух последних этажах — огромный двухуровневый пентхаус с панорамным остеклением и видом на Кремль, который, как утверждает застройщик, «стирает границы между человеком и городом, открывая возможность без ограничений наслаждаться видами столицы». Общая кадастровая стоимость квартир составляет более 820 миллионов рублей; исходя из расценок на аналогичные пентхаусы в «Легенде Цветного», их рыночная цена могла достигать 1,6 миллиарда рублей.

Как выяснила «Медуза», все девять пентхаусов приобрели члены семьи вице-мэра Москвы Петра Бирюкова, который уже больше десяти лет возглавляет весь комплекс городского хозяйства. Согласно выпискамиз Росреестра, четыре квартиры достались его старшей дочери — 46-летней Ирине Бирюковой; две — 41-летнему сыну Александру Бирюкову; еще три — жене Александра, 31-летней Екатерине Бирюковой. Общая площадь пентхаусов, оказавшихся в собственности семьи Бирюковых, — более 1600 квадратных метров (это, например, в два раза больше, чем у магазина «Елисеевский» на Тверской).

Построил «Легенду Цветного» и владеет комплексом девелоперский холдинг Capital Group. Компании, связанные с этим холдингом, как раз в 2015 году стали крупнейшими подрядчиками московских программ благоустройства, которые курирует вице-мэр Бирюков. По подсчетам «Медузы», за последние четыре года структуры Capital Group получили по программе «Моя улица» контракты на общую сумму почти в 21,5 миллиарда рублей.
У Бирюкова и его семьи есть огромное имение под Москвой. С особняками, гостевыми домами и конюшней

Согласно декларации о доходах и имуществе Петра Бирюкова, имущества у вице-мэра и его жены не очень много. Так, сам Бирюков владеет небольшим участком земли на 15 соток, небольшим домиком и хозблоком в деревне Поповке Чеховского района Подмосковья, а его супруге Антониде принадлежит соседний участок в 25 соток.

Посмотреть на эти участки или даже подойти к ним, впрочем, невозможно: оба располагаются за высоким металлическим забором, который огораживает территорию более чем в 15 гектаров. Почти всей этой землей владеют близкие родственники Бирюкова: большая часть территории принадлежит его сыну Александру, почти 2 гектара — дочери Ирине. Участки, принадлежащие разным членам семьи, расположены хаотично — пройти от одного к другому зачастую можно только через территорию, принадлежащую другому собственнику.

Есть на территории семейного имения Бирюковых и несколько участков, не принадлежащих родственникам вице-мэра. Одним из них владеет хороший знакомый Петра Бирюкова — Виктор Пчеловодов, работавший с чиновником с начала 1990-х и до конца 2012 года бывшийзаместителем главы московского департамента ЖКХ и благоустройства; о владельцах еще трех участков данные в Росреестре отсутствуют.

Самому Петру Бирюкову на территории принадлежит только небольшой дом и хозяйственный блок. Родственники вице-мэра живут менее скромно. Ирина Бирюкова владеет тремя домами, у самого большого из которых почти такая же площадь, как у девяти пентхаусов в «Легенде Цветного». Сын вице-мэра Александр владеет жилым домом, гостевым домом и конюшней; их общая кадастровая стоимость — 116,5 миллиона рублей. Самое же большое строение в Поповке принадлежит племяннице чиновника Анжелике Бирюковой, которая работает пресс-секретарем спорткомплекса «Лужники»: площадь ее дома — больше 2 тысяч квадратных метров.

Помимо загородных домов и пентхаусов с видом на Кремль Ирина Бирюкова и ее сын владеют девятикомнатной квартирой в восьмиквартирном доме на Патриарших прудах. Среди их соседей — сам вице-мэр (в 2010 году он даже пришел с нарядом милиции ликвидировать веранду ресторана под своими окнами), а также Юрий Буланов, работавший в 2000-х заместителем Бирюкова, когда тот возглавлял префектуру Южного округа. В августе 2010 года Буланова признали виновным в хищении 17 миллионов рублей; в ходе расследования выяснилось, что чиновник владеет несколькими загородными домами в Подмосковье, апартаментами в Париже и Ницце и гостиничным комплексом в Москве. Буланову дали 3,5 года колонии; через два года его досрочно освободили. В доме на Патриарших ему по-прежнему принадлежит девятикомнатная квартира.

Есть другая недвижимость и у остальных родственников Бирюкова. Так, семья его сына Александра ранее владела шестикомнатной квартирой на Зоологической улице — но в 2012 году продала ее связанной с Capital Group кипрской компании, которая построила ЖК «Имперский дом» рядом с парком «Музеон». Через год владелицей двух квартир в «Имперском доме» стала племянница вице-мэра Анжелика Бирюкова; их рыночная стоимость составила не менее 445 миллионов рублей.
Бизнес родственников Бирюкова и их партнеров всегда был связан с работой чиновника

В 2014 году Петра Бирюкова спросили о том, как его родственники зарабатывают деньги. «Я люблю общаться с семьей, — ответил вице-мэр, — и придерживаюсь принципа: мы никогда не говорим о бизнесе». (На вопросы «Медузы» Бирюков не ответил.)

Несмотря на этот принцип, бизнес родственников чиновника тесно связан с предприятиями, которые курирует их отец. Так, Ирина и Екатерина Бирюковы (дочь и невестка вице-мэра) владеют компанией «Вента», которая сдает в аренду городу грузовики с водителями. В 2012–2015 годах она заключила с городскими предприятиями, подчиненными Петру Бирюкову, 14 контрактов на общую сумму 365 миллионов рублей; чистая прибыль «Венты» за 2013–2015 годы составила 639 миллионов. После того как информация об этом появилась в расследовании издания РБК, «Вента» перестала получать деньги от структур правительства; компания продолжает существовать и развиваться.

«Венте», в частности, принадлежат 600 квадратных метров офисных площадей на седьмом этаже небоскреба «Город столиц» (и его тоже строил холдинг Capital Group). В тех же помещениях, по данным сервиса 2Gis, располагается компания «Спецстрой XXI» — ее, например, привлекали как субподрядчика при благоустройстве парка «Царицыно». Курировал благоустройство департамент, подчиненный Петру Бирюкову, а генподрядчиком работ был холдинг «Универсстройлюкс», который принадлежит младшему брату вице-мэра Алексею Бирюкову (всего в рамках программы благоустройства «Моя улица» компании, связанные с «Универсстройлюкс», получили от города 6,3 миллиарда рублей). Гендиректором «Спецстрой XXI», в свою очередь, является сын вице-мэра Александр Бирюков, — кстати, свою карьеру он начинал в Capital Group.

Когда «Медуза» позвонила по телефону «Спецстроя XXI», женщина, которая подняла трубку, сообщила корреспонденту, что он попал в компанию «Вента», но «Спецстрой» — это тоже здесь. Узнав, что звонит журналист, она сказала, что с журналистами компания не общается, но обещала передать Александру Бирюкову телефонный номер корреспондента. Бирюков так и не перезвонил.

«Вента» не единственный бизнес-актив Ирины и Екатерины Бирюковых. До апреля 2014 года им принадлежало по 15% компании, которая владела Угрешским заводом трубопроводной арматуры. Основными заказчиками завода были «Мосводоканал», «Мосгаз» и «Мосэнерго» — в советы директоров всех трех компаний входил Петр Бирюков.

Ирина Бирюкова в начале 2010-х годов также была совладелицей компаний «Транскапитал Со» и «Тескла», которые за несколько лет до этого, когда Петр Бирюков был префектом Южного округа, получили от города землю для строительства торгового центра у метро «Улица Академика Янгеля». Партнером Бирюковой была Ольга Белостоцкая (тогда носила фамилию Памурзина) — она возглавляла еще несколько компаний, адреса и телефоны которых совпадали с регистрационными данными «Транскапитала» и «Текслы». Этим компаниям принадлежало более 250 ларьков у остановок общественного транспорта в Южном, Восточном и Северном округах.

В 2011–2012 годах мэрия решила ликвидировать ларьки у остановок и расторгла договоры с Белостоцкой. После этого партнер Бирюковой перешла на госслужбу — и провела больше пяти лет на руководящих должностях в подчиненном вице-мэру комплексе городского хозяйства. Например, в качестве директора городского предприятия «Экотехпром» Белостоцкая курировала распределение 15-летних контрактов на вывоз мусора из Москвы — более 142 миллиардов рублей достались компаниям Романа Абрамовича и структурам, связанным с Игорем Чайкой, сыном генпрокурора. С 2017 года Белостоцкая возглавляетдепартамент по управлению активами холдинга Capital Group.
прочем, по всей видимости, с Capital Group Белостоцкая взаимодействовала и раньше. В 2016 году корреспондент «Медузы» обнаружил в Истринском районе Подмосковья свалку строительных отходов, элементов благоустройства и гранита, который должны были уложить на Бульварном кольце (контракт на его благоустройство получили структуры холдинга Capital Group). Согласно данным Росреестра, земельные участки, на которых размещена свалка, принадлежали Ольге Белостоцкой и ее мужу Сергею.
История успеха двух крупных московских девелоперских компаний тоже связана с семьей Бирюковых

Еще один бизнес, доля в котором принадлежит Ирине и Екатерине Бирюковой, — это банк «Гарант-Инвест» и одноименная девелоперская компания. Их основной владелец — Алексей Панфилов: банк он возглавил в 1996 году, когда ему было 24; с 1999 года он занимает пост советника Петра Бирюкова на общественных началах.

Бизнес «Гарант-Инвеста» тесно связан с карьерой вице-мэра. Компания владеет несколькими десятками торговых центров, которые расположены около станций метро в границах Северного и Южного округов Москвы (например, «Галереей Аэропорт» у метро «Аэропорт» или «Пражским градом» на «Пражской» и многими другими). Разрешения на строительство «Гарант-Инвесту» выдавали, когда префектуры этих округов возглавлял Петр Бирюков; как правило, открывались новые торговые центры на месте ликвидированных властями стихийных рынков. Имел отношение «Гарант-Инвест» и к программе создания сети магазинов шаговой доступности в Южном округе, запущенной Бирюковым, — компания построила шесть магазинов и получила еще 51 площадку под строительство. По оценкам «Гарант-Инвеста», доход компании от сдачи помещений в аренду может составить 22,5 миллиарда рублей в год.

Контрольный пакет «Гарант-Инвеста» принадлежит членам семьи Алексея Панфилова — однако среди миноритарных акционеровкомпании есть не только близкие родственники Бирюкова, но и другие люди, связанные с городскими властями. Так, небольшими долями в компании владеют бывший глава аппарата мэрии Виктор Коробченко (он же возглавляет совет директоров) и супруга главы Мосгоризбиркома Наталья Горбунова. Чуть больше 2% акций у Виталия Смирнова, против которого в 2017 году возбудили уголовное дело: его компанию обвиняют в хищениях при строительстве и реконструкции объектов управления делами президента России.

Другой крупный игрок на рынке недвижимости в Южном (а также Юго-Восточном) округе Москвы — группа компаний «ТЭН», которой принадлежат несколько крупных торговых и бизнес-центров. В 2017 году холдинг занял 27-е место в рейтинге крупнейших владельцев недвижимости в России; Forbes оценивал его доход от сдачи в аренду недвижимости в 70 миллионов долларов.

Основали компанию Руслан Гутнов и Дмитрий Судьин, которые дружили с детства и вместе учились на инженеров-металлургов. В 1990-х годах Судьин работал заместителем главы управы Рязанского района, расположенного в ЮВАО. Среди совладельцев «ТЭН», который тогда только начинал вести бизнес, был сын главы управы, непосредственного начальника Судьина; все первые объекты холдинга находились на территории Рязанского района.

Вскоре компания начала получать участки под строительство и в других районах Москвы. Партнер Судьина Руслан Гутнов в середине 1990-х женился на Ирине Бирюковой, а младший брат Гутнова Тимур через некоторое время стал совладельцем холдинга «Универстройлюкс», основанного младшим братом Петра Бирюкова Алексеем.

Гутнов и Ирина Бирюкова в итоге развелись, но у пары есть общий сын — Никита. Сейчас ему 24 года. Некоторое время назад мама подарила ему дом в подмосковной деревне Поповке — на огороженной высоким забором территории, принадлежащей семье Бирюковых. Площадь дома — почти 600 квадратных метров; его кадастровая стоимость составляет 27,6 миллиона рублей.
Иван Голунов, Москва