российское информационное агентство 18+

Протесты против QR-кодов

Подпишись на каналы
NewDayNews.ru

Суббота, 4 декабря 2021, 03:37 мск

Новости, Кратко, Популярное, Анонсы, Интервью, Слухи, Видео, Рабкрин, Уикенд

Как иноагенты договариваются с властью о контроле за госконтрактами. Интервью с руководителем «Трансперенси Интернешнл – Россия»* в Екатеринбурге Екатериной Петровой

За последние три года в Екатеринбурге ни один парк не был благоустроен без скандала. Зеленая Роща, сквер за оперным театром, реконструкция у Дворца молодежи, парк УрГУПСа, Опалихинская – везде, где начинаются какие-то работы, появляются недовольные. Люди искренне борются за спасение любимых деревьев от вырубки, власти не менее искреннее пытаются найти организаторов протестов, бизнесу остается платить штрафы за срыв сроков работ. «Трансперенси Интернешнл» предлагает решение, успешно работающее в Евросоюзе – подписывать «Соглашение о гражданском участии», по которому общественники будут следить за выполнением госконтрактов. Идею уже одобрили профильный министр и общественная палата Екатеринбурга. Как бороться с коррупцией среди общественников и зачем властям влезать в проект иноагентов, «Новому Дню» рассказала автор идеи и руководитель «Трансперенси Интернешнл – Россия»* в Екатеринбурге Екатерина Петрова.

Что такое «Соглашение о гражданском участии»? Как это будет работать?

– Мы русифицировали английское название Integrity Pacts, которое в буквальном переводе означает «соглашение о добросовестности», «пакт о добросовестности», но решили, что название должно быть более понятно нашим чиновникам. Это трехстороннее соглашение, которое заключается между властью, бизнесом и обществом. В соглашении есть антикоррупционная оговорка о том, что подрядчик и заказчик обязуются друг другу не предлагать и не брать взяток и откатов и делать процесс прозрачным для всех сторон, и оно же оговаривает, что бизнес и власть допускают в свои взаимоотношения третью сторону, наблюдателей. В идеале они будут наблюдать с момента разработки техзадания и заканчивая гарантийным периодом. В Евросоюзе и в других странах, где применяется этот механизм, третьей стороной выступает Transparency International – но по понятным причинам в нашей стране мы не можем предложить «Трансперенси» третьей стороной. Мы здесь больше играем роль организаторов процесса.

А что конкретно общественники будут делать? Смотреть документы закупки, приезжать на объект?

– Это комплексная работа. Если на начальном этапе, при разработке проекта, это какие-то предложения, пожелания по включению каких-либо объектов в техзадание, то на этапе реализации работ это уже отслеживание качества работ. У нас бывает так, что некачественную плитку укладывают, либо кладут в снег, либо травмируют деревья, либо еще какие-то аналогичные вещи происходят. Люди и так могут следить, конечно, но главное, мы хотим урегулировать следующий момент. Общественники, когда видят нарушение, они сразу бегут в прокуратуру, в полицию, еще куда-нибудь. Прокуратура начинает разбираться, приостанавливать работы, возникают проблемы и у заказчика, потому что у него контракт не исполняется, и у подрядчика, потому что он встревает на санкции. А мы хотим урегулировать все так, чтоб исправление ошибок происходило мирным путем. Собрались за круглым столом и определили, как и в какие сроки подрядчик будет исправлять свои косяки. Чтобы снизить градус напряженности, в соглашении будет зафиксирован механизм разрешения спорных ситуаций.

Зачем такое соглашение нужно подрядчикам и власти? Получается пчелы против меда.

– Почему? За последние три года в Екатеринбурге ни один проект по благоустройству не начинался и не завершался без скандалов. Власть страдает в первую очередь, бизнес страдает тоже. Сейчас вот на Опалихинской подрядчик получил уже два штрафа, местные жители поначалу возмущались, пошли изменения в проект, сроки сдвинулись. То же самое было с парком XXII Партсъезда. То же самое было со сквером за оперным театром.

Для бизнеса это сотрудничество выгодно, для них это, во-первых, дополнительная гарантия, что заказчик не будет их нагибать на приемке, а иногда в этом у заказчика бывает интерес – я от подрядчиков слышала такие истории. Во-вторых, у подрядчиков не будет срываться оплата, они получат ее вовремя. Для них это такая гарантия соблюдения заказчиком обязательств по контракту.

А власть?

– Скажу так. Мы начали активные действия по проекту с весны, я с очень многими людьми от власти общалась, в том числе с министром ЖКХ Николаем Смирновым. И все 100% чиновников, с которыми я говорила, эту инициативу поддержали. Потому что они понимают: если мы хотим нормальную инфраструктуру в городе, нам нужны нормальные не конфронтационные пути. Когда власть, никого не спросив, ставит забор и запускает туда подрядчика, это приводит к волнениям, и от этого уже все устали. Меня поддержали все чиновники, но посмотрим, как это на деле будет.

У нас есть сейчас два проекта по благоустройству, где мы можем попробовать все это реализовать: это дендропарк, о котором я говорила на общественной палате. Формально на заседании одобрили идею сформировать рабочую группу по дендропарку и на базе этой рабочей группы привлекать все стороны для подписания соглашения. Но там непростая ситуация, предыдущий контракт на проектирование был расторгнут в одностороннем порядке со стороны заказчика в январе и до сих пор новый конкурс не объявлен.

А второй вариант – благоустройство Преображенского парка в Академическом. Там контракт сейчас заключается со «Швабе» (входит в УОМЗ, «дочка» Ростеха, – прим. ред.) – оказывается, они занимаются благоустройством. И тут тоже могут возникнуть проблемы. Насколько я знаю, проект разрабатывался при участии самого Академического, и мнение местных жителей спрашивали, но тут большие вопросы к подрядчику. Они уже сорвали один проект по благоустройству в Камышлове. Конечно, это (соглашение) «Швабе» вряд ли нужно, потому что здесь к ним больше вопросов, чем к администрации из-за плохого проекта, как это часто бывает.

А кто будет теми общественниками? Кажется, ты предлагала общественную палату, но в ней общественников особо и нет.

– У общественной палаты и так есть полномочия по контролю, но мы не хотим делать из этого надзорный орган. Если мы будем выходить с целью контролировать, надзирать, стоять над подрядчиком, то, конечно, никто не пойдет с нами на контакт. Общественная палата будет только площадкой. У нас в городе много общественных организаций, которые специализируются на урбанизме. Это и «Фонд городских инициатив», и «Мирные жители», и «Городские проекты»... есть много общественных организаций, где люди понимают, о чем идет речь, и они готовы к таким мероприятиям, и в первую очередь их мы и хотим привлекать.

Потом – обязательно будут профильные эксперты. Особенно речь идет о стадии разработки проектов – надо обязательно приглашать ландшафтников, специалистов по благоустройству. В понедельник мы запустим лендинг по этому проекту, и там будет форма обратной связи. Будем привлекать неравнодушных. Приглашаю всех, кому не безразлична судьба городских парков и кто может посильно помочь в их благоустройстве. Можно писать мне в соцсетях или воспользоваться формой обратной связи на лендинге. Планируем 9 декабря, в День борьбы с коррупцией, провести мастер-класс для общественников: куда смотреть в контракт, что искать, что сравнивать, на каком этапе какие действия можно совершать, на каком этапе обращать внимание на нестыковки. И еще скажу. Для третьей стороны никакой оплаты не предполагается. Это будет независимая сторона. И от бизнеса, и от власти. Если где-то начинаются какие-то деньги, то это уже не независимая структура.

А общественники не перегрызут друг друга, пока будут что-то обсуждать?

– У нас в стране такого рода соглашения не заключались еще нигде. В других странах этот механизм уже 30 лет действует, но везде своя специфика. У нас этот путь никто не проходил, и я не могу ничего со стопроцентной вероятностью гарантировать. Думаю, люди, которые реально не готовы к каким-то действиям, они будут отсекаться на первых этапах. Но это еще и вопрос самоорганизации общества. Даже в сквере на Опалихинской, где люди действительно друг с другом сначала перессорились, они все равно смогли в итоге договориться и выбрать кого-то в рабочую группу.

В Екатеринбурге все знают общественницу Катю Петрову. И все знают, что она сотрудничала с запрещенным Навальным, что сейчас она работает в «Трансперенси» – это иноагент. Более того, это проект «Трансперенси», это не скрывается. Однако же тебя поддерживают министр ЖКХ Смирнов, глава общественной палаты Екатеринбурга Силин. Как так?

– Можно хвастаться переговорными возможностями? Но на самом деле, идея полезная, и мне удалось всем, с кем я говорила, донести эту полезность. Для власти все на самом деле понятно, есть некий договор – давайте его исполнять. Они готовы делиться, потому что они взамен получат от общественности некий конструктив, которого порой сильно не хватает. Но мне еще предстоит разговаривать с Благодатковой (председатель комитета по благоустройству, – прим. ред.).

Но все-таки год проходит под девизом «Заклейми всех иноагентами», а у вас на самом деле есть иностранное финансирование, и не от бабушки из Казахстана. Нет опасений, что вам все зарубят из-за этого? Вы планируете куда-то в другие города этот опыт передавать?

– Да, странная ситуация. Сейчас это касается, в основном, СМИ, их клеймят. Еще «Мемориал» – видимо, из-за архивов. «Трансперенси» не СМИ и имеет четко сформулированную миссию и кодекс этики о том, что мы не занимаемся политикой, не вмешиваемся в политические процессы внутри страны. В общении, конечно, периодически вставал вопрос о том, что «Трансперенси» иноагент. Но про выступление на общественной палате, на секундочку, написал даже «Царьград». Это просто разрыв шаблонов. Мы по этой теме еще хотим подружиться с Союзом малого и среднего предпринимательства, чтобы и бизнесу рассказывать о преимуществах участия. Чтоб они не боялись, если им предложат такое трехстороннее соглашение, и понимали, что у них тоже есть определенная от этого выгода.

Нет опасений, что из-за постоянного согласования работ все, наоборот, будет затягиваться? Общественникам всегда хочется сохранить каждое дерево. Подрядчику – вырубить все и посадить новое, потому что каждое действие – денежка. У власти тоже могут быть свои интересы.

– Главный вопрос к заказчику, к структуре, которая согласовывает проект, ему надо определиться: мы хотим свои какие-то хотелки удовлетворить или мы хотим хороший инфраструктурный проект, которым будем гордиться? Если у заказчика есть желание сделать проект, которым и они гордиться будут, и жители, и нет никаких скрытых финансовых интересов, то получается, у них нет ни одной причины не соглашаться. А если они идут в категорический отказ – то варианта два: есть что скрывать, есть какие-то интересы.

Что касается подрядчиков, мы же проводили предпроектную работу, анализировали все контракты за последние годы, проводили опросы, интервью с подрядчиками. Не надо думать, что они такие-сякие, хотят просто денег заработать, поэтому все деревья вырубают. Подрядчик делает работы в соответствии с проектом, который не он писал, его задача – соблюсти проект и заработать на этом. И многие подрядчики не заинтересованы в том, чтобы сделать все плохо, для них же это имиджевая тема. Вот подрядчик, который делал сквер за оперным, – ему же тоже наверняка хотелось гордиться сквером. Но ему по проекту нужно было вырубить деревья, сделать эти фонари и гранитные бордюры в три ступеньки.

Соглашение должно помогать бороться с коррупцией. Власти и подрядчика обсудили, а как вы будете следить, чтобы коррупция не завелась среди общественников? Людей пустят туда, где деньги.

– Во-первых, это будет не один какой-то человек, это уже спасает ситуацию, подкупить всех невозможно – кто-то все равно придет с чистыми намерениями и откажется. Во-вторых, мы предлагаем людям механизм по повышению прозрачности процесса при благоустройстве парков. Возможность им не просто придраться к администрации или подрядчику, а именно конструктивное предложить, что-то сделать совместно. Риск, что придут люди, которые начнут брать деньги, – ну, он есть. Мы не можем на это повлиять. Если бы третьей стороной выступала «Трансперенси», я бы могла эти гарантии дать за себя лично или за тех экспертов, которых мы привлекаем. Но тут мы просто предлагаем механизм, люди пришли, согласились, а дальше это их личная ответственность и совесть.

Когда начнете реализацию, какие ближайшие планы?

– Сейчас главное подписать проект, потом его обкатать и сделать работу над ошибками. И тогда уже двигаться в другие города. Но, к сожалению, много нюансов, которые не от нас зависят. От лица общественной палаты по дендропарку уходило письмо на имя главы города Орлова – планируется ли публикация нового конкурса. Я не могу предсказать, что он ответит Силину. Ответа ждем в конце ноября. Если он ответит, что да, стоит публикация конкурса в плане-графике на условно декабрь-январь, то начинаем формировать рабочую группу на базе общественной палаты, на базе нашей комиссии по городской среде.

Есть предварительная договоренность с некоторыми общественными организациями, с «Парками и скверами», например, они готовы на предпроектной стадии подключиться. И нужно будет дособрать группу людей, которые в дальнейшем будут контролировать саму работу, их научить этому. Объяснить, что не надо с жалобами в прокуратуру бежать, что все будет решаться в рамках рабочей группы. А потом разговаривать уже с администрацией. Подрядчик подключится потом, когда его выберут по конкурсу. Если с дендропарком история затягивается, то будем концентрироваться на Преображенском.

* «Трансперенси Интернешнл – Россия» признана иноагентом

Екатеринбург, Светлана Загороднева

Отправляйте свои новости, фото и видео на наш Whatsapp +7 (901) 454-34-42

© 2021, РИА «Новый День»

Подписывайтесь на каналы
Яндекс НовостиЯндекс Дзен YouTube

В рубриках