российское информационное агентство 18+

Онлайн-кассы. Что выбрать и как подключить

Подпишись на каналы
NewDayNews.ru

Суббота, 25 мая 2019, 12:10 мск

Лидия Попова: «Атомная энергетика должна быть заморожена»

Атомщики похожи на алкоголиков: любители зелья не в состоянии признаться в своем пагубном пристрастии, а боссы атомно-промышленного комплекса ни под каким предлогом не хотят признать, что проблема утилизации и захоронения ядерных отходов до сих пор не решена. Эту проблему, касающуюся всего человечества, мы перекладываем на плечи будущих поколений. И никто не знает, смогут ли справиться с ней наши дети и внуки.

Может быть, это оправдано текущими потребностями цивилизации? Но атомная энергия вовсе не такая дешевая, как принято считать… Об этом и о многом другом рассказала в интервью РИА «Новый Регион» известный российский эколог, директор Центра ядерной экологии и энергетической политики СоЭС Лидия Попова.

Н.Р.: Вы только что вернулись из Зальцбурга, где были на церемонии вручения премии «За безъядерное будущее». Вы стали лауреатом этой премии еще в 1999 году. Чьи заслуги были отмечены на этот раз?

Л.П.: Сначала несколько слов о самой премии. Идея учредить ее принадлежит немецкому журналисту Клаусу Бигерту. В 1992 году он был вдохновителем и организатором Всемирных урановых слушаний, на которых эксперты и представители малых народов говорили о непоправимом ущербе, наносимом природе и здоровью людей при добыче природного урана. Клаус нашел человека, который согласился финансировать эту премию (совсем небольшую). Это Франс Моль, очень скромный в жизни человек. Премия существует с 1998 года и дается в номинациях «сопротивление», «решение проблемы», «образование», «достижение в жизни», «особое признание».

Я получила эту премию в номинации «образование» в 1999 году в Лос Аламосе, а в 2002 году в Санкт Петербурге в номинации «достижение в жизни» эту премию разделили Алексей Яблоков и Фрэн Мейси, наш хороший партнер и друг из Беркли.

В этот раз премию получили Шармейн Уайт Фейс и НПО «Защитники Черных Холмов» (сопротивление), борющиеся за прекращение добычи урана в Южней Дакоте; д-р Гюнтер (образование), доказавший токсическое и радиационное воздействие снарядов из обедненного урана, применявшегося в Иране (Басра); Тадатоши Акиба (мэр Хиросимы) и организация «Мэры за мир» (решение проблемы); Фрида Майснер-Блау из Австрии (достижение в жизни), организовавшая референдум за закрытие построенной на 98 %, но так и не пущенной в эксплуатацию австрийской АЭС; д-р Армин Вайсс (достижение в жизни), не позволивший построить радиохимический завод по переработке облученного топлива в Германии.

Церемония вручения премии и сопутствующие семинары не зря проходили в Зальцбурге. Австрия – страна, которая может считаться безъядерной зоной, а Зальцбург занимает в этом вопросе особенно твердую позицию. Архиепископ Зальцбурга, роль которого и в наше время весьма значима, предоставил для церемонии свою резиденцию. Зальцбург и правительство Австрии оплатили проезд и пребывание в Зальцбурге лауреатам премии 2007 году и прежних лет.

Нас очень тепло принимал мэр Зальцбурга. Мы с ним сфотографировались на фоне огромной солнечной батареи, выставленной около резиденции архиепископа. После встречи он показал нам свой мопед, работающий на фотоэлементе, потом сел на него и поехал. Конечно, для гостей из России все это выглядит очень необычно (мягко говоря). В следующем году премия должна вручаться в Мюнхене, которому исполнится 850 лет.

Н.Р.: Действительно, необычно. Пять лет назад мы говорили с Вами уже о проблемах ядерной и радиационной безопасности в России. Стало ли за это время, скажем так, безопаснее?

Л.П.: Конечно, были приняты серьезные технические меры для повышения безопасности, но остается пресловутый «человеческий фактор». Я недавно была на международном ядерном форуме в Санкт Петербурге, организованном Росатомом. Меня поразило, что один из выступавших (чиновник высокого ранга) сказал, что чем выше квалификация работника атомной отрасли, чем больше опыт, тем ниже уровень восприятия опасности, а значит, тем больше риск возникновения всяких «нештатных» ситуаций.

Н.Р.: Проблема захоронения радиоактивных отходов волнует всех и в России, и на Украине. Но никто не может убедить общество в том, что найдено уже какое-то эффективное решение. Какова в этом вопросе Ваша позиция?

Л.П.: Нет, эффективного решения до сих пор не найдено, и проблема перекладывается на плечи будущих поколений. Хотя сами атомщики и не любят в этом признаваться. Они понимают и признают, что без решения проблемы окончательного захоронения отходов общество не примет атомную энергетику, поскольку количество отходов растет очень быстро. На встрече в Зальцбурге был фотограф Роберт дель Тредичи (американец, но сейчас живет в Монреале). Он много фотографировал и атомные объекты по контракту с Департаментом энергетики США, и ветеранов атомной отрасли, и людей, пострадавших от гонки вооружений. Так вот, по поводу окончательного захоронения радиоактивных отходов Боб высказался так: атомщики должны признать, что они не в состоянии справиться с этой проблемой, как это делают алкоголики в Обществах анонимных алкоголиков, и честно объявить, что все, что они могут сделать в этой области, это хранить отходы под наблюдением, передавая свой опыт от поколения к поколению (rolling stewardship). Действительно, иногда кажется, что решение найдено, например, захоронение отходов в соляных шахтах или пластах. А потом вдруг в шахте неизвестно откуда появляется вода, что должно быть исключено. Я сама была на такой шахте в Германии.

Н.Р.: А есть ли удовлетворительные решения по выводу из эксплуатации АЭС? Вот Чернобыльскую станцию давно остановили, а она после этого, кажется, стала еще опаснее…

Л.П.: Есть примеры успешного вывода из эксплуатации, если проявлена политическая воля и выделены необходимые ресурсы. Например, АЭС Грейфсвальд в Германии, с реакторами ВВЭР-440 советской конструкции. Остановлен первый блок Игналинской АЭС и там тоже ведутся работы по выводу из эксплуатации, но с реакторами РБМК ситуация сложнее, поскольку в них используется графит. До сих пор в мире не найдено решения, как разбирать радиоактивную графитовую кладку и где ее захоранивать.

В России вывод из эксплуатации означает остановку реактора, вывоз облученного топлива и консервация его на десятки лет. Здесь срабатывает «синдром большой страны». Как сказал нам однажды высокопоставленный чиновник Росатома – в России нет проблемы с выводом из эксплуатации: старые реакторы останавливаются, а рядом строятся новые. Мы не Европа, у нас всего много, и пространства большие.

Н.Р.: В условиях, когда власть больше думает о «бизнесе», чем о людях, возможен ли эффективный диалог с этой самой властью по поводу той же ядерной безопасности?

Л.П.: Мы стараемся наладить диалог с властью, в частности, с отраслевыми чиновниками, но боюсь, что эффективность такого диалога в наше время будет сведена к нулю. Власть больше всего озабочена собственным пиаром. Это касается и Росатома (как бы он теперь ни назывался). Огромные деньги тратятся на пиар, но людей-то все равно не проведешь. Чтобы диалог был эффективным, власть и общество должны договориться хотя бы об одних и тех же способах ведения диалога.

Ну и конечно, нельзя с высокомерием относиться к представителям общества, которые могут не знать ядерной физики, но могут задавать очень непростые для атомщиков вопросы, опираясь на знания своих экспертов, конечно. В каждой отрасли есть люди, у которых душа болит от того, что они знают.

Н.Р.: Ваш прогноз: когда и при каких условиях человечество сможет отказаться от атомной энергетики? И чего следует ожидать, если не сможет?

Л.П.: Я думаю, что атомная энергетика должна быть заморожена, пока не будут решены все ее болезненные проблемы, включая проблему радиоактивных отходов, вывода из эксплуатации и, конечно, проблему дороговизны атомного электричества. Не секрет уже, что атомная энергетика существует только благодаря правительственным субсидиям в явной или скрытой форме. Для России проблема, по-моему, прозрачна – хватит транжирить энергию, давайте вкладывать в энергосбережение и энергоэффективность. Здесь работы хватит не на один год.

Заниматься прогнозами – самая неблагодарная работа. Но я думаю, что появятся новые технологии и в энергетике, которая ждет своего гения. Может быть, это будут какие-то усовершенствованные источники возобновимой энергии с возможностью ее аккумулировать, а может быть, нанотехнологии. Не надо только львиную долю ресурсов на исследования направлять в атомную энергетику.

Ссылки по теме:

Фрадков поддержал идею превращения России в ядерную свалку >>>

«Нет Чернобылю на Байкале!» >>>

В Красноярске нашли «оранжевого» шпона» >>>

Госдума одобрила законопроект о создании атомной госкорпорации >>>

Москва – Киев, Андрей Лубенский

Москва – Киев. Другие новости 26.10.07

Компания Apple выпустила новую операционную систему для Macintosh. / В Виннице дорожным движением будет управлять автоматическая система. / К концу года в российских войсках будет 50 комплексов «Тополь-М». Читать дальше

© 2007, NR2.Ru, «Новый Регион», 2.0

В рубриках