AMP18+

Челябинск

/

«В июле, в самый зной, в полуденную пору…» Спецпроект РИА Новый День «Язычник»

Сегодня в рамках спецпроекта «Язычник» вместе с филологом Эммой Прусс отмечаем макушку лета. В Петербурге – прохладно и в меру мокро. В Москве – грозы с ливнями и теплым парным воздухом. На Волге, в Сибири и на Урале – репетиция Сахары. Сухой зной.

«Это только у некоторых поэтов зной – штука привлекательная:

Там, верно, есть остров – красив, недвижим,

Окован пленительным зноем!

А в городе, да еще в городе, где нет большой реки, – муки зноя вызывают снежно- льдистые галлюцинации. Ни красивые сандалии, ни лазурный сарафан, ни соломенная шляпка с модной панамкой не могут компенсировать это психо-физическое изнурение для большинства россиян – людей северной культуры и в температурном смысле, в том числе.

Зной – очень сложная лексема с точки зрения этимологии. Например, лингвист Петерссон усмотрел в его единой общеславянской основе zneti схожесть с древне-индийским: áhar-, áhan-, áhas– «день».

И все же основа знеть (в значении «тлеть, раскаляться») – самая устойчивая точка зрения на происхождение зноя. Из этой основы возникло украинское знiй; древне-русское и старо-славянское знои; сербохорватское знȏj в значении «пот»; словенское znȏj «зной, пот» и их близнецы в значении «жара» в чешском и польском.

Гуру всех языковедов Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ и его коллега Младенов в плане образования существительного зной как производного от глагола zněti ссылаются на подобную парочку наследников глагольной семантики: гнить – гной.

Лексему зной, в отличие от его близнеца жары (еще одной трансформации зноя в славянских языках) любили наделять эпитетами все литераторы. По этим эпитетам, к слову, можно судить о том, кто из художников +30 плюс любил, а кто от такого погодного режима изнывал.

У лапидарного и точного ленивца и толстяка, дедушки Крылова – зной просто «самый» (см. цитату – название) – старику было и жарко, и сладко соснуть. У Тургенева, например, зной «душный» и «колючий» – айда на Ривьеру. У манерного Надсона «томительный» – все в Коктебель. У Плещеева – «удушливый» – так и тянет окунуться в Урал или засесть в имении под Нижним Новгородом. Зной Бунина – «сухой», чувствуется, что погода не в любимчиках у обожавшего пруды и море автора. У «немного абиссинца» Пушкина зной вообще субстанция живая и естественная:

Яд каплет сквозь его кору,

К полудню растопясь от зною…

У солнечного Бальмонта зной вызывал безусловный восторг и тянул в путешествия, весь из себя и «пленительный», и «ослепительный».

Но любимый с детства зной Якова Полонского, этакая летняя квинтэссенция весьма и весьма загадочной русской погоды:

Зной – и всё в томительном покое…

Зной – и всё в томительном покое –

В пятнах света тени спят в аллее…

Только чуткой чудится лилее,

Что гроза таится в этом зное.

Бледная, поникла у балкона –

Ждет грозы, – и грезится ей, бедной,

Что далекой бури призрак бледный

Стал темнеть в лазури небосклона…

Грезы лета кажутся ей былью, –

Гроз и бурь она еще не знает,

Ждет… зовет… и жутко замирает,

Золотой осыпанная пылью…

Москва, Эмма Прусс

© 2020, РИА «Новый День»

В рубриках / Метки

Москва, Челябинск, Урал, Центр России, Культура, Общество, Россия, Язычник,