В Свердловской области стартует суд над бывшим следователем, который может пролить свет на подоплеку скандального уголовного дела о пытках в полиции Заречного. Запутанная история о самоуправстве силовиков породила массу слухов – «уголовку» объясняют изощренной любовной местью и войной силовых кланов. Подробнее об этих версиях и роли следователя – в материале нашего агентства.

Дело о пытках – версия СКР

СКР продолжает избегать комментариев о ходе расследования дела о «полицейской пыточной» в Заречном. Осенью прошлого года под следствием оказались 5 человек, в том числе – бывший шеф полиции Заречного Александр Дубровин, начальник местного угрозыска Андрей Махаев, двое оперов Эдуард Ударцев и Абай Маманов, а также сотрудник областного главка Анатолий Куриленко. В статусе подозреваемого также находился начальник отделения по раскрытию особо тяжких преступлений управления угрозыска ГУ МВД РФ по Свердловской области Евгений Власов. Но к настоящему моменту он признан непричастным, в его действиях не обнаружили состава преступления. Остальные фигуранты громкой «уголовки» ждут итогов расследования, все полицейские выпущены под залог, кроме Куриленко – он арестован.

Фабула дела остается прежней. Следствие считает, что в 2014 году полицейские задержали трех жителей Заречного по подозрению в убийстве собутыльника, стали их пытать, чтобы получить нужные показания. Якобы силовики избивали и душили подозреваемых, даже грозились надругаться над ними. «Один задержанный, не стерпев мучений, был вынужден оговорить себя, признавшись в совершении убийства, – сообщали ранее в СКР. – Другой мужчина заявил, что в результате пыток лишился селезенки». Получив нужные показания, силовики передали материалы в следственный комитет. Но выяснилось, что главный обвиняемый не причастен к убийству. В результате против сыщиков самих возбудили дело за превышение должностных полномочий, СКР инициировал показательные аресты.

Из обвиняемого – в потерпевшие

Источники, близкие к правоохранительным органам, утверждают, что описываемая СКР история далеко не так однозначна. Убийство, которое расследовали зареченские полицейские, произошло весной 2014 года в ходе застолья. Тогда в поселке Белоярский было обнаружено тело бездомного мужчины со следами побоев. В числе подозреваемых, которых опера нашли «по горячим следам», оказались трое знакомых погибшего, в том числе, ранее судимый за кражи Андрей Сухоруков. Товарищи подрабатывали на лесозаготовках, и именно Сухоруков дал признательные показания, сознавшись в убийстве собутыльника из личных побуждений. Орудием преступления, с его слов, стал ремень, который был сожжен в банной печи.

Сотрудники ОП №29 ММО МВД РФ «Заречный» вместе с начальником Следственного отдела по городу Заречный СУ СКР по Свердловской области Алексеем Колясниковым провели осмотр места преступления и извлекли при понятых из печи пряжку ремня, ставшую важным вещдоком.

В дальнейшем СК оформил уголовное дело, прокурор (по сведениям NDNews.ru – Александр Щибрик) утвердил обвинительное заключение и материалы передали в суд. Притом, что фактически следственные действия вел Колясников, в суд с делом отправилась его подчиненная – Екатерина Литвиненко.

Процесс вел судья Белоярского районного суда Вячеслав Мамаев, который вскоре к удивлению полицейских принял решение отправить дело на доследование. Причина была в нарушении требований УПК при составлении обвинительного заключения. В мотивировочной части судебного решения говорилось об отсутствии конкретики насчет способа убийства. В частности, как рассказывают собеседники NDNews.ru в силовой среде, не указывалось, как долго душили потерпевшего, был ли достаточно перекрыт кислород в дыхательных путях.

Новое расследование неожиданно установило, что потерпевший скончался не в результате механической асфиксии, а от алкогольного отравления. СКР стал заявлять о том, что задержанные в 2014 году собутыльники к убийству товарища «не имели абсолютно никакого отношения». Сухорукову вместо «тяжкой» 105-ой статьи УК РФ («Убийство») вменили «легкую» – 116 («Побои»), и по амнистии к 70-летию Победы амнистировали. Выйдя из СИЗО, он вернулся к привычной жизни в поселке Белоярский, и вскоре стал уже потерпевшим по делу о полицейских пытках.

Версия о любовной мести

Источники в полиции указывают, что именно замена формулировки преступного деяния (с убийства – на побои) дала СКР основания говорить о том, что Сухоруков пережил полицейские пытки и вынужден был взять убийство собутыльника на себя.

После упомянутого судебного процесса Колясников покинул пост руководителя зареченского следственного отдела СКР, а его подопечная Литвиненко перебралась в столицу Среднего Урала, где сейчас работает в Следственном отделе по Октябрьскому району. Между тем, именно с личностью этой дамы правоохранители связывают появление «дела о пытках».

По одной из популярных версий, тиражируемой в среде правоохранителей, Екатерина Литвиненко имела близкие отношения с начальником полиции Заречного Александром Дубровиным. Они не один год успешно раскрывали преступления и якобы собирались сыграть свадьбу. Но в какой-то момент Дубровин нашел себе другую женщину и женился на ней. По мнению ряда силовиков, это обстоятельство стало поводом для любовной мести. «Если это так, то эта история достойна криминальной мелодрамы», – подмечают собеседники нашего агентства.

Как считают в среде правоохранителей, Литвиненко могла специально развалить дело Сухорукова в суде, может быть, имея даже некоторые разногласия с Колясниковым. Возможно, какие-то доказательства в суде не были правильно использованы. В результате, когда судье вернулось дело из прокуратуры, то упомянутый выше ремень с пряжкой перестал быть орудием преступления. Все указывало на то, что его попросту подкинули Сухорукову (это заявление источники в полиции приписывают именно Литвиненко, выступавшей в суде, которая своей речью поставила под сомнение объективность следствия). В итоге дело развалилось, главным образом, на основании результатов новой судебно-медицинской экспертизы, показавшей, что хоть потасовка с застольем и были, умер человек от отравления спиртом, а не из-за удушения.

После этого возникли резонные вопросы к сыщикам и их начальству, следствием чего и появилось обвинение в отношении Дубровина, организовывавшего дознание, и его коллег. Сухоруков с товарищами охотно дали показания против силовиков. Такое развитие событие породило предположение, что следовательница Литвиненко свела счеты с бывшим возлюбленным. Впрочем, Евгения Дубровина – нынешняя супруга силовика – в беседе с журналистами между процессами по выбору меры пресечения мужу говорила о том, что о связях Александра со следователем ничего не знает.

Версия противостояния СКР и МВД

Наблюдатели указывают на ряд нестыковок, которые сложно игнорировать, обсуждая «дело о пытках». Например, странно то, что история с поврежденной селезенкой не озвучивалась долгое время. В частности, об этом не было заявлено на первом процессе по делу Сухорукова. Кроме того, сам обвиняемый первоначально ничего не говорил о побоях, полученных в отделе полиции. На это ни разу в 2014-ом году не указывал и адвокат Сухорукова, хотя он имел полное право добиваться оправдания клиента, указывая на пытки.

«Немало вопросов и к материалам дела. Сначала там черным по белому было написано, что гр-н Сухоруков набросил на шею собутыльника ремень и стал душить, смерть мужчины наступила от механической асфиксии. Криминальный характер смерти был установлен. А потом вдруг ни с того ни с сего выясняется, что не было никакого убийства. Это похоже на какую-то подставу оперов, они оказались крайними в этой истории», – считают в среде правоохранителей.

Не исключено, что столь масштабное дело о пытках – по аналогии с ЧП в казанском отделе полиции «Дальний» – может быть следствием давнего противостояния СКР И МВД. Но, даже говоря о вероятном межведомственном конфликте, возникает вопрос – почему расплачиваться приходится только полицейским? Дело об убийстве бездомного в ходе застолья вели не только сыщики, но и следователи, обвинительное заключение утверждал прокурор – не должны ли они разделить с силовиками ответственность? Вероятно, ответ на этот вопрос будет получен в ближайшее время.

Суд над следователем

Пролить свет на эту историю может стартующий сегодня в 13:00 процесс в Белоярском районном суде, обвиняемым в котором выступает Алексей Колясников. Как передает корреспондент NDNews.ru, преступление, совершение которого вменяется бывшему следователю – фальсификация доказательств по уголовному делу (часть 3 статьи 303 УК РФ). Санкция статьи предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 7 лет.

По предварительным данным, речь на суде пойдет именно о фальсификации дела Сухорукова. В судебной инстанции подтвердили NDNews.ru сведения о начале судебного разбирательства, уточнив, что дело будет рассматривать и.о. председателя суда Надежда Курбатова. «Сегодня – основное заседание», – добавили в суде. Проходить оно будет в особом порядке.

В среде правоохранителей с осторожностью говорят о перспективах судебной тяжбы. С одной стороны, дело против Колясникова отбрасывает тень на работу всего СУ СКР по Свердловской области. Граждане могут задать вопрос – раз материалы следствия фабрикуются в одном городе, почему так не поступают следователи в других территориях? Впрочем, Колясников может быть своего рода сакральной жертвой, на которую решился Следственный комитет. Отметим, что Литвиненко пока в этом деле не фигурирует.

С другой стороны, показания бывшего следователя могут в корне изменить дело против полицейских. Или как минимум расставить точки над «i» в вопросах – как побои могли довести до смерти бездомного, как стали возможны манипуляции с ремнем, в первой версии дела Сухорукова являвшемся орудием убийства? И, наконец, могло ли так случиться, что убийцу спасли от особо тяжкой статьи в обмен на показания против сотрудников уголовного розыска?

NDNews.ru будет следить за развитием событий.

Ссылки по теме:

Суд отпустил под залог в 500 тысяч рублей еще трех полицейских, обвиняемый в пытках >>>

Екатеринбург, Игнат Бакин

Екатеринбург. Другие новости 02.02.16

Щенки из храма буддистов обглодали труп мужчины на горе Качканар, – очевидец. / На реке Тавда открылись две ледовые переправы. / К 2025 году в Екатеринбурге построят и реконструируют 50 школ. Читать дальше

Отправляйте свои новости, фото и видео на наш мессенджер +7 (901) 454-34-42

© 2016, РИА «Новый День»