Обычная совковая лопата, морозная ночь и 5 часов работы без сна – так рождаются гигантские картины на снегу, которые живут, пока у дворников не начнется рабочий день. В Екатеринбурге местный художник уже несколько лет радует соседей своим творчеством. О том, какие смыслы вложены в рисунки, как удается ориентироваться в пространстве на огромной площадке и в чем ценность такого временного искусства, рассказал «Новому Дню» создатель снежных картин Леонид Валитов.

– Леонид, вы по профессии массажист, но глядя на те шедевры, что вы создаете на снегу, мы можем смело утверждать, что перед нами гениальный художник. Вы где-то учились рисовать? Или это врожденный дар?

– До того как я начал создавать картины на корте, последний раз я что-то рисовал еще на уроках ИЗО. В художественной школе я не учился. Но здесь, на корте, я чувствую себя в своей тарелке. Знаю, что и как делать. Если я попробую что-либо нарисовать на обычной бумаге – у меня ничего не получится.

– Где вы черпаете вдохновение для своих работ?

– В интернете – это самый простой и действенный способ. Ищу то, что откликается лично мне. Чаще всего для меня рисунок – это способ выразить конкретную мысль. Обычно я закладываю ее в поэтической форме и публикую под фотографией снежной картины в соцсетях. Это попытка быть услышанным. Сейчас очень много талантливых поэтов, которые теряются в этом потоке. А так появляется шанс, что через визуальный образ человек прочитает и стихи.

– Можете привести пример? Что вы пытались донести в последних картинах?

– Из последнего – рисунок Деда Мороза. Я вложил в него свои детские, нереализованные пожелания. То, о чем я попросил бы волшебника сегодня, если бы мог написать ему письмо. Во-первых, я выразил надежды на завершение конфликта Украины и России. Второе пожелание – для тех, кто борется за пополнение своего капитала, чтобы они остановились и обратили внимание на что-то более важное: любовь и сострадание, помощь тем, кто в этом нуждается, заботу. Третье – я понимаю, что прошлого не изменить, но загадал, чтобы мои родители снова стали жить дружно. В этом пожелании я объединил чувства всех, чьи родители расстаются, забывая о переживаниях своих детей. Четвертое – чтобы все бездомные животные обрели дом.

– Сколько по времени занимает создание таких рисунков? И как часто вы создаете эти шедевры?

– Я рисую примерно один раз в месяц. А по времени – от 4 до 7 часов. Это зависит от сложности самой картины и от погодных условий. То есть чем больше снега, тем больше работы.

– А в какое время суток вы обычно работаете? Ведь днем корт обычно занят.

– Я начинаю рисовать, когда все еще спят – с 3-4 часов ночи.

– Вы не устаете, спать не хочется?

– О том, что спать хочется, я и вовсе забываю. Наверное, потому что полностью погружаюсь в процесс, и ничто другое меня уже не отвлекает. Меня иногда просят снять на видео, как я работаю, но в моменте я ни о чем, кроме рисунка, не думаю. Стоит отвлечься – и я могу сделать помарки.

– И вам не холодно столько часов работать?

– Когда на улице совсем холодно, я делаю перерывы: иду домой, согреваюсь 15-20 минут и возвращаюсь доделывать работу.

– Как вам удается ориентироваться в пространстве, когда вы рисуете? Куда нужно вести все линии? Ведь это не лист А4 перед глазами, а огромная площадка – увидеть целостную картину можно, только поднявшись наверх или отойдя на расстояние.

– Это своего рода квест, именно это меня и подстегивает. Пока я рисую, не вижу, что получается. А потом, поднимаясь наверх, смотрю, насколько точно попал. Но с самого начала я всегда делаю разметку. Без нее пропорции «поплывут», и тогда работу даже стыдно будет показывать. На рисование разметки уходит примерно полчаса.

– Какие инструменты нужны для создания таких рисунков?

– Самая обычная совковая лопата. Но я не сразу к ней пришел. До этого я несколько лет пользовался совком для мангала, к которому приделал черенок. Но он сломался, и я решил, что нужен инструмент посерьезнее. Для изящных, тонких линий, например, чтобы прорисовать реснички, я беру специальный ледоруб-скребок либо метлу.

– Лучше работать по свежевыпавшему, липкому или слежавшемуся снегу?

– По липкому не очень удобно. Лучше всего по свежевыпавшему. Весной, когда снег тает и становится тяжелым, уже ничего не сделать.

– Как соседи относятся к вашей, скажем, ночной работе? Часто за вами наблюдают?

– Уверен, что многие следят за процессом. Я заканчиваю обычно часов в 8-9 утра, так что жаворонки как раз просыпаются и могут еще наблюдать сам процесс. А совы видят уже готовый результат. Я чувствую от соседей огромную поддержку, и это меня еще больше заряжает.

– Ваше творчество вызывает очень светлый отклик. Но были ли недовольные?

– В соцсетях среди положительных отзывов иногда встречаются и замечания: если я рисую на заснеженном катке, значит, его не чистят, и он не используется по назначению. В публикациях ведь не уточняют, что я работаю ночью, а утром просто снимаю готовый результат. Также есть и недоверчивые подписчики, которые пишут, что мои картины – результат нескольких минут работы нейросети или фотошоп.

– Вы работаете только зимой? Есть ли у вас летние пространства для таких масштабных рисунков?

– До этого три года я жил в Анапе и продолжал рисовать уже на песке. Там пляжи широкие – метров 60, так что спокойно оставалось метров 40-50 для моих рисунков. Но с песком нужно подружиться. Когда я только приехал, пришлось заново налаживать контакт: подбирать влажность, потому что на сухом песке ничего не получается. Инструмент тоже другой: если здесь я работаю лопатой, то на пляже использовал грабли.

– А если через час-другой снег завалит рисунок на корте?

– Всегда можно пройтись по уже нарисованным линиям и освежить контур.

– Рано или поздно рисунки все равно исчезают естественным путем: где-то влияет погода, где-то сам человек вносит свои коррективы. Вам не жалко, что ваше искусство, скажем, временно, и картины сохраняются лишь в памяти соседей и в памяти телефонов?

– Нет, это естественно. По-другому и быть не может. Надеяться увековечить рисунок на снегу или на песке было бы странно. В этом и есть прелесть – в моменте. Вот он есть, а скоро его уже не будет никогда. Останется только фотография.

Екатеринбург, Дарья Деменева

Отправляйте свои новости, фото и видео на наш мессенджер +7 (901) 454-34-42

© 2026, РИА «Новый День»