российское информационное агентство 18+

Как на Урале нашли первую нефть

Подпишись на каналы
NewDayNews.ru

Понедельник, 18 ноября 2019, 19:23 мск

Транзит власти в России: повторит ли Путин «финт» Ельцина Константин Калачев об изменениях в обществе по сравнению с 90-ми, протестах, смене власти и выборах в Госдуму-2021

Фото: пресс-служба Кремля

Предстоящий транзит власти в России в связи с окончанием последнего президентского срока Владимира Путина может оказаться проблемным, как и предстоящие в 2021 году выборы в Госдуму, считает известный политолог, руководитель Политической экспертной группы Константин Калачев. В интервью РИА «Новый День» эксперт оценил вероятность продолжения ельцинской традиции «преемничества» президентской власти, оценил перспективы «Единой России» и расширения московских протестов до всероссийского масштаба, а также сказал, намерен ли сам вернуться в политику.

РИА «Новый День» представляет заключительную часть большого интервью с Константином Калачевым в рамках спецпроекта «Назад в 90-е».

«Новый День»: Почему на московские протесты выходит сравнительно небольшое количество людей? Во время августовского путча в 1991 году на улицах было больше 100 тысяч человек, а сейчас всего 20-50 тысяч?

Константин Калачев: Проблема была в том, что члены ГКЧП не воспринимались как люди, способные улучшить жизнь в стране. Всем казалось, что назад – в прошлое не просто невозможно, а противопоказано. Все надеялись, что приход рынка и демократия мигом все решат, и мы будем жить, как в Европе. У ГКЧП не было шансов. А сейчас нет таких причин для массового выхода на улицы. Социально-экономическое положение страны в целом устойчиво. Как говорят участники фокус-групп в глубинке – терпеть можно! То, что сейчас 50 тысяч протестующих нашлось в Москве – это уже впечатляет. Наличие оппозиции не во вред государству. Это признают даже представители правящей элиты. Во всяком случае, их разумная часть. Должна быть альтернативная сила, которая дает власти сигналы в ту или в другую сторону.

Чтобы протестовать сотням тысяч, нужны серьезные социально-экономические предпосылки, а сейчас нельзя всерьез говорить, что у нас экономический кризис. Может быть стагнация, но не кризис. Рано говорить и о том, что у нас социальный кризис, хотя трудности есть. Наверное, у нас большие проблемы в политике, но она интересует меньшинство.

То есть протестовать выходят те, кого привлекают политические лозунги и требования, а это не удел большинства. Как по этому поводу сказал лидер группы «Чайф» Владимир Шахрин, который играл здесь на фестивале мэрии: это чисто московская тема с протестами – вот когда трудяги на Урале выйдут защищать свои права, за рабочие места, за зарплаты, я пойду вместе с ними. Это понимание вроде бы продвинутого человека, лидера рок-группы. То есть если проблемы социально-экономические – есть право на протест. А политические протесты – блажь.

«Новый День»: В 90-е народ был более политизированным?

Константин Калачев: Да, конечно. Хотя странно – вроде тот же самый народ. Я вспоминаю даже не 90-е, а 80-е годы – «Перестройка», я служил в Советской армии. Чем занимались старослужащие в воинской части? Кроме того, что тогда аэробика на телевидении появилась и ее смотрело практически все мужское население страны? Читали толстые журналы: «Знамя», «Новый Мир» и так далее. Не я один читал, все читали. Взахлеб. Разве можно представить такое сейчас? Чтобы все кинулись читать, и вся страна обсуждала Даниила Гранина и «Дети Арбата», или фильм «Покаяние»? Сейчас же все ушли в свою жизнь. То есть даже не настолько политизирована была ситуация – любопытства было больше, общественная активность была выше.

«Новый День»: Из нынешних московских протестов что вырастет в итоге?

Константин Калачев: В этот раз ничего не вырастет. Это репетиция того, что мы можем увидеть в 2021 году, а может быть и позже. Будут выборы в Госдуму, систему поменяют, наверное, в пользу одномандатников, поскольку у «Единой России» рейтинг падает, а ей нужно сохранить квалифицированное большинство – значит нужно расширять количество одномандатников, сокращать списочников. Это если не говорить о коалиционной политике.

Расширение количество списочников означает увеличение количества округов, которые будут меньше, компактнее, и человеку без админресурса, но с какими-то другими ресурсами будет возможно там победить. А дальше представим себе: по всей России блогеры, бизнесмены средней руки, просто пассионарии идут регистрироваться – и всем отказывают «по подписям» или из-за неправильных запятых, потому что согласовали других кандидатов. И все – понеслось. Протестную Москву растянут на всю Россию.

«Новый День»: Сейчас, как известно, рассматривается несколько вариантов, как провести партию власти в Госдуму-2021: ребрендинг «Единой России», создание новой политической силы на базе ОНФ...

Константин Калачев: Надо либо делать глубокий ребрендинг самой «Единой России», либо растворять ее в блоке. Можно поменять пропорции партийных списочников и одномандатников, а можно загнать «ЕР» в блок с ОНФ, общественными организациями с красивыми названиями и еще кем-нибудь, и красиво назвать. Поменять лица, чтобы не Турчак там был фронтменом, а кто-то другой. Блок в любом случае на основе партии. Это все можно сделать, но кто-то должен иметь смелость взять на себя ответственность. А у нас ответственность не приветствуется, все реакции рефлекторные, зачастую запоздалые.

Мне трудно представить, что люди, которые сейчас занимаются модерацией внутренней политики, готовы рисковать и предложить какую-то большую серьезную реформу. Сегодня проще ничего не делать – и списывать все на пенсионную реформу, объективное снижение рейтингов власти и так далее. Смелым был [Владислав] Сурков, ответственным был [Вячеслав] Володин, когда они работали на посту первого замглавы администрации президента и отвечали за внутреннюю политику, а сейчас таких там нет. Поэтому, скорее всего, просто изменят пропорции одномандатников и списочников, а потом столкнутся с новыми проблемами – как сейчас в Москве.

«Новый День»: Сейчас очень много разговоров о предстоящем транзите власти. Реален ли, на ваш взгляд, «ельцинский вариант» – может ли Путин также сказать: «Я устал, я ухожу», и представить преемника?

Константин Калачев: Это главная проблема. Я был бы рад, если бы реально был такой транзит, в котором преемник просто берет на себя гарантии в отношении предшественника, а предшественника не волнует, что преемник может в какой-то момент его затмить. Это самое сложное в этой ситуации.

Вся система держится на рейтинге Путина. Это системообразующий фактор, через него происходит легитимизация всего и вся. Российская элита живет под зонтиком этого рейтинга. Допустим, Владимир Владимирович устал, он хочет найти себе преемника, представителя другого поколения. Вопрос: он осторожный человек или нет? Ревнивый или нет? Насколько он ощущает себя уже вписанным в историю? Переживает ли, что его место в истории может быть пересмотрено? Вспомните, когда-то он выбирал между Медведевым и Сергеем Ивановым. Иванов казался самостоятельнее и человечески посильнее. Выбрали Медведева, который потом спокойненько передал власть обратно. Поэтому он до сих пор там – прошел проверку на лояльность.

Главный вопрос: будет ли иметь свободу действий преемник Путина? Если это представитель другого поколения, то подходы и решения тоже должны быть новыми. Это и называется прогресс. Основной риск – это может быть негодная фигура – ретроград, консерватор, сторонник архаики или просто несамостоятельный. Зато Путин будет выигрышно смотреться на его фоне.

Нормальная эволюция – это было бы здорово. Ведь сегодняшние разрывы в общественном мнении проходят между мегаполисами и периферией, между более образованными и менее образованными, между людьми старшего возраста и молодыми. Модернизированная часть населения страны сегодня относится к власти и президенту заметно хуже, чем консервативная. А ведь именно модернизированная часть – драйвер прогресса. Понятно, что смены власти через выборы страна еще не знала. С большой вероятностью новая власть будет продолжением старой. Но как найти баланс между стабильностью и развитием? Многое будет решать личность преемника. Например, преемник из молодых прагматиков и технократов, но с политическими талантами и навыками, который поправит некоторые перегибы и перекосы. Пусть даже это «человек из ФСО». Люди из ФСО тоже совершенно разные, можно посмотреть по губернаторам: есть более успешные и есть менее, есть такие, кто справился в «мирной» жизни, есть те, кто роли врио губернатора предпочел возвращение в силовики.

У меня конечно же есть опасения. Риски грозят даже не мне, потому что я свою жизнь практически прожил, а детям, внукам. Как-то в 19 век возвращаться не хочется. Застревать в 2019-м как в дне сурка тоже не стоило бы.

«Новый День»: А вы не собираетесь вернуться в политику?

Константин Калачев: О политике я всерьез мечтал, когда мне было лет 25-30. Я с политикой завязал. Как и с карьерой чиновника. Был вице-мэром миллионного города. Четыре раза в разных регионах получал предложение поработать вице-губернатором. Но выбрал независимость и свободу. Готов консультировать молодых. Да, я всегда хотел быть политиком, а не политологом, не политконсультантом. Но когда у тебя уже пять детей и тебе за 50...

Может быть, мой сын станет уважаемым парламентарием, лидером популярной партии, премьер-министром или президентом России. А лучше просто человеком, который сможет влиять на судьбу страны. Я сейчас в большей степени занимаюсь детьми, чем собой. И когда у меня стоит выбор между приглашением на телевидение и прогулкой с детьми, я выбираю второе. На телевидение я иду, только если программа такая, что детям будет за папу не стыдно. Мои мама и папа опять же категорические противники моего участия в «орущих» ток-шоу. Так что, по-прежнему узнаваем в узких кругах.

«Новый День»: В России политика – довольно опасное занятие. Не страшно будет за сына, если он выберет для себя эту стезю?

Константин Калачев: Согласен, если вы про политику оппозиционную. Думаю, страна будет меняться. Следующие поколения уже другие, люди уже стали терпимее и цивилизованнее. Открытость встречается значительно чаще, чем раньше. Я общаюсь на детской площадке с родителями – люди правда стали добрее по сравнению с 90-ми. Все думают о своих детях, и никто не хочет, чтобы они застревали в какой-то архаике.

А по поводу опасности – сейчас в нашем кастово-сословном обществе, чтобы чувствовать себя в безопасности или сколько-нибудь защищенным, нужно либо быть членом определенной касты, либо хотя бы иметь какой-то публичный капитал. Спасибо социальным сетям – раньше бы мы не узнали, что несчастную маму, которая получила на почте лекарство для своего ребенка, страдающего эпилепсией, повязали как наркодилера. Сейчас, слава Богу, мы узнаем об этом, и за нее вступаются тысячи людей.

Надо быть готовым проявить солидарность с другими. Если что – они проявят солидарность с тобой.

Москва, Марина Шарапова

Москва. Другие новости 23.08.19

«Лучше уж любить пиво...» Политолог Константин Калачев о бурной политике 90-х. / «Эволюция» России: из эпохи реальной конкуренции в квазимонархию. Известный политолог Константин Калачев о 1990-х, современности и исторических параллелях. / С момента путчей Россия как никогда близка к шоковому исходу. Интервью с Никитой Исаевым. Читать дальше

© 2019, РИА «Новый День»

Подписывайтесь на каналы
Яндекс НовостиЯндекс Дзен YouTube

В рубриках / Метки